Вторая ударная в битве за Ленинград
(Воспоминания, документы) - Кузнецов Виктор - Страница 47

В судьбе прославленного героя горячее участие принял Маршал Советского Союза Кирилл Афанасьевич Мерецков. Несмотря на тяжелую болезнь, маршал возбудил ходатайство о награждении Николая Чекавинского, которого он хорошо помнил по боевым делам на фронте. Отмечая особую роль смельчаков Чекавинского в захвате Тортолово, маршал писал, что эта сильно укрепленная противником высота долго перекрывала главное направление прорыва блокады Ленинграда и что «захват Тортолово был важным оперативным успехом для дальнейшего разгрома немцев на этом решающем направлении прорыва блокады».

В 1967 году, накануне 50-летия Великой Октябрьской социалистической революции, вышел Указ Президиума Верховного Совета СССР о награждении большой группы участников войны. В Москве орденом Красного Знамени наградили двух человек. Один из них — Николай Васильевич Чекавинский.

Л. З. Белозер

Коммунисты — и гордость, и пример

В годы Великой Отечественной войны армейские коммунисты на всех фронтах выступали проводниками политики партии в солдатских массах. Они были первыми помощниками командиров при проведении их решений в жизнь, мобилизовали бойцов на образцовое выполнение заданий на фронте борьбы с фашистскими захватчиками, способствовали укреплению воинской дисциплины, повышению бдительности. И если мы сегодня с гордостью говорим, что Советская Армия является армией массового героизма, то должны отметить, что первыми среди отважных бойцов за честь, свободу и независимость нашей Родины были люди с партийным билетом у сердца. Во имя долга они не щадили ни своей крови, ни самой жизни. Примеров тому более чем достаточно. Мне хотелось бы рассказать о коммунистах 43-й зенитно-артиллерийской дивизии РГК, участвовавшей в прорыве блокады Ленинграда.

Дивизия создавалась в декабре 1942 года. В это время Волховский и Ленинградский фронты готовились к исторической битве по прорыву блокады города Ленина. В сколачиваемых расчетах, батареях, полках коммунисты вместе с командирами рассказывали бойцам о значении предстоящих боев, воспитывали у них жгучую ненависть к фашистским захватчикам. Для этого активно использовалась периодическая печать, встречи с участниками боев на Северо-Западе, рассказы местных жителей, освобожденных от вражеской оккупации. В числе страстных партийных пропагандистов были коммунисты Даньшин и Зражевский, Рывкин и Манякин, Власенко и Осадчий, Семченков и Долгих. Они имели разные воинские звания, занимали различные должности, но одинаково целеустремленно проводили работу в войсках.

В первые дни после сформирования дивизии коммунистов было немного — всего 82 члена и кандидата партии. Их помощниками выступали комсомольцы, которых в подразделениях насчитывалось 126 человек. Но дело не в количестве, хотя отмечу, что политаппарат дивизии и полков принимал необходимые меры по созданию партийных и комсомольских организаций в каждом подразделении. С самого начала существования соединения коммунисты проявляли усердие в службе, являлись примером в дисциплине. Они поднимали на щит славы участников прошедших боев, обобщали их опыт, учили на нем молодежь.

Дивизия еще не была в боях, своих героев, как и боевой истории, у нее еще не было. Но в подразделения в числе пополнения пришли участники боев под Москвой, Тихвином и в других местах. По просьбе коммунистов они рассказывали о сильных и слабых сторонах противника, о том, как его сподручнее бить. В свою очередь, по инициативе членов партии Даньшина и Стельмашука было организовано фотографирование отличившихся ранее в боях воинов при развернутом Боевом Знамени части. Фотокарточки вместе с благодарственными письмами посылались родным. А ознакомление личного состава с ответными письмами из родных мест бойцов оказывало сильное моральное воздействие, поднимало боевой дух.

