Цикл романов "Все секреты мира" (СИ) - Берри Стив - Страница 294

— Ты должна увидеть это, — сказал он.

— И оставить их здесь? Ни за что.

— У Виктора — пистолет. Он посторожит ее.

Кассиопея колебалась. Что-то было не так. Пусть ее мысли и были поглощены Эли, но при этом она не отрывалась от реальности. Виктор для нее по-прежнему оставался незнакомцем, хотя он неплохо проявил себя в последние несколько часов. Если бы не он, она бы сейчас висела на двух деревьях, разорванная пополам.

И все же…

— Ты должна это увидеть, — повторил Малоун.

— Он здесь? — спросила Зовастина.

— Интересно, правда?

На Кассиопее был надет тот самый обтягивающий кожаный костюм, в котором она улетела из Венеции. Она стащила верхнюю часть, но оставила брюки. Пистолет она положила на пол рядом с оружием Малоуна, подальше от Зовастиной. Ее грудь прикрывал узкий спортивный лифчик.

Она перехватила взгляд Виктора и сказала:

— Не спускайте с нее глаз.

— Никуда она не денется.

После этого она прыгнула в бассейн.

— Вдохни поглубже и плыви за мной, — проинструктировал ее Малоун.

Затем он нырнул и скрылся в отверстии в стене бассейна. Через пару секунд Кассиопея последовала его примеру. Оказавшись под водой, она вплыла в один из порталов в виде буквы В. Ее глаза были открыты, и она видела, что они плывут по каменному туннелю шириной метра в полтора. Бассейн находился примерно в двух метрах от стены пещеры, значит, они плыли прямо в гору. Впереди плясал луч от фонаря Малоуна, и Кассиопея с тревогой подумала о том, хватит ли ей воздуха. И тут же увидела, что Малоун всплывает.

Она вынырнула рядом с ним. В свете фонаря она разглядела еще одну закрытую со всех сторон пещеру. Эта напоминала собор — с куполообразным сводом и стенами из известняка, на которых лежали глубокие синие тени. В стенах были вырезаны ниши, а в них стояли предметы, напоминающие гипсовые кувшины с искусно вылепленными крышками. Известняковый свод был испещрен отверстиями — неправильной формы и разбросанными в произвольном порядке. Из них в пещеру падал холодный серебристый свет.

— Здесь сухо, как в аду, — сказал Малоун. — Эти отверстия пропускают свет, но не влажность, а заодно играют роль природной вентиляции.

— Они были прорублены намеренно? — спросила Кассиопея.

— Сомневаюсь. Скорее всего, эту пещеру выбрали именно из-за них. — Он выбрался из бассейна. Вода ручьями стекала с его мокрых штанов. — Нам надо торопиться.

Кассиопея тоже выбралась из воды.

— Туннель, по которому мы приплыли, — единственный путь, соединяющий эту пещеру с той, первой. Я уже успел тут осмотреться.

— Это объясняет, почему ее до сих пор никто не нашел.

Малоун поводил лучом фонаря по стенам, и она разглядела на них бледные рисунки. Мужчина в колеснице, держащий в одной руке поводья и скипетр, а второй рукой обнимающий за талию женщину. Олень, пораженный дротиком. Дерево без листьев. Пеший воин с копьем. Еще один мужчина, атакующий животное, напоминающее кабана. Казалось поразительным, что цвета все еще сохранились. Накидка охотника была фиолетовой, колесница — пурпурной, животные — желтыми. На противоположной стене Кассиопея увидела другие рисунки. Молодой наездник явно в расцвете лет, с копьем в руке и венцом на голове собирается напасть на льва, которого уже обложили собаки. На белом фоне причудливо сплетались разнообразные оттенки оранжево-желтого, светло-красного и коричневого, переходя в более холодные зеленые и синие тона.

— Чувствуется азиатское и греческое влияние, — заметил Малоун. — Правда, я в таких вещах плохо разбираюсь.

Он поводил лучом света по полу, выложенному камнями на манер паркета, затем поднял фонарик, и из темноты возник дверной проем, сделанный в греческом стиле — полуколонны с бороздками и украшенной орнаментом базой. Кассиопея, изучавшая древнюю архитектуру, сразу узнала эллинистический стиль.

