Цикл романов "Все секреты мира" (СИ) - Берри Стив - Страница 155

Он услышал шарканье подошв по мраморному полу беседки, но повернулся только тогда, когда Маргарет подошла совсем близко.

— Прислуга сообщила мне, что вы направились сюда, и я сразу же вспомнила, что это ваше любимое место.

Видя, как она довольна, Торвальдсен улыбнулся.

— Здесь можно насладиться уединенностью. Далеко от шато, а деревья дарят покой. Мне здесь действительно нравится. Насколько я помню, это место было любимым и у твоей матери.

— Отец построил эту беседку специально для нее. Именно здесь она провела последний день своей жизни.

— Ты скучаешь по ней?

— Она умерла, когда я была еще совсем маленькой, поэтому мы так и не успели стать близкими людьми. Но папе ее недостает.

— Вы не скучаете по своей маме? — спросил Гари.

Хотя мальчик нарушил его инструкции относительно того, чтобы слушать, но не говорить, Торвальдсен не возражал против такого вопроса. Ему тоже было бы интересно услышать ответ на него.

— Конечно, мне ее не хватает. Просто между нами не было близости, какая обычно бывает у матери и дочки.

Торвальдсен почти видел, как мысли ворочаются в голове Маргарет. Она унаследовала скорее тяжеловесность своего отца-австрияка, нежели прусскую привлекательность своей матери. Не то чтобы та была записной красавицей — темноволосая, кареглазая женщина с тонким вздернутым носиком. Но вправе ли был судить о красоте он — со своим скрюченным позвоночником, всклокоченными волосами и побитой временем кожей. Иногда он думал о том, сколько у нее могло быть ухажеров, но сама мысль об этом казалась нелепой: эта женщина просто не могла принадлежать кому-то. Она привыкла брать сама.

— Я последняя из рода Херманнов, — сказала Маргарет, попытавшись изобразить дружелюбную улыбку, но вместо этого у нее получилась гримаса раздражения.

— Значит ли это, что ты унаследуешь все это?

— Разумеется. А как же иначе?

Он пожал плечами.

— Не знаю, о чем думает твой отец. Лично я усвоил за свою жизнь одно: в этом мире не может быть никаких гарантий.

Намек ей явно не понравился, но Торвальдсен не дал ей времени обдумать ответ и спросил:

— Зачем твой отец пытался причинить вред этому мальчику?

Этот вопрос оказался для нее полной неожиданностью, и на ее лице появилось испуганное выражение. Она явно не умела владеть собой с ледяным хладнокровием, свойственным ее отцу.

— Не пойму, о чем вы толкуете.

Странно! Может, Херманн не посвящает ее в свои планы?

— В таком случае ты, наверное, не знаешь и о том, чем занят die Klauen der Adler?

— Я за него не отвечаю… — начала она и осеклась, поняв, что проговорилась.

— Не переживай, дорогая. Я о нем знаю. Мне только хотелось узнать, знаешь ли о нем ты.

— Этот человек представляет собой серьезную проблему.

Теперь Торвальдсен понял: эта женщина не задействована в планах Херманна. Слишком уж свободно она выдает информацию.

— По этому пункту я целиком с тобой согласен. Но, как ты правильно сказала, мы с тобой за него не в ответе. За него отвечает Круг.

— Я и не знала, что членам ордена о нем известно.

— А вот я знаю много чего. В частности, о том, что делает твой отец. Это тоже является проблемой.

Маргарет уловила в его тоне обвиняющие нотки. И на ее мясистом лице появилась нервная улыбка.

— Не забывай, где ты находишься, Хенрик. Это территория Херманнов. Здесь хозяева — мы. Так что не веди себя так нагло.

— Интересное замечание. Попытаюсь не забыть.

— Я думаю, этот разговор тебе стоит закончить с моим отцом.

Она повернулась, чтобы уйти, и, как только она это сделала, Торвальдсен быстро взмахнул рукой. В следующий миг из-за старых густых кипарисов выскочили трое мужчин в камуфляжной одежде и подбежали к беседке как раз в тот момент, когда из нее выходила Маргарет. Двое из них схватили ее. А третий зажал ей ладонью рот. Женщина отчаянно сопротивлялась.