Начались бои по прорыву блокады осажденного Ленинграда. 1464-й полк нашей дивизии, которым командовал подполковник Л. С. Анисимов, занимал огневые позиции южнее населенного пункта Липки. С первых минут наступления батареи полка находились в боевых порядках 128-й стрелковой дивизии. Авиация противника вначале не проявляла активности — не позволяла погода. Зенитки поддерживали огнем и колесами стрелковые подразделения. Враг упорно сопротивлялся. Наши бойцы по колено в снегу на себе тащили пушки. После четырехчасового боя на одном участке произошла заминка. Наступление стрелков приостановилось. На позицию зенитной батареи капитана Парфенова прорвалась группа вражеских танков и автоматчиков. Не растерялся боевой командир, смелый и отважный коммунист. Он призвал личный состав стоять на боевых местах насмерть, беспощадно и метко разить врага.

— Первому и второму орудиям — огонь бронебойными по танкам, третьему и четвертому — по вражеским автоматчикам! — распорядился командир батареи.

От интенсивной стрельбы стволы пушек накалились. Несмотря на 30-градусный мороз, пот градом катился с бойцов. В трех расчетах осталось по 3–4 человека из семи. Раненые отказывались уходить, оставались на боевых постах.

— Буду сражаться до последней капли крови, — говорил комсомолец Александр Семенов. И сражался до тех пор, пока враг не был отброшен. После этого он хотел отправиться на перевязку. Но сам не мог идти. Обессиленного и обескровленного, его унесли на носилках.

Бой продолжался. Несмотря на потерю двух танков, враг наседал. Находившийся на батарее парторг полка Долгих собрал в критическую минуту пулеметчиков, связистов, разведчиков, вооружил всех гранатами и бутылками с зажигательной смесью и сам возглавил группу: «Поможем товарищам уничтожить фашистов!»

В этом бою старший лейтенант Долгих был ранен, но продолжал оставаться на поле боя. Вскоре на помощь зенитчикам пришли стрелки с противотанковыми ружьями. В этом тяжелом бою батарея коммуниста Парфенова уничтожила четыре и подбила три вражеских танка, истребила несколько десятков фашистов.

Второй день наступления — 13 января. Небо ясное. Фашистские стервятники с самого утра стали большими группами появляться над нашими позициями.

— Еще на дальних подступах, — рассказывал комдив полковник И. Г. Бурдаев, — полки открыли заградогонь. Вражеские самолеты не пошли напролом. Рассредоточившись, они пытались наносить удары с разных направлений. Маневрируя огнем, мы не давали возможности врагу бомбить наши боевые порядки. Как и всегда в этих случаях, противник решил уничтожить наше зенитное прикрытие. Серьезным испытаниям в тот день подверглись батареи 464-го полка. Восемь раз по 6–8 самолетов появлялись гитлеровцы над их позициями.

Опытный зенитчик, умелый организатор и воспитатель, командир полка коммунист М. И. Прозеров искусно управлял огнем, смело отбивал атаки врага. Вдохновляемые примером командира, геройски руководили своими батареями капитаны Соковчук и Крижиневский. Прорвавшись сквозь завесу огня, вражеские самолеты сбросили на батарею Соковчука свыше 50 бомб и гранат. Вся огневая была перепахана вдоль и поперек. Пострадал и сам комбат: взрывной волной его отбросило в сторону. Орудия комсомольцев Репина и Соловьева оказались опрокинутыми. Но это не остановило мужественных зенитчиков. Пока самолеты делали очередной разворот, зенитчики батареи Крижиневского продолжали стрельбу. Им удалось сбить один «юнкерс». Тем временем комбат Соковчук пришел в себя, личный состав батареи быстро восстановил порядок, и огонь по врагу продолжался.

— По направляющим, по направляющим! — уточняют командиры расчетов комсомольцы Репин и Соловьев, помогая подчиненным в исполнении команд.

Снаряды рвутся рядом, в самой гуще стервятников. Командир взвода комсомолец лейтенант Белишко, видя усталость своих боевых товарищей, помогает подносить ящики со снарядами.

Над батареей звучит громкое «ура!», когда сразу два стервятника, объятые густым дымом, с ревом и свистом врезаются в землю.