Истинный мир (СИ) - "Тайрен" - Страница 63

Как и в предыдущем городе, на витрине красовались баночки с демпудрой не только низкого, но и среднего качества. Ценник гласил 2000 кредитов. И как предположил наш герой, всё, что не продавалось в Райзенвале, но есть тут, зачаровывается с помощью нового типа пудры. А потому не удивительно, что цены не просто кусаются, а пытаются съесть тебя целиком.

В кузню и магазин зачарователя парень заходить не стал. Цены на зачарованные предметы там такие же невообразимо огромные, а бюджет был крайне ограничен, точнее он вовсе отсутствовал. С его двумя тысячами, ему только на хорошие кожаные доспехи хватит, и то без малейшего намёка на чары. А ведь ещё на гостиницу нужно деньжат оставить, и про карманные расходы не стоит забывать. Всё-таки пребывая в городе, стоит развлекаться, а не сидеть в комнате затворником. В итоге, попускав слюнки на кольца, повышающие выносливость, Тайрен отправился искать приемлемое место своего будущего жилья.

Разброс цен просто поражал воображение. За комнату с кроватью и тумбой просили от 20 до 50 монет в сутки. А если хочешь, чтобы тебя кормили, за каждый приём пищи накинь ещё по 5 монет. В одном месте даже предлагали самому готовить себе еду на общей кухне, но такой вариант ему однозначно не подходил. С каждым новым городом цена на жилье становилась всё больше, вероятно исходя из принципа, что и авантюристы получают за задания более значительные вознаграждения. Обойдя штук десять разных постоялых дворов, наш герой всё же остановился в одном месте, где ему удалось договориться на приличную скидку, при оплате сразу месячной стоимости проживания. До этого момента, он не хотел оставаться тут так долго, но скидывать цену при оплате двух недель владелец гостиницы наотрез отказался, объясняя это тем, что они и так работают чуть ли не в убыток. Хоть Тайрен и не понимал, как сдавая жилплощадь можно работать в убыток, он всё же согласился отдать 75 серебряных за месяц. В эту сумму также входили завтрак и ужин. То, как он питался в Трейдинбурге, его более чем устраивало, ведь достаточно удобно не думать о том, что нужно срочно возвращаться в гостиницу, дабы пообедать. Да и беглый осмотр местных лавок с закусками показал, что выбор деликатесов тут далеко не маленький.

Мысленно попрощавшись с нажитыми непосильным трудом монетками, Тайрен оставил свои вещи в комнате, и отправился смотреть и слушать местных художников и поэтов. Как и Трейдинбург, дороги просто кишели людьми. Значительным же плюсом города стали очень широкие улицы. Они делили территорию Филермуна на четыре части, а в центре располагалась широченная площадь, похожая на ту, что была в Ньюполе, но распластавшаяся ещё больше. Одну четверть города полностью занимала мэрия и отгораживалась от остального мира десятиметровой стеной. Из того, что Тайрену удалось увидеть через ворота, находившиеся со стороны площади, большую часть внутреннего пространства подмяли под себя казармы и плац. Возможно, там находилось что-то ещё, но через ворота больше ничего разглядеть не получилось.

На противоположном же углу площади находился вход на территорию церкви. Собор, стоявший за трёхметровой стеной, сильнее всего возвышался среди всех других зданий. Огромных размеров сооружение, больше напоминавшее укреплённую цитадель, нежели молитвенник для верующих, занимало почти всё отведённое под священников место. Кроме него от входа можно было разглядеть только небольшое кладбище, разделённое дорогой к собору.

В остальных же двух четвертинках города разместились всевозможные лавки и мастерские. Ну и, конечно же, нельзя забывать про увеселительные заведения. Бары, пивнушки, кафешки, харчевни и прочие аналогичные места занимали большую часть всего пространства. Каждое второе место предлагало провести время с пользой именно в нём. Но самое крутое находилось не внутри зданий, а снаружи. Широченные улицы наполняли всевозможные творческими натуры, мечтающие разжиться на своих, как им казалось, уникальных навыках.