Над дверным проемом располагалась вырезанная в камне надпись.

Буквы были греческие.

— Нам сюда, — сказал он.

86

Винченти кое-как заставил себя открыть глаза. От боли в груди перед глазами плыли круги, каждый вдох давался с трудом. Сколько пуль она в него всадила? Три? Четыре? Он не помнил. Но каким-то образом его сердце все еще билось. Может, это не так уж плохо — быть толстым? Он помнил, как упал, а затем его обволокла непроницаемая тьма. Он так и не успел ни разу выстрелить. Зовастина как будто ожидала от него этого, как будто ждала, чтобы он первый попытался стрелять.

Винченти со стоном перекатился на живот и ухватился за ножку стола. Из груди вновь хлынула кровь, и новый приступ боли электрическим разрядом пронизал позвоночник. Он с хрипом хватал воздух ртом. Пистолет исчез, зато Винченти осознал, что держит в руке нечто иное. Он разжал ладонь и увидел флэш-карту.

Все, над чем он работал последние десять лет, лежало сейчас на его окровавленной ладони. Как Зовастина нашла его? Кто его предал? О'Коннер? Жив ли он еще, а если жив, то где он? Помимо него самого только О'Коннер мог открыть потайную дверь в библиотеке.

Имелось всего два брелока, открывающих двери. Кстати, где его собственный?

Он с усилием сфокусировал взгляд и увидел устройство. Оно лежало на кафельном полу.

Казалось, все потеряно. Но может, это не так? Он все еще жив, а Зовастина, возможно, убралась восвояси.

Собравшись с силами, Винченти дотянулся до брелока и взял его в руку. Нужно было полностью оборудовать дом системами безопасности, прежде чем похищать Карин Вальде. Но он не думал, что Зовастина свяжет его с исчезновением больной. По крайней мере, свяжет так быстро. И он никогда бы не поверил, что она попытается его ликвидировать. С учетом того, что она задумала, это ей невыгодно.

Он был ей нужен. Или уже нет?

В его горле булькала кровь, и он выплюнул на пол багровый сгусток. Должно быть, задето легкое. Кровотечение заставило его закашляться, и тело пронизали новые волны боли.

Может, О'Коннер все-таки появится, чтобы помочь ему?

Винченти вертел в руке брелок, не в состоянии сообразить, на какую кнопку надо нажать. Одна открывала дверь в библиотеке, другая отпирала все двери в доме, последняя приводила в действие сигнализацию. Вспоминать, какая именно кнопка что делает, не было времени, и он нажал сразу все три.

Зовастина смотрела в коричневый бассейн. Малоуна и Витт не было уже несколько минут. Там должна быть еще одна пещера. Виктор стоял молча.

— Опусти пистолет.

Мужчина подчинился.

Она повернулась к нему.

— Тебе понравилось привязывать меня к деревьям, угрожать мне?

— Вы сами хотели, чтобы все выглядело так, будто я — один из них.

Виктор выполнил задание на «отлично», приведя их прямиком к ее цели.

— Можешь сообщить что-нибудь еще?

— Они знают, что ищут.

Виктор являлся ее двойным агентом с тех самых пор, когда его впервые завербовали американцы. Тогда он сразу же пришел к ней и рассказал о том, в какой сложной ситуации оказался. В течение последнего года она не раз использовала его для того, чтобы скармливать Западу нужную ей информацию. Опасная игра, но она была вынуждена ее вести из-за того, что Вашингтон стал проявлять к ней повышенный интерес.

И все получалось. Вплоть до Амстердама и до того момента, когда Винченти решил убить американскую женщину-агента. Она сама подтолкнула Винченти к ликвидации этой шпионки, рассчитывая на то, что Вашингтон сфокусирует внимание на нем. Но эта комбинация не сработала. К счастью, нынешняя операция по внедрению Виктора прошла безукоризненно.

Виктор, не медля ни минуты, доложил о том, что Малоун находится во дворце, и она сразу же сообразила, каким образом извлечь из этого обстоятельства максимум пользы. Побег Малоуна и Кассиопеи из дворца был умело поставленным спектаклем. Появление Эдвина Дэвиса на самом деле являлось попыткой отвлечь ее внимание, но, узнав, что Малоун во дворце, она раскусила американцев и не попалась на эту удочку.