— Хенрик, а что здесь делает Джеспер? — удивленно спросил Гари.

Третьим действительно был дворецкий Торвальдсена, который прилетел рано утром и тайно пробрался на территорию поместья. По своим предыдущим визитам сюда Торвальдсен знал: вопреки бахвальству Маргарет, основные силы охраны были сконцентрированы вокруг особняка, а остальные сотни акров не патрулировались и даже не были огорожены.

— Стой смирно! — велел он ей.

Женщина перестала брыкаться.

— Ты отправишься с этими джентльменами.

Она яростно замотала головой.

Торвальдсен ожидал, что с ней будет непросто, поэтому теперь он кивнул, и ладонь, зажимавшая рот женщины, сменилась кляпом, пропитанным быстродействующим снотворным. Пары препарата сработали уже через несколько секунд, и тело Маргарет обмякло.

— Что вы делаете? — спросил Гари. — Зачем причиняете ей боль?

— Ничего подобного я не делаю. А вот они, поверь мне, точно причинили бы тебе боль, если бы твой отец не стал действовать. — Датчанин повернулся к Джесперу. — Спрячь ее в надежном месте, как мы и договаривались.

Дворецкий кивнул. Один из мужчин перекинул бесчувственное тело Маргарет через плечо, и все трое вместе со своим грузом снова скрылись за кипарисами.

— Вы заранее знали, что она сюда придет? — спросил Гари.

— Я же сказал тебе: своего врага надо знать.

— Для чего вы ее похитили?

Торвальдсен любил выступать в роли тьютора, и ему очень не хватало Кая, с которым он мог бы делиться жизненным опытом.

— Нельзя водить машину, не имея страховки. То, что нам с тобой предстоит сделать, тоже связано с риском. Эта женщина — наша страховка.

48

Вашингтон, округ Колумбия

Стефани застыла. Хизер Диксон была вооружена и наготове. Кассиопея обшаривала комнату глазами в поисках чего-нибудь, что можно было использовать в качестве оружия.

Они услышали, как Дейли спросил Диксон:

— Чего ты всполошилась?

— Сигнализация отключена. Значит, в доме кто-то есть.

— До чего же вы, женщины, подозрительны! Может, я просто забыл ее включить?

— Вот и вспоминай: включил или нет?

Повисло молчание. В душу Стефани закралась тоскливая мысль: они оказались в ловушке.

— Не знаю, — промямлил Дейли, — я мог забыть. Со мной такое бывает.

— Почему бы мне все же не осмотреть дом? Так, на всякий случай?

— Потому что у меня нет времени на твои игры в войну, а от этого пистолета у тебя в руке меня в жар бросает. Ты с ним выглядишь еще более сексуально.

— Ах ты льстец! Так вот каким образом ты всегда добиваешься своего!

Последовало несколько секунд тишины, а затем — протестующий звук и приглушенный стон.

— Аккуратнее! Больно же!

Послышался звук расстегиваемой «молнии».

— Убери пистолет, — сказал Дейли.

Стефани услышала звук шагов вверх по лестнице.

— Не могу в это поверить! — проговорила она, повернувшись к Кассиопее.

— По крайней мере нам теперь известно, где они находятся.

Верное замечание, но после него Стефани почему-то не почувствовала себя более уютно.

— Надо проверить, — сказала она.

— Да оставь ты их в покое, — проговорила Кассиопея, крепко взяв ее за запястье.

В отличие от последних двенадцати часов, когда Стефани принимала, мягко говоря, сомнительные решения, сейчас она мыслила четко и ясно. Звуки, которые она слышала — воркующие голоса, смех, скрип половиц, — не оставляли сомнений в том, для чего эта парочка заявилась в дом.

— Но что, черт возьми, все это означает? — вслух спросила она.

— А разве твое расследование не выявило, что они любовники? — осведомилась Кассиопея.

Стефани отрицательно мотнула головой.

— Нет. Должно быть, они сошлись недавно.

Кассиопея вышла в вестибюль. Стефани замешкалась и, наверное, только благодаря этому заметила пистолет, который совсем недавно Хизер Диксон тыкала ей в ребра. Он лежал на стуле. Стефани взяла его и затем покинула логово Ларри Дейли.