Пешки (СИ) - Ферр Алекс - Страница 33

— С удовольствием, — отозвался Тадеус.

— Ну, тогда пойдем, — Рос поднялся из-за стола.

С виду веселая, внутри же напряженная и противоречивая компания двинулась в «Веселую вдову».

Глава 14. Сделка

Глава 14. Сделка

Ловкие пальцы монотонно перебирали внутреннюю, податливую и бархатистую ткань костюма.

— У меня нет слов. Я… Никогда такого не видел, — медленно проговорил Тадеус, находясь в легком шоке.

Демиан сиял. Да что там! Не только Дем, но и Рос, и Энн, и даже Фурри. Это было сродни гордости ребенка, который показывал свою самую лучшую игрушку. Пусть и не новую, но такую интересную!

— … Вы серьезно говорите, что этот доспех защитит от клинка или даже меча?

— Не совсем, — ответил Рос. — Внешний слой поглотит часть удара, но только часть. Все зависит от силы. Ваши чертовы тентакли на болоте разорвали трех наших бойцов. Костюм их не спас.

— Наш народ всегда выручали ловкость и реакция, — сквозь зубы, словно о чем-то запретном проговорил Тадеус. — И мы знаем, что к болотам лучше не подходить вообще, ни рядом, ни через них. На то и существуют тропы. Мне очень и очень интересно — почему крестьяне лорда Толли об этом не рассказали?

— Может быть, потому что они не ходят за пределы городка без сопровождения? — Демиану все казалось логичным.

Если обычным людям, мягко говоря, до лампочки, что происходит за стенами города, в дикой природе, откуда у них эти знания? В 14–16 лет будущий член общества определяется, что ему по душе — и даже если он и знал что-то из общей базы, пригодился ли ему этот массив, который не был ни разу использованным на практике? Механизмы человеческой памяти, как правило, одинаковы и неизменны.

Дем вспоминал себя в школе — сейчас бы он не смог повторить ни одной теоремы, а ведь прошло немногим более 10 лет. Если структура начальных представлений о мире оставалась неизменной многие десятилетия, то сама функция применения — кардинально отличалась. Цель образования в Империи — не впихнуть как можно больше, но натренировать мозг к образованию нейронных связей, разогнать, ну и, естественно, выявить наиболее сильные стороны мышления и психической составляющей, чтобы эффективно задействовать возможности. Но и как любая другая система, в которой не последнюю роль играет человеческий фактор, эта давала сбои. На той же Вентре в трущобах многие не могли выбиться со дна социума. Причин всего две: призрачная возможность выбора и банальная человеческая лень, которая так и осталась глобальной проблемой. Как и двигателем прогресса.

С другой стороны, Демиан и другие граждане Империи всегда могли вызвать диалоговое окно нейросети и прочитать эту чертову теорему, раз очень хочется (страшно подумать, что должна быть за ситуация, когда взрослому человеку освежить школьные дебри НЕОБХОДИМО). У жителей Аспирана возможностей обратиться к глобальной базе знаний просто не было, а поэтому, скорее всего, отцы семейств, годами работающие на поле, да и просто ремесленники, не дали имперским исследователям знания о хищниках в полной мере.

Это не отменяло того факта, что кто-либо из членов команды Роса не досадовал о потерянных жизнях, но и трагедию никто не строил.

— Так или иначе, — вмешалась в разговор Энн, эти костюмы нас полностью не обезопасили.

— Мне и Росу они спасли жизнь, — снова подал голос Дем. — Мы успели с ним дать команду ввести противоперегрузочные препараты. Когда на нас свалилась эта треклятая грязь…

— То есть… — задумчиво потянул Тадеус. — Вы отрицаете, что ваша защита может быть нам полезна?

— Ни в коем случае, — Фурри суетливо начал жестикулировать. — Но как и у любой вещи есть минусы, мы считаем, что вам важно об этом знать. Костюмы могут быть герметичны. Могут спасти от укусов всякой мелочи. Но, зная особенности вашей боевой тактики, смею предположить, что подобное обмундирование сильно замедлит вашу реакцию. А это именно тот фактор, благодаря которому многие воины остаются жить до глубокой старости.

