Император Вечерних Звезд (ЛП) - Таласса Лаура - Страница 8

— Отвали на хер, Каэли. Этот парень не будет покупать то, что ты хочешь предложить.

Покупать…?

Улыбка женщины превращается в мрачное выражение.

— Черт тебя, Вейл, ты должен мне за это.

Остальные посетители паба не обращают на нас внимания. Догадываюсь, это не столь стоящая перебранка на Барбосе.

Вейл поворачивается к ней на месте.

— Иди, гуляй, — произносит он. — У него нет денег, и он младше твоих сыновей — или ты слепа, чтобы узреть это?

Одаривая Вейла взглядом, который мог бы убить самого Короля Ночи, она уходит прочь, кружа по таверне, пока мускулистый фейри не хватает ее за талию и не толкает к себе на колени. Вейл поворачивается обратно ко мне, делая глоток напитка и устраиваясь поудобней.

Я удивленно приподнимаю бровь. А тот осматривает мое выражение лица.

— Никогда проституток что-ль не видел?

Да, но это не относится к нему.

— Почему ты сидишь здесь? — интересуюсь я.

Вейл двигает ко мне вторую кружку эля.

— Ты выглядишь одиноким, брат.

Я хмурюсь. И не брат ему. Мои братья и сестры лежат в мелких гробах по всему Царству Ночи, да я и сам похоронил последнюю часть своей семьи день назад.

Смотрю на эль, который он предлагает мне.

— Вперед, можешь выпить, — говорит Вейл, задабривая меня.

— Чего ты хочешь? — снова спрашиваю я.

Вейл облокачивается назад на спинку сидения, отчего деревянный стул скрипит.

— Компанию.

Я берусь за кружку эля, которую купил себе сам.

— Если ты ищешь компании, то тебе стоит принять предложение Каэли.

Вейл выдает грубый смешок.

— Твою мать, да если б я согласился, то потом бы неделями чесал до боли яйца, умоляя старых богов об исцелении. — Фейри толкает кружку ко мне еще немного. — Выпей со мной.

Взгляд падает на выпивку, затем на него. Я — не ребенок; достаточно знаю о заключении сделки в тот момент, когда сделаю глоток — я буду в долгу у этого мужчины.

Я отодвигаю кружку обратно к нему. Наклоняясь вперед, Вейл толкает ее мне снова.

— У меня есть предложение.

— Теперь ты делаешь мне предложение? — спрашиваю я, немного поднимая брови.

— А у тебя подвешен язык, — говорит Вейл. — Это хорошо… очень хорошо. Слушай, я знаю людей, вроде тебя, и понимаю, что где бы ни был твой дом, ты не можешь туда вернуться.

Я немного напрягаюсь и вспоминаю последние моменты из жизни мамы. Взгляд заостряется на Вейле: нервирует то, как хорошо он читает меня.

— Знаю, тебе нужны деньги, — добавляет фейри. — И хочу тебе в этом помочь.

Я двигаю кружку от одной руки к другой, гоняя ее по грязному столу.

— Никто не хочет мне помочь, — произношу я. — Если бы ты знал меня лучше, то понял бы это.

Вейл оглядывается вокруг и прочищает горло.

— Ладно, умник, буду прямолинеен, — говорит он, понижая голос, — я могу добыть тебе работу — весьма незаконную, — которая связана с транспортировкой товара. Тебе хорошо заплатят, — заканчивает фейри.

Наконец-то хоть какая-то правда.

— Ты заинтересован? — спрашивает он.

Мои руки бездвижны, кружка останавливается. Я смотрю в нее, где уже закончился эль, пытаясь проглядеть все возможные для себя варианты. Но все выпадают. Тем более если она нарушает законы Короля Теней, то я только «за».

Я поднимаю взгляд на Вейла.

— Возможно.

254 года назад

Два часа спустя Вейл ведет меня в большой дом вниз по улице. Он протягивается вдоль края острова, из-за чего задняя часть направлена прямо в пустоту ночного неба.

— Мы известны в этих краях как Ангелы Тихой Смерти или Братство, — объясняет мне Вейл. — Мы представляем из себя группу мужчин, помогающую хорошим фейри Царства Ночи приобретать некоторые блага, которые им самим было бы сложно достать. А это наша главная контора. — И указывает на дом, стоящий впереди нас.

