Подари мне крылья (СИ) - Зарянова Арина - Страница 71

Папенька Йена так же пояснил, что повязка на глазах для того, чтобы уравнять шансы соперников. Дракон сражается только в человеческом обличье, и оба должны быть безоружны. Лишь тогда результат поединка считается волей богов.

— И что бы ни произошло, не вздумай вмешиваться. Иначе Йена признают проигравшим и отправят на гору Сиар.

Что происходит дальше на этой самой горе, объяснять нужды не было: я прекрасно помнила слова ученого. Потому кивнула, пообещав самой себе, что вмешаюсь только, если моему дракону будет грозить серьезная опасность.

Тем временем две человеческие фигуры, одетые лишь в широкие, не стесняющие движений штаны, продолжали кружить по полю, не приближаясь, не делая выпадов, будто выжидая чего-то.

От одного взгляда на любимого у меня сжималось все внутри. Хороший мой, что же они с тобой сделали? Йен был бледен, и повязка в пол-лица не могла этого скрыть, осунулся, рана на боку до сих пор перевязана, а на запястьях два железных браслета. Об их значении поинтересовалась у Советника. Ответ не порадовал: сдерживают оборот, и снять их может только тот, кто надел. В данном случае Повелитель.

Огонек на эту новость недовольно зашевелился. Не понравилось ему условие.

Но затем мне стало не до размышлений. Энес нанес удар, промахнулся, но с него началась сама схватка. Теперь они не расходились далеко, пытаясь достать друг друга быстрыми жалящими ударами, но оба ловко уворачивались. Йен следил за каждым шагом человека, и создавалось впечатление, что он прекрасно видит сквозь повязку, хоть того и не могло быть. Чувства дракона позволяли прекрасно обходиться без зрения, слух помогал улавливать малейшие передвижения Энеса, а чутье — угадывать, куда человек собирается нанести следующий удар. Противники и не думали сражаться в полную силу, пока только исследовали друг друга, примериваясь, выискивая слабые места. Но вдруг в толпе зрителей кто-то хлопнул в ладоши. Потом еще раз… К нему присоединились другие. Два хлопка, два притопа ногами. Вскоре этот нехитрый ритм отбивали все.

Мне же хотелось на них зарычать — зачем они мешают? Йен же не услышит ничего из-за этого шума. Но нет. Казалось, звуки совершенно не отвлекали моего дракона, наоборот, непостижимым образом помогали сосредоточиться, а еще задавали темп поединка. Броски стали подчиняться ритмичным постукиваниям, противники сошлись почти вплотную, выпады заканчивались болезненными ударами. А мне оставалось лишь следить за этим опасным танцем широко распахнутыми глазами и прикрывать рот ладошкой, чтобы, не дайте святые, не вскрикнуть и не отвлечь. Когда Энес попал по ране Йена, я не выдержала и закрыла лицо руками, но тут же развела пальцы в стороны. На белой повязке стало проступать красное пятно…

Ох, даже рана толком не зажила!

Гул в толпе усиливался, темп все возрастал, быстрее становились и удары… У обоих выступила кровь. После очередного попадания по лицу Энес отшатнулся, потряхивая головой, но снова пришлось отражать атаку. Жуткое зрелище, признаться. Человек и дракон молотили друг друга кулаками и ногами… О каком божьем суде здесь может идти речь, когда это самая обычная драка?

— Заканчивай с ним, сын, — сквозь зубы прошипел Кьянар. Несмотря на показную невозмутимость, дракон был отнюдь не спокоен. Возможно, другие не видели, но я чувствовала, как резко тот выдыхает, стоит Энесу задеть Йена, как когти на напряженных лапах зарываются глубже в твердую землю, как желтые глаза неотрывно следят за каждым движением…

Словно услышав слова отца, мой дракон начал наступать на человека. Не давая ему ни секунды, чтобы прийти в себя, заставляя отбиваться, пропускать удары…

Ритм, отстукиваемый толпой, звенел в ушах, под него подстраивалось биение сердца…

Раз, два… Раз, два…

Раз, два… Раз… Попадание кулаком живот, и Энес сгибается пополам, падает на колени. Два… Коленом по лицу. Отлетает к огненному кольцу и замирает, распластавшись на земле.

Звук обрывается.

