Магия Музыки (СИ) - Рейт Мелани - Страница 48

Через семь ли девять- жабы,

Поцелуешь — эффекта ноль.

Не родись, человече, принцем.

То не жизнь, а сплошная боль.

Только раз через сотню взглядов

Есть такая, что краше всех.

И в очах у неё закаты,

И лучист, и хрустален, смех.

Если только такую встретишь -

Смело ставь все что есть, на кон.

Только помни — в прекрасном сердце

Непременно живет дракон!*

Закончив сие произведение высокого искусства, Оракул поклонилась мне, и тут же присела, пропуская у себя над головой сухую корягу, брошенную легкой рукой эльфа.

— Знаешь, а ведь в этом что- то есть… — Задумчиво ответила я, не обращая внимание на то, что Эвиел уже выбрался из муравейника, и сейчас снова примеривается к голове моей подруги. На этот раз, камнем.

— А я про что! — Радостно поддакнула Татьяна, и снова присела. На этот раз чуть ниже. Но камень своей цели достигнуть не смог, шлепнувшись в шаге от веселящейся девушки.

— Мазииила! — пропела подруга язвительным голосом и продолжила, не обращая больше внимания на эльфа. — Так вот. Смысл весь в том, что рыцарь тот на самом деле, кто остается жить с тобой, поняв, что ТЫ и есть на самом деле ужасный бешеный ДРАКОН!*

— Это не рыцарь, — протянула я, восхищенная полетом мыслей Татьяны, — это извращенец, одержимый влечением ко всевозможному бестиарию.

— Вот видишь! Ты сама только что признала, что с ним, — торжествующе тыкнув пальце в сторону эльфа, укладывающего в аккуратную стопку хворост, — что то не так!

— Но я не уверена…

— …Что он такой?! Ничего, скоро он себя покажет. Да и ты тоже не одуванчик, знаешь ли, — закончив излагать свое мнение по поводу наших дальнейших с мужем отношения, Таня направилась в сторону кустов, с явно известным всем позывом.

Проходя мимо Эвиела она, как бы случайно, задела ногой только что сложенную им кучу хвороста. Тонкие ветки тут же рассыпались в разные стороны.

Сделав свое черное дело, она продолжила свой путь к кусткам, как ни в чем не бывало, не оглядываясь назад на в корень злого эльфа, силившегося что- то сказать ей приличного, но так и не находящего подходящих слов.

Я покачала головой, глядя на эту парочку, и встав с расстеленного на земле плаща, пошла помогать своему мужу. За что была вознаграждена легким поцелуем в губы и наливным яблоком, которое Эльф извлек из сумы.

Не знаю, как долго эти двое собирались вести между собой баталии и чем были вызваны эти действия, но во мне теплилась надежда, что когда-нибудь, в нужный момент, они смогут притереться и действовать заодно.

«Ведь они оба мне дороги…» — сонно подумала я, засыпая под боком эльфа и не видя, как заговорщически перемигнулись между собой недавно ругающиеся.

Примечание.

— стих и комментарии к нему были взяты из интернета и к полету фантазии автора книги не имеют никакого отношения.

Глава 21. Пока город спит.*

А хочешь, подарю тебе звезду,

Которая зажглась в зените лета,

И не уходит даже на рассвете,

Неся покой, тепло и красоту…

(отрывок стиха взят из сообщества ВК: «Дневник Когтеврана», и к фантазии автора этой книги не имеет никакого отношения.)

— Моооре! — Заорала не своим голосом я и, раскинув руки в стороны, на хорошей скорости стартанула к едва появившейся полоске пляжа, чувствуя свежий, слегка солоноватый запах и улавливая громкий звук прибоя.

Стоило лишь только моим ногам утонуть в мягком мелком ярко желтом песке, я остановилась и, торопливо стянув с уставших и слегка сопревших ног испачканные грязью сапоги, принялась с не меньшей поспешностью избавляться от других элементов одежды. Солнце ярко светило, отражаясь от поверхности высоких волн и оседало вместе с каплями на моих открытых участках тела, сверкая всеми оттенками серебряного и золотого, слегка остужая разгоряченное от долгого хождения тело. Ослабив платок, служивший мне временной заменой ремня и развязав под грудью узел из ткани рубашки я, не отрывая взгляда от воды, искрившейся яркой голубизной, схватилась за первую пуговицу, едва не вырывая оною с «мясом», так тряслись руки.

