Готамерон. Часть I (СИ) - Цепляев Андрей Вадимович - Страница 119

Толстоватый парень снова посмотрел на нее в недоумении.

— Она говорит о мирквихтте, — пояснила Морелла. — Вечером он иногда приходит к пещере. К нашему запаху он привык, но тебя будет преследовать.

Миранда с удовольствием заметила как побледнел парень. За размеры, дурной нрав и острые когти мирквихттов боялись все. Теперь сын пекаря точно наружу не высунется.

— Утром проводите меня, — наконец попросил Шанти.

Морелла кивнула, взяла со стола мензурку с лечебной настойкой и вылила часть в ступку. Затем смешала розоватую жидкость с вязким чернильным раствором и потянулась к аккуратно сколоченному ящику. Долго рылась в кипе пожелтевших бумаг, но нужного рецепта так и не нашла.

— Не беда, — себе под нос пробормотала ведьма и указала на высокий стеллаж, чья вершина касалась потолка пещеры. — Детка, достань, пожалуйста, второй том Божественного нектара.

Миранда не реагировала, продолжая сидеть на кресле в хлопковом коконе. Просто так в этом мире ничего не дается. Люди вокруг постоянно ей это внушали. К тому же она не собиралась помогать тем, кто всю дорогу исподтишка подкалывал ее, а потом и вовсе хотел оставить в лесу привязанной к дереву.

— Миранда, — уже строже произнесла мать. — Верхняя полка. Божественный нектар. Давай!

— Я достану, — опомнился Шанти.

Он отпустил руку крестьянки, встал и в недоумении огляделся.

— У вас есть лестница?

— Да. Во внешнем зале, за бочками с водой, — не сразу ответила женщина, недовольно глядя на нее.

Миранда стрельнул глазками туда, где была книга. С верхней полки, точно кузнечик, соскочил увесистый том и ударил Шанти по голове. Парень сдавлено крякнул и попятился, едва не споткнувшись о тело Анабель.

— Прекрати сейчас же! Они наши гости! — потребовала Морелла, поднимая с земли старую книгу.

— Гости разные бывают.

Разумеется, она была права. Шанти такой ответ явно пришелся не по нраву. Толстоватый парень с угрозой посмотрел в ее сторону, но ограничился лишь этим. В то же время у входа в пещеру раздались шаги. Морелла оглянулась и поприветствовала кого-то, по-дружески приподняв руку. Миранда сразу догадалась, кто к ним пожаловал.

— Имарос!

Сбросив плащ, она соскочила с кресла и кинулась в объятия бледнолицего прислушника. Юноша ласково потрепал ее по волосам, попутно кивнув в знак приветствия Морелле и Шанти. Потом увидел два тела на лежанках и смутился.

— Я вам не помешал?

— Все в порядке, Имарос, — улыбнулась Морелла. — Ты же знаешь, у нас редко бывает спокойно.

Имарос хотел еще что-то сказать, но Миранда его опередила. Приподнявшись на цыпочки, она коснулась пальцем его губ, заем схватила с кресла плащ и потянула наружу. Непрошеному гостю незачем было их слышать.

Покинув пещеру через единственный выход, они очутились в лесу у подножья утесов. Дальше была лишь чаща и старое крестьянское кладбище, расположенное в пяти милях от фермы Годвина. Здесь, у северных склонов долины лес был особенно густым. Большая его часть располагалась на холмах, враставших в отвесные склоны долины. Местность вокруг пещеры напоминала природную лестницу, каждая ступень которой была затянута растительностью. Миранда любила этот край и часто лазила по горам одна в поисках редких трав для мамы. Здесь же она впервые познакомилась с Имаросом. Случилось это на кеновийских виноградниках. Два года назад она, по обыкновению, гуляла вдоль полей и подошла к изгороди, за которой работали прислушники мастера Януса. Те, заметив ее, как всегда пообещали сжечь на костре и стали бросаться землей до тех пор, пока он — бастард какого-то лорда с большой земли — не побоялся встать у них на пути. На самом деле парень еще как боялся, и говорил невпопад, но ее такая забота тронула, тем более что прислушник был симпатичным. Имарос вручил ей виноградную гроздь и попросил не меняться в угоду другим. Так началась их дружба, со временем переросшая в нечто большее, нечто такое, о чем она раньше грезила лишь во сне.