Мы с Кьянаром выдыхаем, а над полем разливается тяжелая, вязкая тишина. Драконы ждут, когда Повелитель объявит об окончании суда и провозгласит правым победителя. Его мнение здесь не важно — боги уже все решили.

Однако правитель молчит. А на лицах драконов смесь радости и недоумения. Ведь именно Йена обвинили в убийстве, его выслали из Эрштана… И теперь оказывается, что он не виновен?

Шепот прокатился в рядах драконов. Йен повернулся к Повелителю, сорвал повязку с глаз, уверенно встретив злой взгляд дяди.

Внимание каждого было приковано к главному дракону, даже посол, недоуменно нахмурившись, повернулся к королю. Зашевелился Энес, попытался встать, но он уже был никому не интересен. Не знаю, почему задержала на нем взгляд. Может потому, что огонек обеспокоенно трепыхнулся, а холод вдруг льдинками кольнул в груди? Человек встал на одно колено, пошатываясь, тяжело дыша. Что-то блеснуло в руке… И я чуть не лишилась чувств, опознав знакомый нож…

Йен стоял спиной и не мог видеть… А времени на раздумья не осталось. Выхватив из ножен первого попавшегося воина клинок, я сделала все так, как учил меня мой дракон. А уже потом зажмурилась, страшась встретиться с делом рук своих. Что попала, поняла после того, как на запястьях сомкнулись чьи-то руки. Толпа разразилась криками, но что кричали, я не слышала. Дракон рядом со мной взревел и попытался броситься на защиту, его перехватили свои, а воины Анилийского княжества уже выволокли меня на середину поля пред светлы очи взбешенного Повелителя, все еще хмурящегося посла и того, кто не мог поверить в мое присутствие. Хотя, может, он удивился, что я попала? Помнится, уроки по метанию ножа не увенчались успехом.

"Василек", — прочла по его губам и криво усмехнулась. Добралась-таки до своего дракона. Осталось вытащить нас обоих отсюда.

— Она вмешалась в поединок! — провозгласил один из державших меня мужчин. И я с превеликим удовольствием на него нарычала и улыбнулась, когда тот вздрогнул и хватку ослабил.

— Поединок уже был закончен, а вот почему у человека оказался нож, еще предстоит выяснить! — не замедлил с ответом Кьянар. Толпа в ответ загудела, а пыла у Анилийских воинов поубавилось. Все снова обратились к королю, ожидая его решения.

— Никто не смеет вмешиваться в суд богов. И я Повелитель Эрштана выношу приговор, как и предписано правилами. Йенер Ту-Арш из рода Грошасс приговаривается к казни на горе Сиар. Девушка же…

Дослушать я не смогла. Огонь взревел внутри, противясь решению гадкого дракона, кровь вскипела в жилах, обжигающим вихрем пронеслась по телу, меняя его… Я даже не заметила, как сгорело очередное платье… Протестующий рев вырвался из груди, а жалких людишек, которые вздумали удержать хрупкую девушку, снесло порывом ветра от крыльев.

"Не позволю! Мой дракон!" — билась единственная здравая мысль в голове.

А потом я забыла обо всем на свете, встретившись с восхищенным взглядом моей пары. Все вдруг стало таким далеким и незначительным. Он… здесь. А от теплоты и нежности в желтых глазах хотелось петь. Все тревоги, сомнения, весь страх прожитых дней смыло волной, осталось лишь чувство безграничного счастья. И небольшая тучка беспокойства на горизонте — ведь ничего еще не закончилось.

— Смотрите…

— Серебристая…

— Лунная драконица!

Возгласы, зазвучавшие с разных сторон, отвлекли. Я недоуменно осмотрела толпу зрителей… и драконы склонили предо мной головы.

— Боги послали ее на защиту дракона! — выкрикнул кто-то очередное предположение, и оно пришлось всем по душе. Толпа загудела, а я… Ох, даже загордилась и приосанилась, сверкнув глазами в сторону Йена.

"Слышал? Я — посланница богов!" — довольно осклабилась.

"Это, конечно, замечательно. Вот только решение кое-кто еще не вынес", — спустил с небес на землю один вредный тип. Мысли его я, конечно, не слышала, но по взгляду все-все поняла.

"Но мы ведь справимся?"

"Иначе нельзя", — пришел ответ любимого.