Неласковый отбор для Золушки - Волкова Лана - Страница 62

Элган и Леон продолжали о чем-то спорить. Не в силах больше сопротивляться внезапно нахлынувшей тяжести, я улеглась на пол прямо там, где стояла. Краем глаза заметила, как все трое удивленно обернулись ко мне.

— Леди Изайму, похоже, утомили наши препирательства, — быстро проговорил Элган. — Предлагаю удалиться и обсудить дальнейшие действия.

Леон что-то буркнул в ответ, подошел к Рианне, нежно чмокнул ее, и мужчины наконец вышли. А я закрыла глаза и мгновенно потонула в пучине странных видений. Единственное, что мне запомнилось, — губы Элгана. Их манящий шепот: «Выбирай, Юлия… Я слишком дорожу тобой».

Мне казалось, что прошла всего лишь пара минут. Кто-то встряхнул меня за плечо. Я дернулась, как от удара током. Подскочила, села, продрала глаза и тут же вновь зажмурилась от ослепительного сияния кристалла.

Приложив ладонь к глазам козырьком, вновь разлепила веки. Я сидела на большой мягкой перине. Укрытая одеялом из нежного пуха. Рядом на такой же лежала Рианна, неизменно посапывая, как беззаботный младенчик.

Прямо надо мной возвышалась женская фигура.

— Вы пришли в себя, Юлия? — узнала я голос Федайры Лаш. — Скорее поднимайтесь. Надо уходить, пока не поздно.

ГЛАВА 47

Я оторопело смотрела на тангрийку. Во мне вздымались волны противоречивых чувств. Радость, что она жива. Изумление. Наконец — возмущение.

Ну, сколько можно, в самом деле? Будить меня среди ночи, предлагать срываться и куда-то драпать. За нами непременно устроят погоню, состоится эпическая схватка с Элганом. После чего он сграбастает меня в охапку и устроит выволочку. А Федайра опять станет как кот Шредингера:[15] то ли жива, то ли мертва.

Нет уж, черта с два. Больше я никуда ни за кем вслепую не побегу. Только если силком на аркане потащат.

— Куда уходить? — буркнула сварливо. — Зачем уходить? И как вы сюда попали? Леон сказал, что ключ может открыть только он сам и только добровольно. Он вас впустил?

Федайра покачала головой.

— Не он. Ключ подчиняется не только наместнику.

— А кому еще? Кто вы, черт возьми? Я никуда с вами не пойду, не получив ответов на вопросы.

Тангрийка вздохнула:

— Хорошо, Юлия. Я отвечу. Но давайте поспешим, прошу вас. Времени в обрез. Что вы хотите знать в первую очередь?

Я встала, чтобы смотреть ей в глаза. Следователь из меня так себе, но хоть какой-то шанс почувствовать правду и ложь.

— Как вы сюда попали?

Она пожала плечами.

— Меня позвал кристалл Источника.

— Как позвал? Зачем?

— Позвал импульсом в сознании. Это трудно объяснить человеку, который не владеет традиционной веравинской магией. Внутри вы ощущаете непреодолимый порыв направиться в определенное место. Зачем — я и сама не могла понять. Пока не пришла сюда, не увидела вас и не прикоснулась к кристаллу.

— И что же вы поняли?

— Кристалл инициировал сирену. Отныне вы обладаете силой и чарами сирены в полной мере. Потому кристалл и позвал меня — к первой инициированной сирене за тысячи лет в Веравине.

От такой новости я должна была отвесить челюсть, вытаращить глаза, завизжать во все горло, подпрыгнуть до потолка или затопать ногами. Но я стояла на месте и тупо глядела на Федайру. Ее слова ничего для меня не значили.

Кристалл инициировал сирену. Я обладаю силой сирены в полной мере. И что? Что я должна сейчас чувствовать? Что должно происходить со мной?

— Вы ничего не ощущаете? Всмотритесь в себя. Точнее, вслушайтесь. Магия сирены заключается в звуках. Что вы слышите?

Я рефлекторно прислушалась. Поначалу ничего не было, кроме нашего дыхания и мерного сопения Рианны. Эта девица проспит все приключения. Вечно они падают только на мою голову. С удовольствием отсыпала бы ей половину. Да только меня не спрашивают.

