Массена
(Советская авантюрно-фантастическая проза 1920-х гг. Т. XXVI) - Никольсен Боргус - Страница 13

Джек расхохотался и подумал: «Этот дурак должен был охранять Моргана от меня… А он сам привел меня сюда. Я потерял „Глориану“. Без нее я пропал бы! А этот болван нашел ее и вручил мне… О, идиоты!»

Певец пел:

Раздался сухой и отрывистый выстрел.

Морган схватился с недоумевающим видом за грудь, оглянулся, и на его надменном, застывшем от горделивого чванства лице мелькнула тревога и ужас.

Потом он опустился на кресло. Никто еще ничего не понимал. Поняли лишь сыщики. Они бежали к упавшему владыке миллиардов, бежали куда-то за доктором, за помощью, бежали ловить неведомого убийцу, которого они прозевали.

И вдруг всех присутствовавших точно прорвало. Человеческое стадо заволновалось, завопило, заметалось в ужасе и смятении. Миллиардер лежал на ковре с окровавленной грудью. Кругом него и над ним толклись искаженные лица, кричали перекошенные рты. Кто-то кричал: «Держи! Лови!»

Джек почти без памяти выскочил из залы и бросился бежать вниз по мраморной лестнице. Он был охвачен страшным волнением. Он убил кровопийцу. Убил своей собственной рукой. У него все вертелось в голове. Но он твердо знал одно: Морган убит. Данное ему «Аранджи» поручение выполнено.

Задыхаясь, он сбежал вниз, в вестибюль и остановился, чтобы перевести дух. От нечаянного толчка «Глориана» отцепилась и упала на ковер. Джек помертвел от страха. Его увидели. Его схватят, арестуют, убьют на месте!

Никто не думал хватать его. Но его действительно увидели. К нему подскочил опять все тот же любознательный сыщик и взволнованно заговорил, как с ребенком, нуждающимся в опеке, покровительстве, утешении:

— Испугались, ваше высочество? Ничего! Теперь уже не опасно: злодейку уже поймали. Она уже арестована! Желаете домой, ваше высочество? Извольте одеваться, ваше высочество! Где изволите пребывать, ваше высочество? В каком отеле? Я сейчас позову ваш автомобиль!

Он проворно накинул на Джека чье-то великолепное пальто и выбежал наружу:

— Автомобиль его высочества принца туркестанского! — крикнул он.

Увы, такого не оказалось!

Джек хотел незаметно прокрасться за его спиной и убраться подобру-поздорову. «Глориану» неловко было нацеплять на глазах у людей… Но сметливый охранник догадался: шофер его высочества порядочный нахал, он, очевидно, уехал куда-нибудь, не дождавшись своего высокого хозяина. Эти шоферы постоянно позволяют себе выкидывать такие штуки! Значит, надо позвать наемный таксомотор пошикарнее…

Таксомотор подъехал. Джеку не было никакого спасения. Охранник вел его под руку и усаживал в карету. И, наклонясь над ним, ласково спросил:

— Отель «Континенталь», не так ли, ваше высочество?

Джек пробормотал какую-то неудобопроизносимую туркестанскую фразу и покатил в отель «Континенталь».

«Черт возьми, вот так история! — думал он. — Надо удирать!»

Его беспокоила и другая мысль. Охранник сказал, что злодейку поймали и она арестована. Какая злодейка? Что за чепуха? Кто им попался под руку вместо Джека?

Автомобиль остановился около огромного здания. Приехали.

Джек надел «Глориану» и вышел. Шофер с недоумением глядел на открывшуюся и закрывшуюся дверку кареты. Где же высокопоставленный пассажир, от которого ожидал хорошее «на водку»?

Пассажир, по-видимому, сидел в автомобиле. Спал он там, что ли? Или, чего доброго, умер?..

Шофер слез со своего места, открыл дверцу и заглянул внутрь.

Там никого не было. А на сиденье лежало пальто.

Поймите ужас шофера!.. Пассажир исчез, а пальто осталось.

Джек со всех ног улепетывал к себе на квартиру.

Торопливо переодевшись, он побежал к Гольту. Его не оказалось дома. Джек направился в «Аранджи». Там были все свои, завсегдатаи, и хозяин вертелся, как всегда, около них и прислушивался к разговорам, сам не принимая в них участи я. Был тут и Франк Гольт.