На последней фразе Тадеус хмыкнул. Ключевая цель воина, правителя, землепашца — благо народа. Само существование их расы было неразрывно связано с особенностями физиологии и группой специфических гормонов. Когда есть цель, и веришь, что можешь ее воплотить или как-то ускорить ход событий в ее направлении — живешь. Нет цели — быстро стареешь и дохнешь, и ничего уже не поможет. Осознание собственной бесполезности стало ключевым страхом, который не только дал толчок развитию цивилизации на Аспиране, а определил идеологию социума. Бесполезных нет, они умирают сами. Хочешь жить долго — любой твой вклад и мир, в котором ты живешь, вернется сторицей от таких же муравьев и членов общества.

В глазах Энн подобный строй был почти идеален. За малым исключением: ограниченным пространством существования и низким, по сравнению с Империей, технологическим прогрессом.

— Мы умираем, когда становимся не нужны обществу, — наследник шумно выдохнул. — Либо гибнем в силу обстоятельств. Если ваши технологии позволяют смягчить или устранить хотя бы один фактор, они не бесполезны. Но вас очень многое завязано на нейросеть, насколько я понял?

— Да, — ответил Фурри. — Это часть нашего «я», без которого мы уже не можем быть полноценны. Ни в обществе, ни в работе. Это мгновенная связь, документы, которые всегда при нас, быстрое восстановление и множество вещей, которые иначе как сетью не управляются.

Тадеус в задумчивости замолчал. С одной стороны — было бы очень удобно заполучить доступ к глобальной системе, с другой — это кабала, на которую они могут обречь народ на множество лет.

Однажды семья Де-Шенн совершила выгодную покупку, эффективный, а, главное, защищенный завод по производству сталей. Цена была смешной, но потом они трижды поплатились за свою беспечность — все составляющие и необходимые для производства материалы приходилось закупать именно у этого продавца, и, в конечном итоге, Де-Шенны ушли в глубокий минус. Пока не завладели остальными знаниями. Но урок был действительно страшный.

— Мне следует подумать и посоветоваться с отцом, — уверенно проговорил наследник. — То, что вы предлагаете в обмен на вархузу — бесценно, но, как и любая вещь, — он подмигнул Фурри. — Имеет свои плюсы и минусы. Мы должны просчитать риски.

— Если вы желаете, мы можем поставить вам наносеть в самое ближайшее время, — предложила Энн, призывно улыбаясь. — Лично вас это ни к чему не обяжет, разве что будет некоторое преимущество перед остальными.

В воздухе повисла длинная пауза. Тадеус медленно соображал, морща лоб. Предложение было очень заманчиво, но и опрометчивость, и горячность — не те черты, которые должны стать главенствующими в данной ситуации.

— Я благодарен вам за предложение, — чувствуя сухость в горле, ответил Тадеус. — Но вынужден повременить с ответом. Пожалуй, вечер подходит к концу. Выпито немало, поэтому беседу, думаю, можно будет продолжить…. Завтра вечером. Что скажете, уважаемые?

Фурри, Рос и Демиан переглянулись. Неподвижной осталась лишь Анна, ей было, по большому счету, все равно. Решать должен был Рос.

— С удовольствием, — через некоторое время отозвался лидер.

— Отлично, тогда следующим вечером за вами будет послан один из наших людей, — Тадеус кивком попрощался. — Рос, Демиан, Фурри… Энн, — наследник улыбнулся. — Приятно было провести вечер в хорошей компании. До завтра.

Когда сын монарха уже вышел из гостиницы и четверо землян остались наедине друг с другом Дем, осведомился.

— Мне одному показалось, что наш принц та еще хитрая жопа?

_________________________________

Лорд Мартин в недоумении расхаживал по кабинету, заложив руки за спину. Стук подошвы ботинок об отполированный пол разносился эхом по комнате.

— Вы хотите сказать, чтобы мы продали вашим денежным мешкам часть земель? — лорд почти задохнулся от наглости гостей.

— Разве вам нет дела до того, как живут ваши люди? — Фурри изящно протанцевал по самой большой мозоли правителя. — Вы только представьте: больше никаких ресурсов на обеспечение жизни практически не потребуется: красивые и крепкие дома в считанные дни, комфорт и довольные жизнью люди… Которые успевают отдыхать.