Сборник "Избранные романы Майкла Крайтона" - Крайтон Майкл - Страница 698

Мередит остановилась и потрясла головой, показывая, что она снова переживает события того момента.

— И что же вы решили? — мягко поинтересовался Хеллер.

— Все было не так просто. Том — ответственный работник, и его не просто заменить. К тому же, по моему мнению, это не очень мудро — заниматься перемещениями по службе в процессе продажи компании. Моим первым желанием было забыть обо всем и сделать вид, будто ничего не случилось. В конце концов, мы взрослые люди. Конечно, я была смущена, но думала, что и Том будет чувствовать себя не лучшим образом, когда проспится и поймет, что наделал. В общем, я надеялась, что все как-нибудь обойдется — и не то бывает на свете, и надо уметь не замечать плохого. Поэтому, когда я узнала, что время начала утреннего совещания переносится, я позвонила Тому домой, чтобы предупредить об этом. Он еще не подъехал, но я имела очень приятный разговор с его супругой. Из нашего разговора мне стало ясно, что она не знала о встрече Тома со мной, и что мы были когда-то знакомы. Ну, я назвала ей новое время начала совещания и попросила известить об этом Тома. Однако на следующее утро дела пошли не лучшим образом. Том сильно опоздал и, выступая на совещании, выдвинул совершенно новую версию относительно проблем с «мерцалками», которая сильно преуменьшала проблему и полностью противоречила тому, о чем ранее говорила я. Он самым недвусмысленным образом подрывал мой авторитет перед представителями двух фирм, и я не могла с этим смириться. Сразу после совещания я пошла к Филу Блэкберну и рассказала ему о случившемся. Я объяснила, что не хочу предъявлять официального обвинения, но работать с Томом дальше не смогу и что необходимо что-то предпринять. Фил обещал поговорить с Томом. Вскоре мне стая известно, что было решено прибегнуть к третейской суду.

Она положила руки на стол:

— Вот вроде и все.

Сказав это, Мередит снова обвела взглядом присутствующих. Все было хладнокровно обдумано.

Представление было великолепным настолько, что Сандерс, к собственному изумлению, почувствовал, как в нем поднимается чувство вины. Ему казалось, что он насамом деле сделал то, о чем сейчас рассказывала Мередит. С неловкостью он уткнулся взглядом в крышку стола, свесив голову.

Фернандес крепко пнула его в лодыжку. Вздрогнув от боли, Сандерс поднял голову. Адвокат сердито посмотрела на него. Спохватившись, он сел ровно.

Судья Мерфи откашлялась.

— Итак, — сказала она, — нам представлены две взаимоисключающие версии происшедшего. Мисс Джонсон, прежде чем мы продолжим, я хотела бы задать вам все несколько вопросов.

— Слушаю, Ваша честь.

— Вы привлекательная женщина. Думаю, что на протяжении вашей карьеры вам нередко приходилось давать отпор нежеланным ухажерам?

— Да, Ваша честь, — улыбнулась Мередит.

— И я уверена, что вы приобрели в этом деле некоторый опыт.

— Да, Ваша честь.

— Вот вы говорили о напряженности, вызванной вашими былыми отношениями с мистером Сандерсом. Учитывая эту напряженность, я думаю, что деловая встреча, назначенная на середину рабочего дня и прошедшая безо всякого вина, задала бы более правильное направление вашему разговору.

— Ах, теперь, задним числом, я тоже так думаю, — призналась Мередит. — Но все эти непрерывные совещания, связанные с продажей компании… Все заняты по горло. Я думала только о том, чтобы успеть встретиться с мистером Сандерсом до начала завтрашнего совещания с участием представителей «Конли-Уайт». Успеть сделать все вовремя — вот о чем я тогда думала.

— Понимаю. А почему после того, как мистер Сандерс покинул ваш кабинет, вы не позвонили мистеру Блэкберну или кому-либо другому из ответственных работников компании и не рассказали ему о происшедшем?

— Я же говорю, что надеялась замять это.

