Готамерон. Часть I (СИ) - Цепляев Андрей Вадимович - Страница 78

— Ты что, не местный? — полюбопытствовал паренек, прежде чем отойти к ящикам.

— Миркхолд мой дом, — отозвался Румбольд, сконфуженно пожав плечами. — Просто я с рождения чалился в южном предгорье на ферме Рольфа. Мы с отцом были в собственности у Лендлорда. Он перебрался в город незадолго до кончины. Стыдно признаться, но я к своим двадцати двум годам почти ничего не знаю об острове.

— Объяснять особо нечего, — взял слово Верф, краем глаза наблюдая за аббатом, который к счастью не заметил его отсутствия возле ящиков. — Раньше тут была военная крепость. Сюда король Уэстмара распорядился перенести свою сокровищницу. В книгах говорится, что кроме погребов под кеновией есть что-то еще, то ли катакомбы, то ли потайной ход, где хранили золото. Потом, правда, большую часть сокровищ нашли и вывезли с острова, но легенда о секретных комнатах с золотом осталась. С тех пор никто так и не смог их найти, даже строители, расширявшие подвалы.

— Ты что, не знаешь? Остров битком набит подобными местами, — вставил Фергус, закончив разбрызгивать содержимое виала. — Погребальные пещеры, древние храмы и ловушки в руинах тут повсюду, стоит только сойти с тропы. Ты правильно делал, что сидел в горах.

— А клинки зачем освящать?

— Как зачем? — удивился Верф, покосившись на простака-ополченца. — Неужели у Рольфа крестьянам так хорошо живется? Вы там нежить не встречали? Зомби, скелеты и прочие очаровательные создания, которые только и мечтают при любом удобном случае познакомиться с тобой поближе.

— Всех мертвецов мы сжигали, — отозвался Румбольд, с опаской покосившись на вход в тоннель. — Останки хоронили в особой пещере. Так постановили арендаторы. Особенно строго за этим следит Юкар.

— Охотно верю. Мой отец всегда был особенно строг, — в ответ горько усмехнулся Верф.

— Юкар твой отец?! — в изумлении выпалил сутулый ополченец, но Фергус его перебил.

— Вы нарушаете закон! Человека хоронят в первозданном виде, по канонам сатутвитанства. Так всегда говорят нисманты.

— Запрещено, как рваротная трава в долине, — ответил Верф. — В Готфорде чужаков и нищих тоже сжигают. В Колыбели праха. По воле губернатора. Разве не так?

— Чужаков, — поправил кряжистый ополченец. — Кому до них дело.

— Вы сжигаете своих, чтобы те не нанесли вам визит, — пояснил Верф, обращаясь к Румбольду. — Слышал на материке, в местечке под названием Хогрим, моровая болезнь выкосила полдеревни. Селян похоронили, а на следующую ночь покойники вернулись в полном составе и отчистили деревню уже полностью. Понимаешь? Потому и меч нужно освятить. Простым клинком толпу мертвецов ты не порубишь.

О том, что в предгорьях за Южным трактом мертвецов придают не земле, а огню, Верф совсем забыл. Действительно, в местах, где с некоторых пор обитал его отец с семьей, этот закон Нисмасса не соблюдали. Отчасти причиной тому был губернатор, которому принадлежала земля у подножья Серой Хельмы. Мариус давно пытался заменить кладбища погребальными кострами, за что не раз подвергался порицаниям как со стороны горожан, так и нисмантов.

После разговора о нежити Румбольд заметно побледнел, и теперь стоял в сторонке, наблюдая за тем, как Фергус с особой тщательностью поливает водой собственный клинок да приговаривает:

— Лабиринт там, пещера или катакомбы — не важно. Важно то, что в нашем мире такие места редко пустуют.

— Вам ли бояться, рубаки? — произнес Дольф, подошедший к концу беседы и продемонстрировавший ополченцам голые руки. — Мы с Верфом вообще безоружны. Если что случится, будете нас защищать. Договорились?

Снова раздался голос Вимана. Статный нисмант вскинул руку и потребовал прекратить работу. Ополченцы к тому времени успели занести внутрь только половину сосудов, но Виману, по всей видимости, не терпелось исследовать загадочный тоннель. Фергус наспех раздал мечи, распорядившись, чтобы у всех подчиненных в руке был горящий факел, а затем отчитался перед аббатом. Виман, Ликир и Карион достали по боле, которые по традиции все нисманты хранили в чехлах на поясе. Каждый провел пальцами по гладкому овальному камню, высвободив энергию света. Три серебристых сгустка поднялись над головами мастеров и медленно разрослись до размеров пушечного ядра.

