Сборник "Избранные романы Майкла Крайтона" - Крайтон Майкл - Страница 728

— То есть Фил…

— Да.

— Господи…

— Влияет ли это на ваши планы? — спросила Фернандес.

Сандерс задумался.

— Нет, не думаю, — сказал он. — Скорее всего, Гарвин все равно бы выгнал его сегодня.

— Откуда такая уверенность?

— Прошлой ночью мне подкинули патрончиков, и сегодня у меня появилась надежда.

В кабинет вошла Синди и спросила:

— Вы не ждете чего-нибудь из Куала-Лумпура?

— Жду.

— Вот оно — пришло в семь часов утра. — Она положила на его стол ДАТ-кассету, выглядевшую точь-в-точь как та, на которой был записан разговор Сандерса с Артуром Каном.

Фернандес посмотрела на Сандерса. Тот пожал плечами.

В половине девятого он переслал бумагу, переданную; ему Босаком, на личный факс Гарвина. Затем попросил: Синди снять копии со всех факсов, присланных ему Мохаммедом Джафаром накануне ночью. Сандерс провел большую часть ночи, изучая бумаги, присланные ему Джафаром. Это было очень интересное чтение.

Джафар, конечно, не был болен; он вообще никогда не болел. Эту сказочку придумали Кан на пару с Мередит.

Засунув ДАТ-кассету в гнездо видеомагнитофона, Сандерс повернулся к Фернандес.

— Может, все-таки объясните? — спросила та.

— Надеюсь, что объяснений здесь не понадобится, — сказал Сандерс.

На экране монитора возникла надпись:

На экране появилось изображение Кана, находящегося на заводе; затем поле экрана расщепилось надвое, и полэкрана заняла Мередит, сидящая в своем кабинете в Купертино.

— Что это? — спросила Фернандес.

— Запись их воскресной видеосвязи.

— А мне казалось, все записи были стерты?..

— Так оно и есть, но остались копии в Куала-Лумпуре. Мне прислал их мой друг.

На экране компьютера Кан кашлянул и заговорил:

— О, Мередит… Я несколько озабочен.

— И совершенно напрасно, — ответила Мередит.

— Но мы по-прежнему не можем выйти на уровень прототипов. Нужно менять очистители воздуха. И как можно скорее. Надо поставить получше.

— Не сейчас.

— Но это необходимо, Мередит!..

— Пока нет.

— Но эти очистители не годятся: мы оба думали, что они подойдут, и ошиблись.

— Не принимай близко к сердцу.

Кан взмок, нервно потирая подбородок, он сказал:

— Но Том все поймет — это только вопрос времени. Ты же знаешь, он не дурак.

— Ему будет не до этого.

— Это ты сейчас так говоришь…

— К тому же он уйдет с работы. Кан вздрогнул.

— Почему? Я не думаю, что он…

— Поверь мне, он уйдет. Он не захочет со мной работать.

Сидя в кабинете Сандерса, Фернандес подалась вперед, не отрываясь от экрана, и прошептала: «Ни черта себе…»

— Почему не захочет? — спросил Кан.

— Поверь мне пока на слово: он не захочет. Он уволится в течение первых же сорока восьми часов после моего назначения.

— Но откуда такая уверенность?..

— А что ему остается? Все в компании знают, что у нас с ним был роман, и если возникнут осложнения, никто ему не поверит. Он достаточно умен, чтобы понять это. Если он вообще хочет работать, то у него не останется другого выбора, кроме как принять первое же предложение о переводе на другую работу и уехать.

Кан кивнул, вытирая капли пота, катящиеся по щекам.

— А мы тогда скажем, что это он внес изменения в проект завода?

— Но он же будет это отрицать!

— Да он об этом никогда и не узнает. Пойми, к тому времени его уже не будет.

— А если он не уйдет?

— Уйдет, не бойся. У него жена, дети… Уйдет.

— А если он позвонит мне насчет сборочной линии?..

— Выворачивайся как-нибудь, напусти туману — я знаю, ты это умеешь. Так, а теперь вспомни, с кем еще Сандерс разговаривал?

— Ну, иногда с бригадиром, с Джафаром. Джафар, конечно, все знает, и он довольно щепетильный парень, знаете… Боюсь, что он…

— Отправь его в отпуск.

— Да он только что из отпуска вышел!

