Ведьма на работе - Гринь Анна Геннадьевна - Страница 52

— И как ей только удается?! — восхитился он через минуту, не утратив интереса к теме.

— А ты сам спроси, — предложил Шарад, отправляя в рот последний кусочек хлеба.

— Забуду, — отмахнулся Мэй. — Пока я соберусь, Дорка в новую историю влипнет. С ней что ни день, то новое приключение.

Я беззвучно зашипела и вновь вцепилась парню в ухо, наслаждаясь его недоумением.

— Да что за дела?! — возмутился он, вскакивая с лавки. — Что происходит? Какая-то иномирная зверушка шалит?

— Нет, всего лишь наша ведьма, — сообщил ему Шарад и довольно уверенно сцапал меня за талию.

— Ай! — вякнула я, но вырываться не стала.

— Что? — не поверил Мэй, глядя на то, как Шарад с ухмылкой обнимает воздух. — Где?

Успокаивая брюнета, я сняла с себя невидимость и плюхнула на лавочку свою сумку.

— Привет!

— Ну ты даешь! — фыркнул Мэй. — Я уж думал, что у меня глюки.

Шарад без раздумий потянул меня на себя, и я, стараясь не слишком много из-за этого переживать, забралась к нему на колени. Мэй внимательно проследил за моим маневром, глянул на приятеля, а потом вопросительно вздернул бровь.

— Что? — хорохорясь, спросила я. — Это мое место!

Мэй хмыкнул и глотнул пива, прежде чем спросить:

— Даже так?

Мы с Шарадом переглянулись. Я предпочла отмолчаться. Как-то прежде мне не доводилось объясняться с кем-либо из общих друзей по поводу внезапной смены внутригруппового статуса.

«От ты, мать, завернула!» — мысленно цокнула я на себя языком.

Шарад тоже ничего не сказал, просто пожал плечами.

— А как ты понял, что это я? — спросила я блондина, решив срочно поменять тему.

Шарад кивнул на кинжал, так и лежавший на столе. Чернильные знаки на стали оставались спокойны.

— А! — сообразила я. — Хитрый какой!

Шарад вновь пожал плечами, но я заметила на миг мелькнувшую полуулыбку.

— Так что ты там хотел мне высказать? — переведя взгляд на Мэя, с прищуром спросила я. На самом деле мне хотелось близко-близко рассматривать теперь уже своего парня. На законных основаниях, между прочим. Мы даже, можно сказать, родне и друзьям рассказали о своих отношениях.

— Я… — замялся наш «родня и друзья». — Я просто ворчал, что ты вечно влипаешь в неприятности.

— Ты ничего не понимаешь, — отмахнулась я. Мэй, конечно, был прав, но я с самого утра пребывала в столь хорошем настроении, что хотелось шутить и балагурить. — Это аура главной героини! Я не могу с этим ничего поделать!

Мэй на меня вытаращился и шумно втянул воздух, прежде чем спросить:

— Главной героини?

Я довольно кивнула.

— Так-так… — быстро прошептал парень. — Так-так. — Он глотнул пива. — Так. А теперь мы еще знаем, кто здесь главный герой. Оюшки! Мне остается роль преданного друга-юмориста, которого могут прикончить где-то в финале в качестве элемента драмы! Так-так. Мне пора! Мне пора сматываться!

— Мэй! — с улыбкой протянула я.

— Нет-нет, — закачал головой парень, но было видно, что он просто дурачится и вот-вот засмеется. — Побегу я. Мне моя шкурка дорога.

— А я купила очень вкусных пирожных в Сером мире, — с улыбкой заметила я и кивнула на свою сумку.

— Остаюсь! — тут же передумал Мэй.

Я расхохоталась.

Глава 2

Двигаться вперед

Утро началось на удивление мирно и спокойно. Я улыбнулась солнечному лучику, кошкой развалившемуся на моих подушках, довольно потянулась, взбивая ногами одеяло и простыни, и открыла глаза. Сегодня никто не будил меня скрежетом из-под кровати, никто не громыхал в кухне посудой, и не было рядом какого-нибудь несчастного книжного создания, требующего к себе повышенного внимания. А все потому, что я дала себе зарок не влипать в неприятности хотя бы пару недель. Теперь я просто жила обычной жизнью маленькой уездной ведьмы, решающей мелкие и несложные проблемы обитателей семи миров. В библиотеку я не заглядывала, опытов с потерянными вещами не проводила и гулять по злачным закуткам Черного мира не отправлялась даже в светлое время суток.