За спиной послышался приглушенный стон, а затем звонкий шлепок.

Оставив пятую, по счету, пуговицу, в покое, я недоуменно обернулась и застала прелестную во всех смыслах картину, которая могла стать наглядной иллюстрацией в учебниках по психологии, на тему: «Стадии шока и разновидности стыда».

Эльф с Таней стояли почте рядом друг с другом у самой кромки леса, которая резко контрастировала с ярким песком и являлась этаким «разделительным» барьером. На лицах обоих представителей разумной расы застыло выражение шока, и если эльф ограничился только вытаращенными глазами и некультурно открытым ртом, то Таня же присовокупила к этому ладонь, которая сейчас лежала на ее лбу, являясь ярым показателем высшей степени изумления, а широко распахнутые глаза будто вопили: «Боги! И ей я отдала свою последнюю «Rafaello?!».

Поймав на себя столь сильное внимание и осознав, как со стороны выглядели мои действия, я мучительно покраснела и, быстро отвернувшись, с остервенением сдернула рубашку, не замечая, как вылетают пуговицы. Далее, сгорая от стыда и испытывая острую потребность временно провалиться под землю и, причем, как можно скорее, я рывком стянула слабо держащиеся штаны. Одежда грузно осела вокруг меня неаккуратным кулем, который я, не снижая напора подхватила с земли и не глядя, зашвырнула назад, оставшись в кружевном неглиже черного цвета.

— Что ты творишь? — услышала я странно хриплый голос эльфа, и мои щеки, только — только начавшие бледнеть, снова окрасились в ярко красный цвет. Непослушно мотнув головой и почувствовав, как непривычно длинные волосы шелковой простыней лизнули спину, я сорвалась с места и рыбкой нырнула в первую же вздыбившуюся волну, встречая удар стихии грудью. На голову обрушилась тонна воды, накрывая холодом и лишая воздуха. Я увеличила напор, сильнее опуская голову и пытаясь перебороть силу прибоя, которая тянула меня вместе с собой, обратно к пляжу. Мышцы чуть напряглись, а ноги пришли в движение, придавая ускорение. Напор воды ослаб и я, чуть изогнув тело, направила его вверх. Прохлада и тяжесть воды постепенно сменилась пробирающим до костей ветром и разнообразием звуков природы. Глаза, до этого плотно закрытые, резанул яркий луч света. Я откинула с лица облепившие его волосы назад, и успела чуть подпрыгнуть, пропуская через себя средних размеров волну, еще не успевшую набрать силу. Немного переждав, я проплыла чуть вперед и почувствовав под ногами песок, смело встала на него, по пояс высунувшись из воды. Оглянувшись назад, я увидела, что смогла отплыть от берега на приличное расстояние и сейчас Таня, бегающая по нему и задорно махающая мне руками, казалась мне не больше самки стрекозы, по размеру.

Странно, но эльфа рядом с ней не было.

Я удивлено заозиралась вокруг, топчась в растерянности на месте, и слегка сощурив глаза.

Да, мне не показалось. Мужа на пляже действительно не было.

Тогда, набрав побольше воздуха в грудь, я сложила руки на подобие рупора и что есть мочи закричала, лелея надежду того, что все- таки буду услышана:

— Тааааааань!

Фигурка на пляже перестала бегать и резко остановившись, опустила руки.

До моих ушей долетело едва слышное:

— Дураааа! Нафига так пугаааать!

Я усмехнулась, пропуская оскорбление, и снова сложив руки, прокричала:

— Где Эвиел?

Подруга в отдалении снова замахала руками, чуть подпрыгивая от напряжения, а затем я услышала:

— Он уаой!

— Что? — гаркнула я во все горло, и страшно закашлялась. Не рассчитала силу легких, однозначно! Лежать мне с ангиной, и то, в лучшем случае!

Я прямо-таки буквально почувствовала, как Оракул раздраженно закатила глаза, прежде чем заорать мне, не прекращая манипуляций руками и бешенных прыжков, на месте:

— Ыи да!

Донес до меня резко усилившийся ветер. Шум ударяющихся об берег волн стал громче, почти заглушая все то, что пыталась донести до меня подруга. Я уставилась на неё не менее раздраженным взглядом и, снова сложив руки, рявкнула: