Сердце огня и льда. Леди (СИ) - Серина Гэлбрэйт - Страница 18

– Но ведь средство существует? – спросила Лиссет. – Если есть яд, то должно быть и противоядие, не говоря уже, что вряд ли Рейнхарт собирался усыплять Нордана без возможности пробуждения.

– Строго говоря, это не яд, а снотворное зелье на основе редкой разновидности мака, ныне встречающейся только в двух-трёх местах. Согласно легенде, бог смерти наделил этот цветок особыми свойствами, в том числе способностью погружать в длительный сон даже других богов. Снотворное Рейнхарт делает на основе записей одного из колдунов, жившего в древности в странах за Восточным хребтом. Сам рецепт и ингредиенты он надёжно скрывает. Что любопытно, его повышенный интерес к снотворным зельям, гипнозу и старинным шаманским практикам вхождения в трансовое состояние возник примерно тогда же, когда было набрано последнее поколение собратьев.

– Помню, он уехал на восток сразу же, как закончил наше обучение, – добавил Беван задумчиво.

– Разве тебя и Норда учил не Дрэйк? – удивилась я.

– Дрэйк, – подтвердил Беван. – И Рейнхарт тоже. Собственно, при распределении сложилась довольно забавная ситуация. Из нас четверых первым нашли и привезли на остров Галена. Несколько месяцев он ничего не делал, часами просиживал в кладовых и пил, пока старшие решали, кто из собратьев предыдущего поколения будет заниматься воспитанием данного нерадивого отрока. Вызвался собрат Маркус, желающих оспорить не было, и в результате Гален отошёл ему. Потом появились мы трое и почти одновременно. Я уличный вор, Норд дикарь и на этом дивном фоне Вэйд, сын не особо богатого и родовитого, но всё же баронета. Естественно, за обладание чистеньким и культурным мальчиком, который всегда говорит «благодарю», «пожалуйста», не вытирает тайком грязные пальцы о скатерть и не прикидывает, чего бы ценного стащить, развернулась нешуточная борьба…

– Не преувеличивай, – перебил Дрэйк. – Пара споров – ещё не борьба. Старшие лишь хотели распределить новичков между тремя собратьями моего поколения.

– Но разделить поровну не получалось – нас четверо, вас трое, – и у Марка уже вроде как был Гален. Наконец Рейнхарт, не иначе как в момент озарения увидев в нас с Нордом себя в молодости, решил нас обоих определить к Дрэйку, благо что добровольцев, желающих сделать из нас приличных членов братства, не нашлось. Остальные поворчали, однако в целом не возражали. Оно и понятно – от участия в партиях тебя никто не освобождает и придётся совмещать свою работу с обучением новичка, а возиться с двумя делами сразу не каждому охота. Рейнхарт же предложил добавить к нам и Вэйдалла, дескать, будет лучше, если кто-то один станет заниматься обучением, а не распыляться всем. Остальные снова поворчали, прекрасно понимая, что Рейнхарт через Дрэйка будет лепить нас по своему образу и подобию, но достойных поводов для отказа опять-таки не нашли. Ритуал посвящения я, Норд и Гален прошли, Вэйд тоже, только после ему внезапно стало паршиво, причём настолько, что старшие начали опасаться, что бедолага не выживет.

– Когда-то давно подобные прецеденты редко, но случались, – пояснил Дрэйк. – Принимаемый в круг не проходил ритуал посвящения, и яд в крови убивал его.

– Как несложно догадаться, – продолжил Беван, – собрат при смерти потерял былую ценность. От него тогда не отходил лишь Гален да Марк проявлял какую-то заботу и участие. Нам с Нордом, если честно, было всё равно, что станет с Вэйдом, старшие мучительно соображали, удастся ли найти ему замену.

Мы с Лиссет переглянулись, но промолчали. Предлагая вступить в орден, старшие обещали новичкам весь мир у их ног и вечную поддержку собратьев. И отворачивались равнодушно, едва возможность использовать вступающего ускользала вёрткой рыбёшкой.

– Дирг знает, как и почему, однако Вэйд выжил. И сразу вновь стал всем нужен и интересен. Только Вэйд отказался идти к Дрэйку и заявил, что будет учиться только с Галеном у Марка.

– Надо думать, старшие опять не возражали, – заметила лисица.