А затем в мое сознание хлынула… музыка. Десятки, сотни, тысячи разных мелодий! Голова закружилась, я обхватила ее руками и хлопнулась обратно на постель, потеряв равновесие.

Мелодии вились внутри меня подобно пчелиному рою. Я слышала и различала все до одной! Невероятное чувство — слушать одновременно неисчислимое количество музыкальных рисунков, и они не сливались в какофонию. Как будто я была не человеком с ограниченными способностями, а с компьютерным интеллектом или каким-то сверхсуществом. Сиреной.

Но неужели этот шквал звуков будет теперь со мной всегда? Я же сойду с ума!

Стоило подумать об этом, как мелодии стихли. Осталась уверенность, что я в любой момент могу извлечь из памяти любую из них и спеть. И что я сразу узнаю, когда наступит нужный момент.

Это и есть сила сирены? Но что она дает?

Я посмотрела на тангрийку. Уже открыла рот, чтобы спросить. Но вместо этого сам собой вырвался другой вопрос:

— Кто вы, Федайра? Откуда у вас сила пройти сквозь магический барьер Элгана в его покоях во дворце? Почему вас позвал кристалл и пропустил ключ? Почему он подчиняется вам, как Леону?

Пока я спрашивала, в голове завертелась одна из мелодий. Откуда-то я знала, что если спою ее, Федайра не сможет солгать. Мелодия заставляла человека и любое разумное существо говорить правду и ничего, кроме правды.

Но я не запела. Оттуда же, из тех же неведомых глубин подсознания пришло понимание, что Федайра и так не солжет.

Тангрийка улыбнулась уголком рта.

— Мудрое решение, Юлия. Я знаю, что чары сирен вынуждали людей к искренности. У вас нет необходимости к ним прибегать. Смотрите.

С изумлением я увидела, как кожа и волосы Федайры посветлели у меня на глазах. Изменилось лицо, чуть вытянулся рост.

— Из меня такая же тангрийка, как из вас, Юлия. Это личина. А Федайра Лаш — такой же псевдоним, как Изайма Грейн.

Вот тут-то у меня челюсть и отвисла. Ошалелыми глазами я таращилась на худощавого светлокожего мужчину лет тридцати с длинными русыми волосами.

— Мое имя Федар Дайнир. Я старший брат Киары.

ГЛАВА 48

Хорошо, что я успела плюхнуться на пол раньше. От этого преображения точно не устояла бы на ногах.

— Киара знала?

Федар-Федайра покачал головой.

— Никто из моих братьев и сестер не знает. Ради их безопасности, секретности моего происхождения и миссии в Веравине. Лишь старшие в роду. Отец, дед. Мама. Когда я родился и они поняли — кем, меня спрятали от посторонних глаз. До трех лет я воспитывался в поместье как дитя супружеской пары слуг. Моим приемным родителям сказали, что я бастард моего дяди. Они хранили тайну за вознаграждение. Потом их вместе со мной и дядей отправили в Тангри. Там я рос и изучал магию под наставничеством дяди и местных мастеров, которые не могли догадаться, кто я такой. А главное, я учился и практиковал магию вдали от Гемайской долины и особенно — столицы Веравина. Вдали от Кей Ла Мо.

— Почему? Чем вы им угрожали? Или они вам?

Вместо ответа лже-Федайра вытащил из рукава маленький нож. Я вскочила, готовая драться за свою жизнь, если он вдруг решит напасть, усыпив мою бдительность. Но Федар сделал небольшой надрез на своей ладони.

Брызнула кровь. Прозрачные капли вспыхнули рубиновым светом.

— Видите, Юлия? Так выглядит истинная первая кровь. Род Дайниров — прямые наследники капитана багряных стражей. Именно в нашем роду капитан должен однажды переродиться.

— И это — вы? — воскликнула я.

Федар кивнул. А я попыталась вспомнить все, что читала о багряных стражах и их капитане в нудной книге Эонеска. Они оставили преемников, которые тайно наблюдали за пробуждением первой крови в Веравине. Когда в мире вновь родятся потомки со сверхспособностями, тогда первая кровь заявит о себе миру.

И Федар родился с такими способностями?

— И это я, — кивнул молодой мужчина. — Веками наш род хранил тайное знание, передавал его от отца к сыну. И когда я появился на свет, отец и дед узнали ребенка, который станет первым за века капитаном багряных стражей.