Джек ворвался, как бур я, и крикнул:

— Он убит!

Гольт неторопливо повернулся к нему.

— Он жив!

Джек остолбенел.

— Как жив? Я же убил его… Я стрелял в него…

Подошел важный немец. Подошел хозяин.

— Мы уже знаем все, — сказал немец. — Вы промахнулись! Морган получил неопасное поранение. Нужно было сделать несколько выстрелов… Выбрать более подходящий момент.

Джек почувствовал, что вокруг него сгущается атмосфера недоброжелательности и недоверия. Не доверяли его силам, его решительности. Были убеждены, что он струсил или просто пожалел миллиардера. Франк Гольт молчал, и Джек расшифровывал это молчание так:

«Глупый мальчишка! Жаль, что я сам не пошел на это дело!»

Джеку захотелось оправдываться, выказать себя в лучшем свете.

— Это ничего не значит! Я все равно убью его!

Гольт в ответ пожал плечами. Молчаливый хозяин ухмыльнулся. Джек в первый раз почувствовал себя здесь чужим и ненужным человеком.

IV

История о загадочном покушении на убийство Моргана долго волновала все общественные круги. Странно было то, что преступника так и не могли найти, хотя был сверху донизу обыскан весь дворец и производилось тщательнейшее полицейское расследование. Та «негодяйка», которую на первых порах схватили, оказалась помощницей кастелянши, только что поступившей на место. Ее тотчас же освободили. Джек потом догадался, почему прежде всего схватили женщину: ведь роковое предупреждение было подписано «Глориана»… Очевидно, охранники все глаза проглядели, наблюдая за женщинами, и первой мыслью у всех было, что в Моргана выстрелила какая-то мисс или миссис Глориана.

Газеты посвящали загадочному покушению целые столбцы. Помещались огромные биографии Моргана: в националистических газетах — чрезвычайно почтительные, в социалистических — довольно иронические. Во всех газетах красовались портреты пострадавшего. С большим удовольствием газеты поместили бы и портреты виновника, т. е. Джека, но, к сожалению, это было невозможно… Джек думал: «Почему бы не поместить рамку с пустым местом и подписью: „Портрет убийцы мистера Моргана: убийца изображен таким, каким он был в момент убийства, т. е. невидимым для человеческих глаз!“ Какой забавный был бы трюк!»

Почти все газеты высказывали мнение, что покушение на Моргана — дело рук немецких агентов. Началась антигерманская пропаганда, перешедшая вскоре в настоящую травлю всех немцев. Джека два раза едва не поколотили, узнав, что его фамилия Швинд. Франк Гольт был очень озабочен, и Джек знал, что он почти не бывает у себя дома и занят какой-то новой работой вне завода. Изредка сталкиваясь на минуту с Джеком, Гольт почти не разговаривал с ним. Очевидно, он не мог простить Джеку его неудачи.

Джека самого эта неудача огорчала. Он страшно досадовал, что плохо прицелился в Моргана и поддался потом какому-то нелепому паническому настроению: вообразил, что миллиардер убит, и бросился бежать вместо того, чтобы выстрелить еще, еще и еще раз… Ведь он был невидим и, стало быть, находился в полнейшей безопасности. Ясно, что агенты стали бы хватать кого угодно, хоть своих же товарищей, но только не его.

Джек предлагал Гольту в первый же день после убийства:

— Дайте мне денег! Я поеду за Морганом в Нью-Йорк и убью его там!

Гольт сухо ответил.

— Не нужно! Там у нас имеются свои агенты.

Напуганный миллиардер действительно в тот же день в своем собственном роскошнейшем вагоне уехал в Нью-Йорк и, оставив впредь до выздоровления все дела, поселился в окрестностях города, на берегу Гудзона, в фантастически-пышном имении. Там его охраняла целая рота своей собственной полиции с пулеметами, ручными бомбами и прожекторами. Попасть туда даже невидимке теперь было бы не так-то просто уже по одному тому, что имение было оцеплено колючей проволокой, заряженной сильным электрическим током. Правительство Штатов заботится о своих миллиардерах и разрешает им эти привилегии, недоступные для простого смертного.