Император Вечерних Звезд (ЛП) - Таласса Лаура - Страница 35

Пес. А именно оборотень.

Моя внутренняя тьма пятнает ревность.

Ее… любовник.

На кратчайший момент я забываюсь.

С того, что я на нее собрал, Калли встречается с охотником Политии за головами. Во-первых, я не поверил этому. Каллипсо Лиллис, женщина, которая когда-то сторонилась власти, теперь встречается с одним из ее работников?

Мне не стоило так удивляться. Сирены немного фаталистичны. За их плечами лежит длинная история того, как они ввязывались в неприятности из-за тысячелетнего старинного проклятия, наложенного на их вид. И хоть это самое проклятие и было снято, всегда будет некая сущность в моей паре, которая будет навлекать на себя неприятности.

Хотя, если судить между мной и охотником, то я буду похуже.

Мне требуется лишь немного магии, чтобы сжечь ткань. За секунды эта раздражающая меня рубашка превращается в не более чем дым и пепел, а затем в пустоту; магия съела все последние следы ее существования.

Надеюсь, Илай насладился Калли, когда имел ее. Теперь, когда мы с ней выплатили свои доли, у меня нет планов отпускать ее снова.

Менее года назад

К тому времени, когда Калли вернулась домой, я уже основательно здесь устроился. Совершил набег на ее кухню и ухмыльнулся, когда нашел секретный тайничок со сладостями, потому что… от кого она их прячет? Затем нахмурился, когда нашел тайничок с полувыпитым алкоголем. Его, должно быть, она прячет от себя, и берет только, когда слишком слаба или сломлена, чтобы сопротивляться.

После того, как подкрепился, я пролистал ее счет по Netflix. Судя по всему, она все еще предпочитает книги киноадаптациям и также смотрит приличное количество комедийных шоу.

Теперь я укладываюсь на кровать и смотрю на луну, которая восходит над Тихим океаном. Ее вид вызывает во мне какую-то старую тоску, одновременно затрагивая ностальгию и притупленную боль. Может из-за того, что луна близка к воде — так близка и одновременно недоступна. Она напоминает мне Никсос и Файриен, богов дня и ночи; родившиеся под несчастливой звездой любовники всегда искали друг друга, всегда были порознь.

Но волнение от того, что я вернулся в ее жизнь, слишком опьяняющая, чтобы опустить мое настроение от восходящей луны. Я купаюсь в тенях, которые проскальзывают через окно Калли, и закрываю глаза в ожидании.

Через какое-то время я слышу, как открывается входная дверь, затем тихие шаги по полу. У сирены заняло много времени, чтобы наконец дойти до спальной комнаты, где я развалился на кровати.

Понадобилась вся концентрация, чтобы держать крылья в узде и пыл в груди.

Калли показывается на пороге с укрытым тенями телом.

Иисус, Иосиф и Мария.

Не может быть.

Ни ее темные волосы, что волнами спадают вниз, ни лицо, которое разбивает мужские сердца и склоняет к ее воле. Взгляд падает на ее плоть, заключенную в очень тонкие трусики.

Видение, которое так давно преследовало меня.

Прежде чем хоть как-то сообразить, позади меня появляются крылья, раскрываясь во всю длину. Сейчас я — подросток, а Калли — недостижимая для меня женщина.

Какой же ироничной бывает судьба.

Крылья раскрывается только на долю момента, но движение ее испугало. Я слышу, как она быстро втягивает воздух, а затем включает свет в комнате.

Черт бы меня побрал; ничто не выглядит так умопомрачительно, как Калли в нижнем белье. Она такая завораживающая в тенях, как мечта в мягком свете комнаты.

Все черты девочки-подростка теперь испарились. Калли-тинейджера заменило существо с ее более женскими изгибами и потрясающим лицом.

Время поразмышлять, Десмонд. Тебе потребуется намного больше, чем огромный пыл, чтобы завоевать сердце пары.

Калли шокировано смотрит на меня. Нет, не с шоком… она ошеломлена. В ее взгляде мелькает неуверенность той самой Калли-подростка.

Вот она, моя девочка.

Я поедаю ее взглядом.

— Вижу, с последней нашей встречи ты сменила предпочтение в нижнем белье.

