Восстание Персеполиса - Кори Джеймс - Страница 104

Она чувствовала расслабленность, оседающую вниз к ее бедрам, делавшую ее походку мягкой. Смещавшую ее центр тяжести. Она тихо присвистнула. Катрия подняла бровь, но не прокомментировала. Экраны вдоль стен объявляли, что внимание сил безопасности сосредоточено на террористической ячейке, которая взорвала кислородные танки, но Бобби не видела никого, кто бросил бы на них и второй взгляд, а тем более был на них сосредоточен.

В холлах чувствовалась разреженность. Бессодержательность, проступавшая даже сквозь карты и людей. Отчасти причиной было то, что в отсутствие кораблей, уходящих и приходящих на станцию, общее движение было не таким интенсивным, каким могло быть. Но еще это был страх. Люди оставались в своих убежищах. Опасались приближаться к контрольно-пропускным пунктам. Держались подальше от неприятностей.

Они спустились под рампу, покинув внутреннюю поверхность барабана. На станции оставалось не много мест, которые подходили близко к обшивке. Большинство внешних слоев разрабатывались с прицелом на защиту от излучения. Водяные резервуары, склады керамики, металлов, и инертных материалов. Сервисные залы с антискользящим крашеным покрытием, кабельные каналы и трубы. В нескольких переходах, рядом с сервисными воздушными шлюзами, их ноги отделялись от пустоты только несколькими слоями стали, керамики и пены. Это напоминало ей время, которое она провела на одном из старых линкоров класса Донаджер. Голая функциональность конструкций, которая принадлежала совсем другому поколению, отличаясь от жилых помещений, или внутренней поверхности барабана.

Коридор, в котором остановилась Катрия, не отличался от других таких же, которые они миновали, но она проверила маркировку секций, нанесенную на стены и трубы, и потопала ногой по палубе, будто прислушиваясь к тому, как она гремит.

- Здесь? - спросила Бобби.

- Да, нужное место. Подними-ка меня.

Бобби сцепила пальцы в колыбельку, и Катрия поставила в нее свою ногу. Весила она не много. Бобби подняла ее к потолку. Если понадобится, она могла бы удерживать ее там часами, подумалось ей. Катрия погладила потолок ладонью, нащупала то, что искала, и нажала достаточно сильно, чтобы Бобби почувствовала давление, отодвинув потолочную панель в сторону. Открылся небольшой зазор, едва больше дециметра, между панелью и ребром структуры рядом с ней. Катрия водрузила туда свой инструментарий, проверила его ориентацию, поправила его положение. Сдвинула потолочную панель обратно, и постучала Бобби по плечу, чтобы та ее опустила.

- Готово?

- Нет, - сказала Катрия и вытащила из кармана кусок черной ленты. После минутного размышления, она обернула ее вокруг трубы, примерно напротив бомбы, вытащила из кармана свой терминал, и открыла экран, который Бобби никогда раньше не видела. На нем появилось грубое зернистое изображение коридора, с ней и Катрией, с той позиции, где была закреплена лента.

Катрия встала прямо под бомбой, постучала по собственному изображению на экране. Там появилось сообщение, набранное красными буквами - ЗАФИКСИРОВАНО - и она убрала терминал обратно в карман.

- Вот теперь готово, - сказала она.

- Ясно, - сказала Бобби. - Пойдем наружу.

Ремонтный шлюз был необитаем. Только два вакуумных костюма, висящих в шкафчиках, большая серая коробка для транспортировки, с открытой и незапечатанной крышкой, и внутри, желтая керамическая коробка, с надписью ZEMÎ TOR, нанесенной черной краской.

Колеса транспортной коробки были втянуты, рулевая рукоятка сложена на бок. Стенки и крышка были лишь слегка толще, чем обычно. Какой бы материал не использовался в них для экранирования, его слой был по-настоящему тонким. Она надеялась, что и легким тоже.

Бобби надела вакуумный костюм, проверила замки и запас воздуха. Она и Катрия еще раз проверили друг друга. В костюм была встроена магнитная привязь - лента, широкая как ее рука, и толщиной с ее мизинец, грязная от многолетнего использования. Сам шлюз располагался в полу. Его маленькая платформа должна была вынести их на поверхность барабана, и хотелось надеяться, что та не просто сбросит их в пустоту медленной зоны. С ними двоими, и коробкой, на платформе было довольно тесно. Бобби наблюдала, как рукав костюма сдувался, пока цикл шлюзования стравливал воздух.

