Грозовые ворота. Чеченская трилогия - Тамоников Александр Александрович - Страница 149

Девушка рассказала о том, как встретилась в зале с отцом Коляна. Тот рассмеялся:

— Да! Шуганула ты его! Представляю батино состояние. Ты умывайся, я пойду. Отец наверняка захочет поговорить. Объясню и ему обстановку.

Николай оказался прав. Стоило ему выйти в коридор, как с кухни донесся голос Ивана Степановича:

— Колька! Колян!

— Чего тебе, отец?

— Подь сюда! Разговор есть!

Горшков прошел на кухню. Отец сидел за столом, на месте, где ночью курил Николай. Перед ним стояла начатая бутылка водки, только что опустошенный стакан и тарелка с малосольными огурцами. Во рту зажата сигарета.

Николай спросил:

— Чего звал, Иван Степанович?

— Ты чего отца по имени-отчеству? Али чужой вдруг стал?

— Да так, шутя я!

— Шутя? И фельдшерицу домой ночью шутя привел?

— Нет, батя, Надю привел не шутя. Невеста она моя!

— Во как? И когда ж успел заневеститься?

— Вчера, а что?

— Вчера? И сразу домой?

— Мы можем и в медпункте поселиться. Дом твой, ты здесь хозяин. Я за лето свой подниму. А пока у Нади перекантуемся. В чем проблема-то?

Иван Степанович яростно принялся чесать затылок.

— Дела! Знал, что от тебя всего ожидать можно, но чтобы с бабой вот так решил вопрос?! Ты меня перещеголял!

— Я не слышал ответа на вопрос. Ты не хочешь, чтобы мы жили с Надей у нас?

— С ума сошел? Чегой-то я не хочу? Живите, сколько влезет. Но пугать-то так не надоть?! Я-то, получается, выхожу из спальни, сам понимаешь, с бодуна, а тут в комнате девица-краса, я и охренел по полной программе. Хорошо, мать внесла ясность. Предупредить не могли?

Николай спросил:

— Когда? Ты ж с семи часов, как новости по НТВ пошли, вырубился!

— Ну и что? До семи ты не знал, что приведешь фельдшерицу?

— Нет. Не знал.

— Как это?

— Потом объясню. А лучше у матери спроси, она в курсе.

Иван Степанович взялся за бутылку:

— Вот семейка стала! Все в курсе, один я ни хрена не знаю, что в собственном доме происходит!

Николай забрал бутылку.

— Хорош, батя! Похмелился, и баста! Давай ложись отходняк ловить. А то действительно с ума от попойки сойдешь.

— Но, Коль! Такие дела, а ты…

— Сказал, баста! Не ляжешь сам, я помогу!

— Ну дай хоть эту допить! Опосля хрен с вами, в лежку!

— Точно?

— Слово, сын!

— Черт с тобой, допивай!

Колян вернул отцу бутылку.

Тот довольно проговорил:

— Вот это по-нашему! А с фельдшерицей, Колян, живи, сколь влезет. Я лично благословляю вас!

Николай, улыбнувшись, прошел в комнату, где его ждала Надежда. Мать вышла по делам во двор. Девушка проговорила:

— Коля! Медпункт в порядок бы надо привести. А кто это сделает?

— Да я и сделаю!

— Что ты, так негоже. Офицер милиции, и в рабочие. Придется к Коганову обращаться!

— Если ты застанешь его на месте. Давай так поступим. У нас дед Потап на все руки мастер. Я с ним договорюсь, и к полудню все будет в полном порядке!

Надежда согласилась:

— Это другое дело! Но пойдем к медпункту поодиночке.

— Прекрати, Надя! Ведь решили же все! Чего теперь кого-то стесняться? Пусть говорят! Повторяю, это деревня.

— Неудобно, Коль.

— Мы что, противоправное действие совершаем? Или грешим, имея семьи, принародно? Мы свободные люди, решившие быть вместе! А если кто слишком язык распустит, то не волнуйся, прикусит быстро и надолго. Это я тебе обещаю!

Девушка улыбнулась:

— Что ж, пойдем тогда.

Раздался голос Анастасии Петровны:

— Это куда вы без завтрака собрались? Так дело не пойдет. Здоровье надо смолоду беречь. Идите на кухню. Позавтракаем, как люди, потом, пожалуйста, кто куда.

Николай напомнил:

— На кухне отец готовится к отлежке.

— Он уже не на кухне, а во дворе. Так что прошу к столу!

Молодым пришлось подчиниться.