Кроме самых обычных людей, просто поющих или рисующих, на улице стояли и более интересные индивидуумы. Один паренёк рисовал на холсте с помощью пальца. Нет, он не окунал пальцы в краску, а затем водил ими по бумаге. Его руки выглядели абсолютно чистыми, но на белой поверхности всё равно появлялись доселе не существовавшие узоры. Краска как бы сочилась из его пальцев, постоянно меняя цвет по желанию мастера. А другой мужичек играл на музыкальных инструментах, если конечно так можно выразиться, потому что инструменты, в общем-то, играли сами на себе. А мужчина, он просто сидел напротив них на стуле и махал руками как заправский дирижёр. Ещё там была девушка, лепившая фигурки из дерева. Да-да она именно лепила из дерева. Не стругала, не вырезала, а именно лепила. Просто брала обычное полено, ещё даже с корой на нём, прямо руками обшелушивала, и приступала к делу. Причём на вид эта представительница женской половины человечества не отличалась особой мускулатурой. Более того, она вообще ничем особым не выделялась на фоне других людей. Но при этом могла смять дерево чуть ли не как глину.

Город оказался именно таким, каким его и ожидал увидеть Тайрен. За один вечер он лицезрел столько необычного, сколько не видел за всю свою жизнь. И даже высокая плотность населения не могла омрачить его впечатления о здешних умельцах. После вкусного ужина в гостинице, уставший от новых эмоций, он уснул, кажется ещё до того, как его голова долетела до подушки.

Момент семьдесят девятый: Задание 7-го ранга

Спустя неделю пребывания в Филермуне, Тайрену наконец-то удалось взять 7-й ранг. Знаменательное событие надо сказать. Сразу после поднятия ранга, цифра на его карточке поменяла свой цвет с коричнево-красного, на блестяще-серый. То есть можно было с уверенностью сказать, что теперь он ни какой-то там наёмник медного уровня, а уже вполне себе состоявшийся серебряный искатель приключений. Странно, что Софья не упомянула об этой классификации, когда рассказывала про ранговую систему.

"По логике вещей, если сначала цвет был медный, а потом стал серебряный, то дальше должен быть золотой? А нет, там вроде в промежутке имелось что-то ещё… Электрум? Да, вроде так эти монеты назывались. Странно, что я ещё ни разу не видел этих электрумных монет. Правда, я награду за задания 8-го ранга всё время брал в кредитах. Может если попросил бы налом, то, как раз и выдали бы электрумом".

На одной из досок объявлений в здании гильдии, взор Тайрена зацепился за одно странное поручение. На нём одновременно стояло две печати, похожие на те, что ставились на объявления от мэрии в Ньюполе. При этом в отличие от остальных листовок, награда тут имела не статичную цифру, а разброс от 200 до 400 монет. И если память нашего героя не подводила, то этот квест висит тут с самого его приезда в город. Аккуратно сняв листовку с доски, он подошёл к молодому человеку у стойки регистрации.

— Добрый день, а подскажите, почему у этого поручения такой большой разброс в награде? Да и ранг требуют седьмой, а сделать надо всего ничего.

— Здравствуйте. Вы вероятно первый раз берете задание такого ранга. Из-за всё возрастающей сложности, тяжело оценить реальный риск для наёмника. Видите, там написано, что нужно сходить на разведку на кладбище?

— Ну да, сходил, посмотрел, вернулся, рассказал, что там творится, за что двести монет то?

— Могу рассказать вам альтернативный вариант. Сходил, уничтожил толпу восставших мертвецов, убил проживающего в склепе некроманта, нашёл запретный артефакт для поднятия нежити, вернулся с этим добром, и получил заслуженные четыре сотни. Мы не можем заранее знать, как закончится этот поход, а потому сразу в награду закладываем как самый лучший исход событий, так и самый худший.

— Знаете, если дела пойдут так, как вы рассказали, то четыреста монет не выглядят такой уж хорошей наградой.

— Поэтому эта листовка и весит на доске уже больше недели. И даже печати мэрии и церкви не сподвигают людей сорвать её. А ведь уважение двух правящих в городе структур дорогого стоит.