Цикл романов "Все секреты мира" (СИ) - Берри Стив - Страница 97

— Кто докажет, что это его слова?

— Кто доказал, что слова Матфея, Марка, Луки и Иоанна — их собственные слова?

— Попытка изменить все может оказаться не столь уж разумной.

— Ты так же слаб, как и твой отец. У тебя нет мужества для борьбы. Ты хочешь забыть об этом? Никому не говорить? Пусть орден прозябает в забвении, запятнанный клеветой жадного короля? Слабаки вроде тебя — вот из-за кого мы оказались в таком положении. Ты и твой магистр хорошо подходили друг другу. Он тоже был слабаком.

Марк услышал достаточно и без предупреждения, резко поднял фонарь, поставив его мощность на максимум и ослепив де Рокфора. От неожиданности де Рокфор зажмурился и опустил пистолет, прикрывая другой рукой глаза.

Марк выбил оружие из его руки и выбежал из сокровищницы. Он миновал открытую калитку и повернул в сторону лестницы. В десяти футах впереди он увидел свет и заметил Малоуна и свою мать.

За его спиной появился де Рокфор.

— Стоять! — скомандовал магистр, и Марк остановился.

Де Рокфор приблизился. Марк смотрел, как его мать поднимает револьвер.

— Пригнись, Марк! — крикнула она.

Но ее сын не шевельнулся. Де Рокфор был теперь прямо за ним. Марк почувствовал, как дуло револьвера уткнулось ему в затылок.

— Опустите оружие, — велел де Рокфор Стефани.

Малоун показал ему свой пистолет.

— Ты не сможешь застрелить нас двоих.

— Нет. Но его точно убью.

Малоун взвесил все возможности. Он не мог выстрелить в де Рокфора, не рискуя задеть Марка. Но почему Марк остановился? Он дал де Рокфору преимущество.

— Опусти пистолет, — спокойно обратился Малоун к Стефани.

— Нет.

— Делайте, как он говорит, — рявкнул де Рокфор.

Стефани не шевельнулась.

— Он собирается убить его в любом случае.

— Возможно, — ответил Малоун. — Но не стоит его провоцировать.

Стефани не собиралась позволить, чтобы у нее снова отняли сына.

Малоун внимательно посмотрел в лицо Марка. Ни намека на страх. Он указал своим фонарем на книгу в руке Марка.

— Весь этот шум из-за нее?

Марк кивнул.

— Да, из-за Великого Завещания, уймы сокровищ и множества документов.

— Оно того стоило?

— Не мне судить.

— Стоило, — заявил де Рокфор.

— И что теперь? — поинтересовался Малоун. — Вам некуда идти. Ваши люди выведены из игры.

— Ваших рук дело?

— Отчасти. Но здесь также ваш капеллан с отрядом рыцарей. Похоже, у вас бунт.

— Посмотрим, — отозвался де Рокфор. — А сейчас могу только повторить. Миссис Нелл, опустите пистолет. Как верно заметил мистер Малоун, что я потеряю, убив вашего сына?

Малоун продолжал обдумывать варианты действий. В свете лампы Марка он увидел маленькое углубление в полу. Незаметное, если не знать, куда смотреть. Между ним и Марком простиралась очередная ловушка. Он взглянул в глаза Марка и прочитал в них, что тот знает о ее существовании. Легкий кивок, и Малоун понял, почему Марк остановился. Он хотел, чтобы де Рокфор пошел вслед за ним. Ему это было необходимо.

Видимо, пришло время покончить с этим.

Здесь и сейчас.

Он протянул руку и отнял пистолет у Стефани.

— Что ты делаешь? — закричала она.

Он произнес одними губами:

— Пол, — и заметил, что она поняла.

Малоун отступил.

— Мудрое решение, — одобрил де Рокфор.

Стефани промолчала, по-видимому начиная понимать замысел сына. Малоун обратил внимание на стоявших в конце коридора. Слова, сказанные де Рокфору, на самом деле предназначались для Марка.

— Ладно. Твой ход.

Марк понял, что пришло время действовать. В письме к матери магистр написал о нем, что у него не хватает решительности доводить до конца свои битвы. Начинать их казалось легко, продолжать — еще легче, но достичь результата всегда оказывалось трудно. Но не в этот раз. Его магистр подготовил сцену, и все актеры играли по сценарию. Пришло время для финала. Раймон де Рокфор являл собой опасность. Из-за него погибли уже двое братьев, и неизвестно, когда бы все это прекратилось. Он и де Рокфор не могут сосуществовать в ордене. Его магистр, видимо, знал это. Поэтому один из них должен уйти.

