В тени коварства (СИ) - "Олибертус Милениус" - Страница 6

— У нас нет хозяина, — пытался возразить Люциус, хотя было видно, что делает он это с опаской.

— Молчать! Всем известно и так, что ваш хозяин сдох от руки героя. Считайте, что вы — это компенсация магической Британии за принесенные беды. Ваши хозяива сейчас это здешние воспитатели. Раздевайтесь.

— Зачем? Я не хочу, — вырвалось у Драко.

— Ооо, кто это такой миленький напрашивается на наказание, — хищно улыбаясь, спросил директор.

— Простите, я не хотел, — спохватившись, извинился Драко дрожащим голосом, вся его сущность чувствовала опасность.

— Так-то лучше, хорошо что догадался. Однако, ещё один такой промах, и легко не отделаешься. Раздевайтесь и не заставляйте повторять два раза одно и тоже.

Сконфуженные Малфои не знали что делать.

— Ну же! Мерлина ради, за что мне это?! — закатил глаза директор и достал палочку. Один взмах и новоиспеченные рабы стоят голые. Проходите в соседний кабинет, там вас ждёт медосмотр. После возвращаетесь сюда.

Через полчаса Малфои вернулись красные и злые. Сзади них шёл доктор.

— Робин, значит так, они все здоровы, чистокровны, мальчик девственник с наследием вейлы. За него много заплатят и сделают секс-раба, у него ещё и характер колкий, я бы и сам повеселился, если бы были деньги. Так вот, о чём это я… Мужчина крепкого телосложения, в принципе для секс-раба тоже сгодится, тем более в определенном месте такой же девственник, как и его сын. А женщина после родов только в обслуживающий персонал: учить, убираться, готовить и так далее. Покорности всем не хватает, пришлось палочкой воспользоваться. Пороть можно. От взрослого мужчины девственности никто не ждёт, так что если и воспитывать его радикальными методами, то хуже не будет.

После своей убийственной речи доктор ушёл к себе, Малфои пытались переварить услышанное и не впадать в панику слишком явно. Стоять в одних антимагических наручниках было стыдно и страшно. Речь доктора уничтожила последнии крупицы надежды на сохранение чести и спокойствия. Они нервничали. Люциус уже был недалек от желания броситься и попробовать голыми руками разделаться с директором, но что было бы потом? Понятно, что без палочки он того не одолеет.

Директор заведения направил на них палочку, и на плечах у каждого повисла длинная майка. Это было лучше, чем ничего.

— Сэм, забери новеньких, покажи им койки и скажи что делать. Мадаму в обслужку, пусть на месте учится, а то нам как раз рук не хватает.

— Сделаем, — из-за двери появился Сэм, молодой нахальный парень.

— И да, трахать нельзя, они девственники. Остальным тоже передай.

— Ну да, ну да, — чуть грустнее отозвался Сэм. — Идите за мной и не думайте рыпаться. Шаг вправо, шаг влево — расстрел. Сейчас покажу, где спать будете и сразу на занятия. Экзамен через каждые 2-3 дня, чем быстрее сдадите, тем быстрее отсюда свалите.

— Можно спросить? — рискнул Люциус.

— Нет. Спрашивать можно только тогда, когда тебе позволено говорить. Вам не позволено говорить. А ты будешь наказан ночью за такое явное проявление непокорности и неуважения.

Люциус побледнел ещё больше, хотя, казалось, больше некуда.

— Обдумываешь сказанное, красавчик? — усмехнулся парень. — Намекаю, наказание может быть разным, и раз уж так получилось, что ты девственник, жопу твою мы действительно трогать не будем, но у тебя же есть рот.

До конца пути Малфои шли молча, когда Сэм резко остановился, они вынырнули из своих печальных мыслей.

— Это спальня, одна на всех. Займете свободные койки. А сейчас в соседнюю дверь, там занятия. Запоминать всё.

И он подтолкнул Драко и Люциуса к двери.

— А ты, леди Малфой, идёшь со мной, на кухню, тебе выдадут фартук и скажут что делать, — Сэм откровенно насмехался над бывшими баловнями судьбы.

Гермиона сидела у камина на Гриммо, 12 и рассказывала, как воспитывают будущих рабов в лагерях. После жутких историй подруги Поттер ещё что-то обдумывал.

