Сборник "Избранные романы Майкла Крайтона" - Крайтон Майкл - Страница 956

Тед часами надрывал свой голос и не добился никаких результатов. А проникшие внутрь Гарри и Бет не проронили ни слова.

Он закрыл глаза и сосредоточился на мыслях. Откройся!

Затем открыл глаза. Никаких изменений.

Я уже созрел для контакта! — думал он… Но тщетно. Сфера не желала открываться.

Норман не думал что ему не удастся ее открыть… В конце концов, это удалось уже двоим.

Но каким образом? Первым догадался Гарри, с его безупречной логикой.

Но догадался только после просмотра видеозаписи с открывшейся сферой… Он нашел там ключ, путеводную ни точку. Бет изучала ее часами и, в конечном счете, тоже разгадала секрет. Там что-то было…

Жаль, что ее нет под рукой, подумал Норман. Но обстоятельства можно легко восстановить по памяти. Как это было?

Он помнил что Тина что-то сказала о пленках на субмарине Бет что-то сказала в ответ. Тина вышла из кадра и спросила: Как ты думаешь, им удастся открыть сферу? Может быть, — ответила Бет. — Я не знаю… И сфера открылась. Почему?

Как ты думаешь, им удастся открыть сферу? — спросила Тина и, в реакцию, Бет могла представить открытую сферу.

Помещение наполнили гул и рокот.

Сфера раскрылась. Ее створки разъехались, обнажив непроницаемую тьму.

Да… Именно так все и было, — подумал он. — А если вообразить, что она закрыта… — сфера закрылась, — …или открыта, — сфера снова открылась.

Не надо искушать судьбу. Сейчас или никогда, — подумал он и шагнул в тьму. Створки за его спиной быстро сомкнулись.

Темнота, а потом, когда приспособилось зрение, что-то похожее на светлячков. Это была танцующая светящаяся пена. Во круг него кружились миллионы огоньков.

Что это?

Здесь не было никакой структуры, не было никаких границ.

Это был бурлящий океан, блестящая многоликая пена… Норман чувствовал умиротворенность и великое блаженство. Здесь было покойно… Он пошевелил руками, взвихрив подвижную пену, и заметил что они стали как бы прозрачными.

Сквозь них проникал чудный божественный свет. Он перевел взгляд и увидел что ноги, живот… все его тело стало таким же прозрачным. Он стал частью пены, и это было верхом блаженства.

Он вдруг сделался необычайно легким и воспарил, поплыл в безграничном океане, закинув руки за шею. Ему захотелось остаться здесь навсегда.

Внезапно он осознал еще чье-то незримое присутствие.

— Кто здесь? — спросил Норман.

«я»

Он чуть было не вздрогнул, настолько это было громогласно. Или это показалось? Слышал ли он вообще?

— Ты сказал вслух?

«нет»

— Тогда как мы общаемся? — удивился он.

«тем способом, каким общаемся с другими»

— Каким?

«зачем ты спрашиваешь, раз уже знаешь ответ?»

— Но я в самом деле не знаю, — пена мягко и нежно перенесла его на новое место. Но отклика не последовало. Или он снова остался в одиночестве?

— Ты здесь?

«да»

— Я думал ты ушел.

«мне некуда уходить»

— Ты хочешь сказать что замурован в сфере?

«нет»

— Ты отвечаешь на вопросы? Ты кто?

«я не кто»

— Ты Господь Бог?

«это только слово»

— Я хотел спросить, ты Высшее Существо или Высший Разум?

«выше кого?»

— Выше меня, я подразумеваю.

«ты высший?»

— Скорее, низший. По крайней мере, я так представляю.

«ладно, это твои проблемы»

— Ты шутишь? — спросил он, барахтаясь в пене.

«зачем ты спрашиваешь, раз уже знаешь ответ?»

— Я разговариваю с Богом?

«ты говоришь ни с нем»

— Ты все воспринимаешь слишком буквально… Это потому что ты с другой планеты?

«нет»

— Ты из другой цивилизации?

«нет»

— Откуда ты?

«зачем ты спрашиваешь, раз уже знаешь ответ?»

В иных обстоятельствах он был бы раздражен подобным ответом, но сейчас не ощущал никаких эмоций, просто воспринимал реакцию.