С дедом Потапом Колян договорился быстро.

За пол-литра тот готов был не только двери и запоры сменить, но и перебрать по бревнышку весь медпункт.

В обед Николай принял у сторожа работу, а в 17.00 подогнал к медпункту «УАЗ».

Надя, переодевшаяся в спортивный костюм, села на переднее сиденье. Горшков повел машину к перекату. Ему хотелось убедиться, продолжает ли гулянки Комаров на поляне или все же убрался отсюда. Ну и просто погулять по лесу вместе с любимой девушкой. Вел автомобиль Горшков аккуратно и остановил его у кустов, перед поляной, там, где оставлял и прежде, когда брал браконьеров с проституткой. Выйдя из салона, Николай сразу услышал голоса мужчин, доносившиеся с поляны.

Надежда заметила:

— А ты говорил, место здесь пустынное. Не такое уж оно пустынное!

Николай проговорил:

— Неужели Комаров? Но сегодня не суббота! Кто-то другой? Возможно. — Он достал из-под сиденья пистолет, не свой штатный, табельное оружие лейтенант сдал, уходя в отпуск, а «ПМ», подаренный ему Шахом, как наградной, со всеми положенными документами, позволявшими Горшкову свободно привезти его домой. В Кантарске Николай ствол регистрировать не стал. Еще успеет!

Увидев в руке Горшкова оружие, Надежда испуганно воскликнула:

— Пистолет! Зачем он тебе, Коля? — Девушка встала перед парнем: — Прошу, не пойдем туда. Давай уедем. Я боюсь.

— Чего, Надя?

— Тех людей, что за кустами, ведь не зря же ты достал оружие?

— Успокойся. Мы пройдем до поляны. Не выходя на открытую местность, посмотрим, что за компания там гуляет. Если нормальные люди, уйдем. Дальше, в объезд, проедем.

Надя спросила:

— А кто может быть не нормальными людьми?

— Один подонок и его шестерки. Я уже один раз брал их за жабры, вывернулись, когда я по делам отъезжал. Если это они, то мы просто поговорим. Сейчас, не при исполнении служебных обязанностей, я ничего кардинального применить не могу. Так что ограничимся разговором.

— Ага! И для пущей убедительности ты берешь с собой пистолет!

Николай улыбнулся:

— Я, Надежда, вообще привык к оружию. Оно не раз спасало мне жизнь. Но сегодня не тот случай, а пистолет может пригодиться для других целей. Впрочем, ты все увидишь сама.

Надежда повторила:

— Я боюсь!

— Зря! Ты же со мной!

Тихо переговариваясь, Горшков с Надеждой вышли к поляне. Николай раздвинул кусты и увидел машины. Знакомый ему джип вице-губернатора, «Волгу» главы Кантарской районной администрации и «Газель». Рядом стояли палатки, из которых доносился пьяный женский смех. Перед палатками водитель главы района Дубровина Александр Жуков жарил шашлык. Сегодня чиновники прибыли сюда в полном составе. Используя ранее проложенную тропу, Николай, держа Надю за руку, прошел к реке. Посмотрел на берег. Там все те же Диман Гусаков и Евгений Сумов накачивали резиновые лодки. Рядом лежали мешки с сетями. Чуть поодаль за их работой следил вооруженный на этот раз простой двустволкой Виктор Бейроза. За их работой наблюдал сам господин Вениамин Александрович Комаров, исполняющий обязанности губернатора области. Вся теплая компания была в сборе. Только теперь она решила начать расслабляться до наступления выходных. Да оно и понятно. Губернатор сам себе хозяин.

Николай повернулся к Наде:

— Сиди здесь и не высовывайся, что бы ни происходило на берегу. Я пару раз пальну, но не в людей, не пугайся. Потом короткий разговор, и мы уйдем отсюда!

Девушка сжала руку лейтенанта:

— А кто эти люди, Коля?

Горшков пояснил.

— И ты хочешь выступить против них? — удивилась девушка.

— Да! Я очень хочу испортить им настроение!

— Но почему?

— Потому что они однажды испортили его мне и очень оскорбили достойного человека, уволив его со службы. Я такое не прощаю никому. Серьезно наказать чинуш не могу, к сожалению. А вот подпортить настроение легко. Ты только не показывай себя. Сиди тихо, как мышь, поняла?

— Да, но я боюсь!

— А вот это совсем лишнее! Все, начинаем представление.

Николай снял пистолет с предохранителя, передернул затвор и вышел на поляну.