Я смотрю на гигантский дом, к которому спереди ведут пальмовые деревья. По его стенам далеко вверх растут лозы, а рядом приятный, ночной ветер рябит мелкие участки воды.

Вейл держит меня за пределами дома дольше нужного, позволяя мне лицезреть все богатства, что находятся вокруг. Я смотрю на него с бесстрастным выражением. Все эти годы контроля, чего так добивалась мама, идут на руку. Потому что я впечатлителен — мой неисправный изъян. Я просто бедный мальчик из Арестиса, чье единственное знакомство с Потусторонним миром проходило через мамины книги. И до недавнего времени я был никем.

Вейл ведет меня в дом. Внутри все комнаты выставлены на показ. Каждая поверхность покрыта снежным, с молочным отливом камнем и вырезана с замысловатыми рисунками. Под потолком из темноты выделяются крошечные огни света. Между ними скользят миниатюрные облака, паря мимо маленькой луны, которая видится почти полной. Очевидно, что верх помещения был заговорен, чтобы выглядеть так фантастично. Это волшебство, наверное, стоит целое состояние.

Пока пробираемся через комнаты, мы проходим нескольких женщин, облаченных в золотые одежды и цепи, которые откинувшись тихо отдыхают на диванах.

Я останавливаюсь, когда замечаю их уши. Вейл делает еще несколько шагов, прежде чем увидеть, что я не иду за ним.

Я все еще пялюсь на женщин. Их взгляд томно переходит на меня, но они даже не шевелятся.

— Они…

— Люди, — заканчивает Вейл за меня, подходя ко мне ближе. Я чувствую их жадные глаза на себе, ощущая возбуждение. — Ты когда-нибудь пробовал человеческую плоть? — интересуется он.

Конечно же, нет. Я даже никогда не видел человека; только слышал о них. В Арестисе все были слишком нищими, чтобы иметь рабов. Но не на Барбосе.

Мне рассказывали, что люди были грубыми и уродливыми созданиями, но эти женщины едва отличаются от женщин-фей. На них были толстые кандалы на шеях, запястьях и лодыжках, которые соединены между собой огромной петлевой цепью. Я предполагал, что она, своего рода, модное украшение, но сейчас осознаю, что сильно ошибался.

Женщины выглядят так, как я чувствую себя на протяжении всей своей жизни. Но в них есть что-то еще, кроме того, что они скованны. Их грустные глаза давят по моей скорби. Я понимаю их выражения лиц, будто они потеряли для себя что-то ценное.

Вейл хлопает меня по спине.

— Пошли.

Желудок скручивает. Я не хочу покидать этих женщин, даже осознавая, что не могу спасти их. Я не мог спасти даже свою мать, и, ясен хрен, у меня нет сил спасти себя.

Неохотно я последовал за Вейлом в комнату.

Минутой позже мы вошли в просторное помещение, сделанное, в основном, из темного камня с золотыми прожилками. Вдоль стены висят подсвечники, которые тускло освящают комнату. Перед нами же расстилаются несколько резервов, наполненных мерцающей водой, свет которой играет на стенах.

Воздух тяжелый от магии и пара; он клубится туманными клочьями по всей комнате и оседает в моих легких.

— Импортируют с Лефиса, — уточняет Вейл.

— Что это?

— Вода. — Он кивает в сторону светящейся жидкости.

Я смотрю туда же, куда и Вейл. Несколько обнаженных пар наслаждаются друг другом в водах, у многих даже видны крылья.

Я сразу отвожу взгляд.

— Никогда не видел прелести фейри? — спрашивает Вейл, видя резкие движения моих глаз.

Я стараюсь сделать свое выражение помягче. На Арестисе я был хитрым. Здесь я — неотесанный имигрант — арестиец, не имеющих никаких практических знаний о внешнем мире. Я ненавижу это, потому что провел годы, воспитывая себя в Потустороннем мире, дабы избежать таких ситуаций, как эта. Силы были потрачены впустую.

Губы Вейла растягиваются в ухмылку.

— Мы всегда можем это исправить, брат. Ты обнаружишь, что в данной сфере бизнеса у тебя не будет нехватки партнеров — независимо от их желания.

Независимо? Кожа покрывается мурашками. Никаких партнеров, никаких заложников.

Улыбка Вейла исчезает, и он ведет меня по мраморному проходу, что делит бассейн пополам.