— Ничего, предоставь еще один. Артур, мне нужна всего одна неделя!

— Господи… — сказал Кан. — Я не уверен…

— Артур! — перебила его Мередит.

— Что, Мередит?

— Как раз сейчас новый вице-президент определит для себя, кто оказал ему услуги, чтобы воздать за них в будущем.

— Я понял, Мередит…

— Тогда все.

Изображение исчезло, по экрану побежали черно-белые полосы, затем он потемнел.

— Просто и ясно, — прокомментировала Фернандес. Сандерс кивнул.

— Мередит и в голову не пришло, что с дисководами может что-нибудь произойти, — ведь в производстве она ничего не понимает. Ей бы только расходы снизить. Но потом она сразу поняла, что, когда начнут искать виноватого, рано или поздно выйдут на нее. Вот она и решила избавиться от меня, заставив уйти, чтобы было потом на кого свалить.

— И Кан на это пошел?

Сандерс кивнул.

— И они избавились от Джафара?

Сандерс снова кивнул.

— Кан посоветовал Джафару погостить у своей кузины в Джохоре. Он понимал, что, убрав бригадира из города, лишит меня возможности связаться с ним. Но ему не пришло в голову, что Джафар сам позвонит мне. — Он взглянул на часы. — Так, теперь дальше.

— Еще не все?

По экрану побежали цветные полосы, и они увидели симпатичного темнокожего телекомментатора, сидевшего за столом лицом к камере и быстро что-то говорившего на незнакомом языке.

— Что это? — спросила Фернандес.

— Один из декабрьских вечерних выпусков новостей по третьему каналу Куала-Лумпура. — Сандерс поднялся и нажал клавишу на панели видеомагнитофона. Кассета выскочила из приемника.

— И что там показывали?..

В эту минуту вошла Синди, неся десяток стопок ксерокопий, аккуратно скрепленных зажимами. Широко раскрыв глаза, она спросила:

— Что вы собираетесь с этим делать?

— Об этом не беспокойся, — ответил Сандерс.

— Но это отвратительно, Том! Как она могла!..

— Да уж, — согласился Сандерс.

— Все гудит, — сказала секретарша. — Говорят, что слияние сорвано.

— Увидим, — сказал Сандерс.

С помощью Синди он начал раскладывать стопки ксерокопий по одинаковым манильским конвертам.

— А все же, что именно вы собираетесь делать? — спросила Фернандес.

— Проблема Мередит в том, что она врет, — объяснил Сандерс. — Это у нее получается неплохо, но это же ее и погубит. Ей за всю жизнь теперь не отмыться, если только я вынужу ее произнести последнюю, самую большую ложь.

Он посмотрел на часы: было восемь сорок пять. До совещания оставалось пятнадцать минут.

Конференц-зал был заполнен. Вдоль одной стороны стола сидели пятнадцать представителей «Конли-Уайт» во главе с Джоном Мерденом, вдоль другой — пятнадцать представителей «ДиджиКом» с Гарвином посередине.

Мередит Джонсон стояла во главе стола и говорила:

— Теперь послушаем Тома Сандерса. Том, хотелось бы, чтобы ты ввел всех присутствующих в курс дел с дисководами «Мерцалка». Расскажи, на какой стадии сейчас находится производство.

— Конечно, Мередит, — откликнулся Сандерс, едва слыша себя из-за оглушительных ударов собственного сердца. — В порядке предисловия хочу объяснить тем, кто еще не в курсе, что «Мерцалка» — это рабочее название нового выдающегося проигрывателя компакт-дисков, который, как мы предполагаем, произведет революцию в системах записи данных. — Он повернулся к первому демонстрационному листу. — Компакт-диск ROM — это маленький лазерный диск, предназначенный для хранения данных. При чрезвычайно низкой стоимости на нем можно разместить фантастически большое количество информации в любой форме — знаки, звуки, видеоизображения и так далее. Вы можете переписать на него информацию, хранящуюся в шестистах томах книг приличного формата, а благодаря нашей описываемой разработке считать информацию за полтора часа. Причем информацию можно любым образом комбинировать. Например, вы можете создать учебник, в котором текст будет перемежаться картинками, фрагментами фильмов, анимацией и так далее. Стоимость производства скоро не будет превышать десяти центов за штуку.