Помечтаем об этом попозже.

Какое-то время Калли держит паузу; видимо, собирается духом.

— Здравствуй, Десмонд Флинн, — наконец, говорит Калли, специально используя мое полное имя. Вместо этого она могла бы подойти и сжать мои яйца.

Медленная усмешка всплывает на моих губах. Дерзко.

— Я и не догадывался, что сегодня ты решила раскрыть грязные секреты, Каллипсо Лиллис.

Взгляд возвращается к ее плоти. Я не могу отвезти от нее взгляд, совсем.

Возьми. Утверди. Сделай своей.

Калли идет через спальню и берет халат из шкафа.

— Что ты хочешь, Дес? — спрашивает она, затягивая пояс халата. Ее голос звучит раздраженно, устало и одновременно сердито. Этому есть название.

Безразличие.

На какую-то долю секунды я чувствую, как на меня обрушиваются небеса.

Калли отворачивается, но я замечаю, как дрожат ее руки, и меня окутывает облегчение.

Она тоже потрясена моим присутствием. Удача не совсем покинула меня.

Словно хищник, я пользуюсь ее уязвимостью.

Я материализуюсь за ней в мгновенье и наклоняюсь к уху.

— Требовательна, как всегда. — Я улыбаюсь, когда она вскрикивает от неожиданности, поворачиваясь ко мне. — Странная черта твоего характера, учитывая то, сколько ты должна мне.

Магия проскальзывает ко мне в голос, обещая Калли все эти запретные вещи, которые жаждет ее ненасытная сирена.

Я обещаю и дам каждому из вас: тебе и сирене, ночь за ночью, настолько долго, насколько мы дарованы друг другу судьбой.

Этот глубокий, бездонный взгляд изучает мое лицо. Я и забыл, какого это — ощущать его на себе. Семь лет сделали ее глаза грустными и пустынными, но не менее пронзительными.

Калли верит в то, что я оставил ее. Это ясно читается на ее лице, как звездный свет.

В этот момент я подхожу к ней настолько близко, что готов без труда выдать ей всю информацию. Только века сдержанности удерживают мой язык. Правда не купит мне ее любовь. Калли годами обижалась на меня; несколько коротких предложений никак не исправят ситуацию.

Мне нужно заставить ее влюбиться в меня, пытаться и пытаться.

Я беру Калли за руку и отодвигаю рукав халата. Ряд за рядом моих бусин овивают предплечье. От их вида по мне прокатывается инстинктивное удовольствие.

— Мой браслет все так же хорошо смотрится на тебе, ангелочек.

Я могу спросить ее о чем угодно, обо всем, и она обязательно ответит. Могу просить жить со мной, выйти за меня, спать со мной, носить моих детей.

Этого недостаточно. Не совсем. Я хочу ее любви, размышлений, страсти… и хочу получить ее без принуждения. Чистую и только.

Но Калли не знает об этом.

— Калли, ты много задолжала мне.

Ты — моя. Пока ты этого не знаешь, любимая, но так и есть.

Калли смотрит мне в глаза, и я чувствую вес ее осознания. Часть сирены понимает, что это конец… и своего рода начало.

— Ты все-таки пришел потребовать оплаты.

Глава 23

Пока не исчезнет тьма

Менее года назад

Охотник за головами больше не угроза. Это более чем очевидно, когда он видит мои крылья и осознает, что они значат.

До Калли начинает понемногу доходить. Наверняка у нее есть версия происходящего. После противостояния с Илаем, Калли запирается в своей комнате с обеспокоенным выражением лица.

Тело практически трясет от нужды воссоединиться с ней. Прямо как в ночь танцев я теряю контроль. Фейские инстинкты вытесняют разум.

Но дверь в комнату Калли все-таки открывается, и тут вылетает она.

— Это правда? — спрашивает Калли требовательным голосом.

Я смотрю на нее, все еще отвлеченный мыслями.

— Что именно?

— На счет крыльев? — говорит она. — Правда, что ты демонстрируешь их другим, как знак не прикасаться ко мне? Что я принадлежу тебе?

Я замираю. Она слишком близка к правде… Калли упустила один знак, но, боги, сирена близка.