— Но сфера создана иной цивилизацией?

«да»

— И, возможно, в ином времени?

«да»

— И ты не часть сферы?

«теперь да»

— Тогда откуда ты взялся?

«зачем ты спрашиваешь, раз уже знаешь ответ?»

Слегка покачивая, пена перенесла его на новое место.

— Ты все еще здесь?

«мне некуда уходить»

— Боюсь, я не слишком глубоко разбираюсь в религии. Я психолог и имею дело с человеческой психикой.

«понимаю»

— У психологии и религии мало общего.

«разумеется»

— Ты согласен?

«конечно»

— Слава Богу!

«не понимаю. почему?»

— Кто я?

«в самом деле, кто?»

Он плавал в пене, чувствуя миролюбие беседы, несмотря на сложность взаимопонимания.

— Я боюсь.

«излей свою душу»

— Мне не по себе, потому что ты похож на Джерри.

«этого следовало ожидать»

— Но Джерри в действительности был Гарри?

«да»

— Ты тоже Гарри?

«нет. конечно же нет»

— А кто?

«я не кто»

— Тогда почему твоя речь похожа на речь Джерри или Гарри?

«потому что мы вышли из одного источника»

— Не понимаю.

«когда ты смотришь в зеркало, кого ты видишь?»

— Себя… Или это не так?

«ты видишь свое отражение»

— Это общеизвестный психологический трюизм, клише.

«понимаю»

— Ты Чужой разум?

«ты чужой разум?»

— С тобой трудно общаться. Ты дашь мне Силу?

«какую силу?»

— Ту самую, которой ты наделил Гарри и Бет… Дашь ее мне?

«нет»

— Почему?

«ты уже обладаешь ей»

— Я этого не чувствую.

«я знаю»

— Когда я ее обрел?

«как ты сюда зашел?»

— Я представил, что двери открыты.

«да»

Он плавал в пене, ожидая дальнейшей реакции. Но осталось лишь мягкое покачивание, безвременность и полусон.

— Время идет. Объясни мне, что происходит?

«На вашей планете водятся животные именуемые медведь. Это большие умные звери. Их мозг не меньше вашего, но они не обладают тем, что вы называете воображением. Они не могут создавать мысленные образы, не различают прошлое и будущее.

Эта способность делает вас непохожими на других, и ничто более. не ваша обезьянья природа, не труд, не язык, не насилие, не воспитание детей, не социальные группы… всем этим обладают и другие. Ваше величие в воображении.

Воображение основная часть того что вы называете разумом вы думаете что это лишь ступень к познанию или творению, но заблуждаетесь. воображение есть само творение.

Ваша способность представляет опасность, поскольку вы не умеете контролировать свое богатое и, вместе с тем, ужасное воображение. ты говорил что видишь в себе добро и зло, но в действительности там только одно… воображение.

Надеюсь, тебе понравилась лекция, которую я подготовил к мартовской конференции американской социологической и психологической ассоциации в Хьюстоне… По-моему, получилось неплохо».

Норман был в замешательстве.

«Ты думал что говорил с богом?»

— А с кем?

«С самим собой, разумеется».

— Но ты что-то отличное от меня!

«Я это ты. Ты вообразил меня».

— Расскажи еще.

«Мне больше нечего сказать».

Его щека касалась холодного металла палубы. Норман перевернулся на спину и взглянул на узоры возвышающейся над ним сферы. Они приобрели новые очертания.

Он бодро поднялся на ноги, чувствуя умиротворение и свежесть сил, как после доброго сна. Он помнил все, с абсолютной ясностью. Прошел к рубке управления корабля, затем — по коридору с ультрафиолетовыми лампами вышел в комнату анабиоза… В каждой капсуле спал космонавт.

Норман вспомнил что, пробуя Силу, Бет проявила единственную космонавтку — отважную амазонку. Теперь в Силе был Норман, и он собрал полный экипаж.

Неплохо, — подумал он, оглядев комнату. — Исчезайте по одному!

Прямо на глазах, пустели капсулы, пока не опустела самая последняя.

— Вернитесь!

Они материализовались вновь.

— Все мужчины!

Женщины обратились в мужчин.