Двое ополченцев, вооруженные легкими арбалетами, вошли в тоннель. За ними последовали нисманты, потом Фергус и оба прислушника. Тылы прикрывали два стража с клинками наголо и сержант Румбольд. Овальный коридор тянулся под углом вниз. Облицованные красным кирпичом стены были ровными и голыми, без украшений. Осмотрев их, Карион заключил, что велинкронцы в строительстве красный кирпич не использовали по религиозным соображениям, меандрийцы на островах не бывали, а созидатели, культуру которых они с мастером Вистаном изучали, предпочитали массивные каменные блоки.

— Думаю, что это были колонисты Уэстмара, — хриплым голосом подытожил скрюченный нисмант. — Созидатели обжигали свой кирпич на солнце, и получался он у них светлым, почти белым. Такой ломкий материал редко использовали при возведении храмов. Этот же кирпич был обожжен в печи, да и блоки длинней, чем у них, а кладка не такая грубая, как у поздних велинкронцев. На мой взгляд, эта стена мало отличается от той, которая покрывает стены у нас в подвалах.

— Значит, строили те же люди, — коротко подвел Ликир.

Выслушав главного строителя, Виман распорядился двигаться дальше, но вскоре вновь вынужден был остановиться. Знак, который они обнаружили у входа, привлек внимание обоих мастеров. Это были три знакомых всему миру символа, забранные в каменную раму. Внутри они увидели пламенный огнецвет Нисмасса, эдельвейс Нигмы и паука Ниргала. Присутствие в одном пространстве двух непримиримых братьев, пусть и разделенных их единоутробной дочерью, немало удивило нисмантов. Виман долго советовался с приором, но так и не смог найти убедительную причину появления этих знаков, в итоге предположив, что среди строителей бастиона были еретики-троеверцы, поклонявшиеся всем богам сразу.

Постепенно они ушли от выхода, и дневной свет растаял позади. Тоннель по-прежнему был широким, но теперь не было видно ни его конца, ни начала.

— Мрачно тут, — поежившись, шепнул Верф, стараясь держаться поближе к другу, — и холодно… Не молчи. Расскажи лучше, как там наши, а то я пять дней никого не видел.

— Рассказывать особо нечего, — пожал плечами Фергус. — С Кассией я встречаюсь каждый день. Вот еще Грим вчера заглянул. Веришь ли, они с Кассией устроили настоящую мясорубку на острове неподалеку от порта.

— С ними все в порядке?! — воскликнул он дав волю голосу, эхом прокатившемуся по тоннелю.

Ликир недовольно заворчал. Виман пристально посмотрел, после чего приложил палец к устам.

— Ни единой царапины, — шепнул Фергус, после того как аббат отвернулся. — Вот только Гримбальд… С острова он вернулся сам не свой. Утром, не сказав никому ни слова, просто ушел домой.

— Что же там произошло? Ты спрашивал Кассию?

— Да. Она тоже не хочет об этом говорить. Просто сказала, что он наконец стал мужчиной. Странно. Я думал, что он давно… ну ты меня понимаешь. — Фергус с тревогой посмотрел на мастеров впереди. — У него же были девушки, да?

Верф кивнул, пообещав объяснить все потом, попутно дав себе слово как можно скорее встретиться с другом. Нетрудно было догадаться, каким именно образом молодой охотник заслужил звание «мужчины». Пережив такое потрясение, человек вроде Гримбальда ни в коем случае не должен был оставаться один или прикладываться к бутылке. Требовался дружеский совет — то, чего ни практичная Кассия, ни простак Фергус не могли дать наивному парню.

— По правде сказать, больше всех меня беспокоит Грог…

Стоило ополченцу упомянуть знакомое имя и лицо Верфа тотчас прояснилось. Мысли о приобщении отошли на второй план. Внутри как будто лопнула натянутая до предела тетива. Ответ на вопрос, который он задал себе в погребе, был найден. Верф разом все вспомнил. Грог помог ему украсть овцу у Лендлорда и сопровождал его в кеновию в тот день, а когда родилась Райми, именно Грог был первым человеком, сообщившим ему об этом. Они всегда были так дружны, и познакомились задолго до того, как встретили остальных. Даже принесли собственную клятву на крови, после которой матери Грога пришлось вести их к алхимику, чтобы тот заштопать раны. Грог — бывший крестьянин, а ныне лучший из наемников Орвальда, глава охраны домена, вечно мрачный воин с кучей проблем и много кто еще, но главное — его самый старый друг.