Катрия прижала шлем к шлему Бобби и закричала. Со звуком, передаваемым только благодаря физическому контакту, её голос был отдаленным и глухим.

- Последний шанс отступить.

Бобби улыбнулась и показала непристойный жест. Она видела, что Катрия смеется, но не слышала её. Шлюз разблокировался, и платформа спустилась.

Тело барабана Медины изгибалось над ней влево и вправо, ширилось впереди, и позади нее. Ей казалось, что она висит на животе какого-то громадного кита. Врата были только точками жуткого и неустойчивого света, постоянными, как напечатанные узоры, на фоне сюрреалистической тьмы под ней. Врата, и крошечная точка инопланетной станции в центре пространства колец. Это был не первый ее выход за пределы корабля в медленной зоне, но ее пробирала всё та же дрожь, что и в предыдущие разы. Оторваться от притяжения станции в обычном пространстве, означало дрейфовать с любой скоростью, которую станция придала бы ей, пока кто-нибудь не придет, чтобы отбуксировать ее назад, или пока у нее не закончится воздух. Оторваться от станции здесь, означало падение в черноту между вратами, и исчезновение в чем-то существующем - или не существующем - за ее пределами. Обычное звездное пространство давало ощущение бескрайнего океана, обширного, славного и беззаботного. В медленной зоне она чувствовала себя внутри чьей-то пасти.

Катрия пристегнула привязь, и легла на спину, притянув себя к поверхности барабана, прижимая ноги к обшивке, пока ее ботинки не примагнитились. Бобби ждала, наблюдая, как она делает несколько неуклюжих, неустойчивых шагов. А потом тоже прицепилась вверх ногами к поверхности вращающейся станции. Ящик в руке рвался улететь, как и петля на ее магнитной упряжи. Кровь прилила к ее голове, наполнив уши своим далеким ревом, пока они шли так - отцепляясь, раскачиваясь, отталкиваясь, и снова пристегивая себя к станции, - пока не нашли участок обшивки, который станет точкой прорыва. Катрия указала на ящик - двумя пальцами, астерским жестом для открытия или развертывания. Бобби ответила "да", кивнув кулаком.

Ловчая сеть представляла собой квадрат из плетеного стального троса, армированного углеродным волокном. Камнедобытчики и старатели одиночки, использовали такие вещи с тех пор, как человечество впервые покинуло гравитационный колодец, и начало разрабатывать околоземные астероиды. Основной якорь был толще бедра Бобби. Она закрепила его на обшивке станции, и подождала момента, пока лифтовая шахта, идущая вдоль барабана от инженерных палуб до командного центра, пройдет над ними. Она и Катрия, взялись за разные края, растягивая и расправляя сеть, и двигались вокруг целевой точки, прикрепляя вспомогательные якоря, пока вся конструкция не стала похожа на низкий, черный волдырь на поверхности барабана.

Ловушка, наконец, была установлена.

Катрия оттолкнула коробку, и она полетела по тьму, исчезнув из вида в мгновение ока. Она вернулась обратно к платформе шлюза, отключила один магнитный ботинок, затем другой, и повисла на своем ремне безопасности, ногами в пустоту. Бобби сделала то же самое. Было комфортнее почувствовать себя снова в правильной ориентации по отношению к кораблю в космосе, и неуютно от осознания того, что только одна ненадежная точка крепления удерживает ее в живых. Компромиссы. Всегда были компромиссы.

Катрия связала свой ручной терминал с наручным дисплеем костюма, перекинула копию его вывода на дисплей костюма Бобби, и установила между ними радиосоединение с низким энергопотреблением. Коридор, в котором они устанавливали бомбу, отображался в том же зернистом, приглушенном цвете, что и раньше. Сейчас он был пуст, но так было не навсегда.

- Теперь будем ждать, - сказала Катрия по радио. - Пока патруль сунет ногу в нашу ловушку, или кто-нибудь заметит, что мы тут болтаемся.