— Но эпизод, который вы описали, — настаивала Мерфи, — является серьезным нарушением принятых деловых отношений. И вы, как опытный менеджер, должны были понимать, что шансы на нормальную работу с мистером Сандерсом в дальнейшем равны нулю. Я бы сказала, что вы должны были бы чувствовать себя обязанной немедленно поставить ваше руководство в известность о случившемся. И с чисто практической точки зрения было бы вполне естественно, если бы вы скорее, как это только было возможно, зафиксировали вашу жалобу в виде заявления.

— Но я же говорю, я продолжала надеяться. — Мередит нахмурилась, раздумывая. — Знаете, я думаю… Я чувствовала ответственность за Тома. Как старый его друг не хотела стать причиной его увольнения.

— А между тем вы стали этой причиной.

— Да, я это понимаю — опять же задним числом.

— Ясно. У вас есть вопросы, мисс Фернандес?

— Благодарю вас, Ваша честь. — Фернандес повернулась на своем стуле так, чтобы видеть Джонсон. — Мисс Джонсон, в ситуациях, подобных этой, когда все происходит за закрытыми дверями, нам нужно, по возможности более полно осветить сопутствующие обстоятельств. Именно о таких обстоятельствах я и хочу вас расспросить.

— Пожалуйста. — Вы говорили, что, когда назначали встречу с мистером Сандерсом, он предложил выпить вина.

— Да.

— Откуда взялось вино, которое вы пили в тот вечер.

— Я просила купить его свою секретаршу.

— Мисс Росс?

— Да.

— Она давно с вами работает?

— Да.

— Она перевелась вместе с вами из Купертино?

— Да.

— Вы ей доверяете?

— Да.

— И сколько бутылок вина вы просили купить?

— Я не помню, чтобы называла определенное количество.

— Хорошо. А сколько бутылок принесла мисс Росс!

— Кажется, три.

— Так, три… А не просили ли вы свою секретаршу купить что-нибудь еще?

— Что, например?

— Не просили ли вы ее купить презервативы?

— Нет.

— Знали ли вы о том, что она купила презервативы?

— Нет, не знала.

— Тем не менее она купила. Купила презервативы в аптеке на Второй авеню.

— Ну, если она и купила презервативы, — заявила Джонсон, — то исключительно для собственного пользования.

— А нет причины, по которой ваша секретарша могла бы утверждать, что купила презервативы для вас?

— Нет, — ответила Джонсон, старательно обдумывая каждое слово. — Нет, я не могу представить, чего ради она стала бы такое утверждать.

— Минутку, — вмешалась Мерфи. — Мисс Фернандес, вы хотите этим сказать, что секретарша мисс Джонсон лично сказала вам, что приобрела презервативы не для себя, а для своей начальницы?

— Да, Ваша честь, именно так.

— И у вас есть свидетели?

— Да, есть.

Сидевший рядом с Джонсон Хеллер начал нервно мять пальцем нижнюю губу. Сама же Джонсон даже бровью не повела: она просто продолжала смотреть на Фернандес, ожидая следующего вопроса.

— Скажите, мисс Джонсон, вы сами велели секретарше запереть дверь кабинета, когда вы остались там вдвоем с мистером Сандерсом?

— Ничего подобного!

— Знали ли вы вообще, что она заперла дверь?

— Нет, не знала.

— Можете ли вы сказать, почему вашей секретарше понадобилось бы утверждать, будто лично вы приказали ей запереть дверь?

— Нет.

— Угу… Мисс Джонсон, вы встречались с мистером Сандерсом в шесть часов вечера; назначали ли вы еще какие-нибудь встречи позже в этот день?

— Нет, встреча с Сандерсом должна была быть последней.

— А разве у вас не было назначено встречи на семь часов вечера? Которую вы потом отменили?

— А… Да, верно. Я должна была встретиться со Стефани Каплан. Но я отменила нашу встречу, поскольку не располагала данными, которые мы, собственно, и наша намеревались с ней обсудить. Не было времени подготовиться.

— А знаете ли вы, что ваша секретарша сообщила миссис Каплан, что ваша с ней встреча отменяется потому, что у вас, мисс Джонсон, намечается деловое свидание, которое может затянуться надолго?

— Откуда я могу знать, что там ей наговорила моя секретарша? — огрызнулась Мередит, в первый раз за в время теряя самообладание. — По-моему, мы слишком много внимания уделяем моей секретарше. Может быть, имеет смысл все эти вопросы переадресовать ей?