Жертвы, принесенные тысячами братьев в течение семи сотен лет, окажутся бесполезными из-за высокомерия и тщеславия де Рокфора.

Свидетельство Симона наконец дало историческое подтверждение собственному религиозному скептицизму Марка. Его всегда беспокоили противоречия в Библии и их сомнительные толкования. Он догадывался, что религия — это орудие, которое одни люди использовали для манипуляции другими. Потребность человеческого разума получить ответы даже на те вопросы, на которые ответа нет, привела к тому, что невероятное стало Евангелием.

Вера в то, что смерть — это не конец, даровала успокоение. Было что-то еще. Физически воскреснув, Иисус предложил такое же спасение всем верующим.

Но жизни после смерти нет.

Не в буквальном смысле слова.

Вместо этого человеческое бессмертие заключалось в его поступках. Помня о словах и делах человека Иисуса, Симон-Петр осознал, что убеждения его погибшего учителя воскресли в нем самом. И спасением Симона стали проповедь этого учения и поступки, сообразные тому, чему учил Христос. Никто из нас не должен судить другого, только самих себя. Жизнь не бесконечна. Нам всем отведено определенное время, а потом мы все обратимся в прах — как эти кости в урне.

Марк мог только надеяться, что его жизнь имела какой-то смысл и что другие запомнят его.

Он сделал вдох. И бросил книгу Малоуну, который поймал ее.

— Зачем ты это сделал? — крикнул де Рокфор.

Марк видел, что Малоун понял, что он собирается сделать. И внезапно его мать тоже поняла.

Он увидел это в ее глазах, полных слез. Он хотел сказать ей, что сожалеет, что был не прав, что ему не следовало осуждать ее. Она прочитала его мысли и сделала шаг вперед. Малоун остановил ее.

— Пусти меня, Коттон, — потребовала она.

Марк использовал этот миг, чтобы продвинуться вперед на дюйм, здесь еще была твердая земля под ногами.

— Иди, — велел ему де Рокфор. — Верни книгу.

— Конечно.

Еще один шаг. Твердо.

Но вместо того чтобы идти к Малоуну, как приказал де Рокфор, он нырнул вниз, уклоняясь от дула револьвера, и крутанулся на месте, ударив локтем в ребра де Рокфора. Мускулистый живот магистра был крепким, и Марк знал, что не соперник старому воину. Но у него было преимущество. Внезапность. Он обхватил руками грудь магистра, сбил с ног и увлек на пол, который, как он знал, их не выдержит.

Он услышал, как его мать кричит: «Нет!», потом пистолет де Рокфора выстрелил.

Он выкрутил руку с оружием в сторону, но не мог определить, куда угодила пуля. Их совокупный вес был достаточен, чтобы проломить доски. Де Рокфор наверняка рассчитывал, что под ними будет твердая земля, и готовился вскочить на ноги, но всем весом упал на острые колья, пронзившие его тело.

С его губ сорвался стон, и изо рта хлынула кровь.

— Я говорил тебе в тот день, когда ты бросил вызов магистру, что ты пожалеешь об этом, — прошептал Марк. — Твой срок окончен.

Де Рокфор пытался заговорить, но не смог. Потом его тело обмякло.

— Ты в порядке? — спросил Малоун сверху.

Он поднялся, опираясь на тело де Рокфора, отчего бронзовые колья еще глубже вонзились в тело бывшего магистра. Весь в земле и гравии, Марк выбрался из ямы и отряхнулся.

— Я только что убил еще одного человека.

— Он убил бы тебя, — покачала головой Стефани.

— Плохая причина, но другой у меня нет.

По лицу его матери катились слезы.

— Я думала, что опять потеряла тебя.

— Я надеялся, что смогу избежать этих кольев, но не знал, поможет ли мне в этом де Рокфор.

— Ты должен был убить его, — сказал ему Малоун. — Иначе он никогда бы не остановился.

— А куда попала пуля? — спросил Марк.

— Пролетела мимо, — ответил Малоун. Он взмахнул книгой. — Ты это искал?