Васю я каждый вечер выпроваживала прочь из своей спальни. Он ворчал, хныкал и обещал вести себя тихо, но я была неумолима. Кролику пришлось переключиться на ножки столов в кабинето-библиотеке и в кухне, зато я не вскакивала по утрам под душераздирающие скрипы и хруст. С Шарадом все развивалось мило и неторопливо, и от мысли об этом всякий раз в душе разливалось приятное тепло, а на губах появлялась улыбка.

К переменам в доме Мэй отнесся с философским пофигизмом, тем более что на работе парней это никак не отразилось. По утрам охотники все так же удирали с первыми лучами солнца и все так же время от времени звали меня поставить защиту на какой-нибудь дом. Разве что возвращались они теперь пораньше и чаще устраивали себе выходной, в который мы все вместе отправлялись гулять или в Фиолетовый, или в Красный мир. Намеки на Мэя не действовали, и наедине с Шарадом я оставалась лишь дома за закрытой дверью своей комнаты, но не чувствовала себя от этого ущемленной или обиженной.

— М-м-м… — промычала я и еще раз потянулась, прежде чем встать. — И чем я сегодня займусь?

Принимать посетителей не хотелось. Как и выходить из дома. Поэтому я не стала облачаться в юбку, предпочтя ей куда более удобные джинсы и уже полюбившийся свитер с черепом.

— Что я буду делать, когда сношу джинсы не только до приличных, но и до неприличных дыр? — с сомнением спросила я себя, заправляя штанины в ботинки. — Это будет настоящая трагедия.

Выходя из комнаты, я едва не споткнулась о Ваську, устроившегося прямо у порога.

— Черт… ушастый, — прошипела я, не слишком изящно перескакивая через пушистика. — Ты зачем тут? Я ж могла на тебя наступить!

— Привет, Дорочка! — воскликнул кроль. — Я так скуча-а-а-ал! Так скучал!

Теперь каждое утро у меня начиналось с подобной сцены от талантливого актера Васеньки. Кролик едва не плакал, лез обниматься и не менее часа прыгал за мной по всему дому, со стороны больше напоминая соскучившегося кота, чем вреднючего зеленого фамильяра. Кот, кстати, теперь обитал вне домика, появляясь лишь в сумерках, чтобы выпросить немного мясца и блюдечко воды. Однажды после трех дней отсутствия он заявился лишь передней частью, и мне совсем не хотелось думать, что в таком виде его наблюдали обитатели Семимирья.

— Я же все время тут, — напомнила я кролику. — Почему ты переживаешь, Василий? Я даже неприятностей избегаю, а когда сплю… Когда сплю, со мной уж точно ничего приключиться не может!

— Все равно, — непреклонно отозвался кролик. — Я переживаю. Мало ли! И эти… Вот почему они опять ушли? Почему не оберегают тебя от проблем, а? Где эти охотники? Где эти люди в черном, призванные защитить нас от злых инопланет… от злых иномирцев?

— Васька! — расхохоталась я. — Да ничего же не происходит. Чего ты? А Мэй с Шарадом делом занимаются, пока ты ноешь, плачешь и изводишь своим нытьем меня.

— Я переживаю, — повторил зубастик, прыгая за мной в комнату Шарада. — Уже две недели без неприятностей.

— Именно, — с усмешкой кивнула я, проводя ладонью над оставленным на подоконнике оружием. — Почему ты нервничаешь? Наоборот, должен успокоиться. Вот уже две недели я тихо-мирно сижу на пятой точке, не создаю неприятностей и вообще стараюсь соответствовать образу правильной ведьмы.

— В том и дело, что слишком долго в твоей жизни ничего не происходило, — хмуро изрек Вася. — А потом как жахнет!

— Не жахнет, — отмахнулась я. — С чего вдруг? Я не планирую влезать в неприятности. А если я не планирую и не собираюсь ничем таким опасным заниматься, то как, скажи на милость, что-то может случиться?

— А вот так, — проворчал кроль. — Все само собой образуется.

— Не ерунди.

Больше не слушая кролика, я в очередной раз заговорила оружие, проделала то же самое с арсеналом Мэя и отправилась варить себе кофе.

— И где это у нас сквозняк? — удивленно спросила я в пространство, заметив в коридоре первого этажа приоткрытую дверь. — Ребята, что ли, заглядывали и не закрыли?