– Именно. Не то чтобы их сильно вдохновляла перспектива отдать практически всех новичков под покровительство Рейнхарта. А так двое у одного, двое у другого, считай, вот вам и поровну.

– То есть Рейнхарт даже внутри братства пытается отхватить себе кусок побольше да пожирнее?

– А кто нет? У каждого своя игра, свои цели. И мысль-то правильная – привлечь на свою сторону тех, кто сможет помочь и поддержать. Я только не знаю, согласятся ли Вэйд и Гален пойти против Марка, если вдруг идеалы братства для него окажутся важнее.

– Марк всегда был себе на уме, – Дрэйк вернулся к столу, перебрал разложенные на столешнице бумаги. Вытянул один лист, пододвинул к Бевану. – План дворцового подземелья, где держат Норда. Из моего городского особняка туда ведёт подземный тоннель.

– Какое удачное совпадение, – произнесла Лиссет.

– Отнюдь. Дворцовое подземелье соединено переходами с несколькими домами, расположенными неподалёку от дворца. Эти тоннели были выкопаны около двухсот лет назад во время гражданской войны, на случай захвата дворца неприятелем. С годами большинство о них позабыло, однако сохранились старые планы с указаниями, где тоннели выходят на поверхность.

– Я уже и сама подзабыла, что ты ничего не делаешь просто так, – вздохнула лисица.

Даже выбирая новый дом.

Я слушаю, как мужчины обсуждают детали, говорят об установленной колдунами Рейнхарта защите, о возможностях и вероятностях, и с трудом верю, что уже сегодня вечером увижу Нордана наяву, а не во сне. Увижу ледяную комнату из моих кошмаров, тёмный лабиринт коридоров.

– Рейнхарт видел нас на балу, он сразу поймёт, куда мы направим свои стопы в следующую очередь, – возразила Лиссет.

– Это нам и нужно, – ответил Дрэйк. – Покидая сегодня дворец, я предупредил секретаря Рейнхарта, что меня не будет до завтра. Она передаст эту информацию Рейнхарту, и он, понимая прекрасно, куда и зачем я мог уехать, приставит к Норду дополнительную охрану, убрав при этом защитные амулеты, чтобы подпустить нас поближе. Возможно, будет ожидать сам, дабы лично убедиться в моей неверности ордену и смертной уязвимости Бевана.

– Я правильно уловила ход ваших безумных мыслей – мы собираемся идти прямиком в ловушку?

– С точки зрения Рейнхарта – да, – подтвердил Беван. – Итак, мы с тобой, Лиса, заходим через подземный тоннель, Дрэйк через дворец, потому как его там пропустят без вопросов, а нас вряд ли, и…

– А где буду я? – вмешалась я, вспомнив, что пока ещё не слышала собственного имени в расстановке позиций и распределении задач.

Беван умолк, посмотрел немного растерянно на склонившегося над столом Дрэйка.

– В безопасном месте, – ответил Дрэйк ровно, не глядя на меня.

– То есть я не пойду с вами за Нордом? – уточнила я, уже зная, что мужчина скажет.

– Нет.

– Почему?

– Потому что я не допущу, чтобы ты пострадала или оказалась в руках Рейнхарта.

– Я могу за себя постоять, – возразила я. – Я больше не та беспомощная леди, которую ты помнишь.

Лиссет и Беван переглянулись понимающе.

– Нам выйти покурить на крылечко? – предложил Беван.

– Вы курите? – вопрос без удивления.

– Нет, – покачала головой лисица. – Но надо же дать вам возможность устроить семейную ссору без свидетелей.

– Мы не собираемся ссориться, – Дрэйк выпрямился, официальным жестом подал мне руку. – Айшель?

Я встала, направилась к двери. Дрэйк открыл передо мной створку, и мы, провожаемые сочувственным взглядом Лиссет и насмешливым – Бевана, вышли на свежий воздух и яркое, жаркое солнце. Мужчина повёл меня вокруг дома, на лужайку в дальней части участка, где стоял чёрный автомобиль. Справа ворота для выезда транспорта, слева примыкающая к дому пристройка с распахнутыми настежь створками. Запах бензина и металла стал сильнее, и я наконец заметила в глубине пристройки его источник.

– Что это?

– Мотоцикл.

Я видела мотоциклы прежде, три года назад, и в Эллоране, и в Феоссии. И сейчас меня удивлял не этот причудливый сплав металла и кожи на двух колёсах, но сам факт его наличия у Дрэйка.