— Напомни мне, Гермиона, почему мы согласились на этот закон и на эти правила?

— Напоминаю, что народ хотел кары тем, кто убивал невинных маглов и светлых волшебников. И лучшим наказанием для пожирателей же оказалось именно это из предложенных. Оно самое гуманное, по сравнению с остальными. И сейчас мы ничего сделать с этим не можем, пока. Волнуешься за своих Малфоев? Если бы они победили, они бы тебя не жалели.

— Волнуюсь. Да мне было бы проще умереть, чем оказаться на их месте.

— Гарри, ты же грифиндорец.

— И что, моя смелость тут не поможет.

— При чём тут смелость?! — закатила глаза Гермиона. — Просто нарушь правило, как ты всегда это делал в школе. Иди завтра в лагерь и потребуй своих Малфоев. И не забивай себе голову, ты не виноват, что у них такая судьба. В конце концов ты им предлагал другое решение. Они выбрали побег из страны, за что теперь и расплачиваются.

— Ты как всегда права, Гермиона. Так и сделаю. Думаешь мне их сразу отдадут?

— Завтра же, я уверена. Хотя, я бы на твоём месте не спешила их забирать.

— Ну нет, мало ли что там с Драко сделают. Психику ему сломают, он же гордый, как он это переживёт… А мне потом с ним мучайся.

— Ты за него волнуешься и называешь по имени, — улыбнулась Гермиона. — Я буду рада за вас, когда вы станете парой. И не советую на него сразу налегать с поцелуями и так далее.

— Я и не собираюсь. Не надо из меня монстра делать.

После шестичасовой лекции о поведение раба, об отношении к хозяину как к божеству, о повиновении и сексуальном удовлетворении, рабов отвели в столовую, накормили похлебкой, к которой не один Малфой даже не притронулся.

Затем был объявлен отбой, и все разлеглись по кушеткам. Кушетки Малфоев находились в разных углах комнаты. Нарцисса сначала хотела лечь с мужем, но побоялась последствий. Ей сегодня уже досталось.

Через два часа после отбоя дверь открылась и охрана забрала трех человек для наказания, среди них был и Люциус.

Драко видел, как их привели обратно: они ели стояли на ногах, волосы Люциуса были изрядно потрепаны. Все трое легли на живот. От пережитого за этот день страха и шока вейла Драко забралась в самый угол и не высовывалась, он мог размышлять о случившемся как раньше, хладнокровно и трезво рассуждать, без вмешательства лишних эмоций. В размышлениях и прошла вся его ночь.

Утром в спальню зашёл директор с охраной и указал на тех, кого выставлять на продажу.

— А юный Малфой как себя ведёт?

— Без замечаний.

— Тогда его тоже на продажу. Какой-то француз готов немало отвалить только за то, что мы выложим его на продажу сегодня же. И воспитывать, я так понимаю, он хочет сам.

— А если сегодня напортачит?

— Плеть и заживляющая мазь. В конце концов, за сохранность рабов нам никто не доплачивает.

Разговор был закончен и, объявив подъем, директор вышел из спальни.

Охрана же разогнала всех по местам, занятия в лагере начинались в семь утра. В девять их погнали на завтрак, а в двенадцать по всему лагерю разносились грохот и угрожающий рев Мальчика-которого-все-побаивались-после-победы.

====== Решение ======

Встав, как обычно не очень рано утром, Гарри позавтракал, собрался и отправился в лагерь нарушать правила. Но оказалось, что они были нарушены до него.

— О, мистер Поттер. Здравствуйте. Чем обязаны такой чести? — заискивающе начал директор.

— Здравствуйте. Очевидно, мне нужны рабы, — сквозь зубы выдавил из себя с усилием последнее слово Поттер.

— Да, конечно. Подберем самых лучших. Вам девочку или мальчика?

— Мне Малфоев, — прервал директора Гарри.

— Ооо, да конечно. Двое старших могут отправиться с вами хоть сейчас, — быстро сообразил директор, заметив боевой настрой посетителя.

— А Драко не может отправиться вместе со мной прямо сейчас? — с подозрением спросил Мальчик-который-теперь-не-любил-ждать.

— Понимаете, такое дело, мы уже выставили его на продажу, он будет в вечернем аукционе.