Держа рыжеволосого юношу за руку, она первым делом поднялась на холм возле входа в пещеру и проверила, нет ли поблизости Косматика. Солнце высоко стояло над горами, но громадный волосатый хищник иногда просыпался раньше и бродил по лесу. Мама в таких случаях варила специальные мази, которые, по ее словам, помогали им жить в союзе с природой. Сколько себя помнила, она постоянно чем-то мазалась, и могла свободно гулять по лесам, не боясь хищников. Имароса же Косматик не любил, и травы его не спасали. По этой причине прислушник никогда не ходил к ним через лес, а спускался с западных утесов, откуда в долину вел пологий склон.

Забравшись на каменный козырек возле пещеры, они уселись рядом, свесив ноги. Ее, несмотря на жару, сильно знобило, поэтому она закуталась в плащ и прижалась к юноше.

— Ты нездорова. Опять простудилась? — спросил прислушник, обхватив ее руками, чтобы быстрее согреть.

Миранда отрицательно мотнула головой, а затем тщательно расписала недавний поход на кладбище и побоище в крипте. Имарос слушал, раскрыв рот, время от времени уточняя детали. Особенно его заинтересовал мертвый гамеланец и скелет в мантии нисманта. О них он расспрашивал долго. Рыжий юноша был очень умным, любил читать книги и изучал окружающий мир. Она это знала, и не скупилась на подробности.

— Но зачем ты вообще туда полезла? — спросил он наконец, когда она завершила рассказ.

— Затем, что интересно.

— Ага. Очень интересно. Осквернили господский склеп и порешили святого Бернгарда!

— Порешили там только болтливого парня с пастбищ Рольфа. Не знаю, о ком ты говоришь, но лучшее вообще об этом не воспоминать.

— Значит, в крипте Лендлорда поселилась высшая нежить, — произнес Имарос, в раздумьях теребя острый подбородок. — Мне следует известить об этом мастера Вимана.

— Нет! Нет! — воскликнула она, и задрожала сильнее. — Если барон узнает, что мы там были… страшно представить, что он сделает.

— Ты права. Лендлорд очень опасен. Все богачи опасны.

Прислушник улыбнулся и коснулся губами ее лба. Миранда сразу успокоилась. Это значит, что ее тайна умрет вместе с ним. Шанти тоже болтать не станет. Маме он сказал, что на них возле кладбища напали скелеты. К счастью, эта ложь совпала с той, которую придумала она. О том, что они спускались в крипту, могли догадаться только люди из города, которые их спасли. Но стоит ли ей опасаться их длинных языков?

— Я сегодня ненадолго, — раздался напряженный голос юноши у нее над ухом. — Келарь отпустил меня на виноградники с посланием. По-хорошему, я должен был уже вернуться.

— Никто тебя не хватится. Посиди еще, — протянула она, чувствуя, как рядом с ним озноб постепенно проходит.

— Я пока никуда и не ухожу — ответил Имарос, прижавшись гладкой щекой к ее лбу. — Морелла все приготовила? Как договаривались?

Она быстро закивала, облизнув высохшие губы.

— Дело не только в мастере Тораксе. С завтрашнего дня все изменится. Меня приобщат к стезе. Я предстану пред оком Нисмасса, и начнется мое испытание.

— Стезя странника, — неохотно кивнула Миранда. — Ты победишь.

Имарос тряхнул огненной гривой и внимательно на нее посмотрел. Она сделала то же самое, позволив волосам упасть на лицо. Так они сидели вдвоем на утесе, молча слушая ветер и пение птиц. После долгой игры в гляделки, Имарос с улыбкой произнес:

— Ты так считаешь? А братья и мастера говорят, что стезя считается непреодолимой.

— А крестьяне говорят, что на кладбищах мотыльки вырастают таких больших размеров, что могут схватить человека, — с иронией произнесла она. — Все болтают разную ерунду.

— Последний раз прислушнику кеновии удалось преодолеть ее двадцать лет назад. Его звали Ликир. Сейчас он почетный приор обители и наш отец-наставник.

— Придет время, и тоже станешь приором, а может, и аббатом. — Миранда распахнула плащ и извлекла из потертых ножен необычный кинжал. — А мы с мамой тебе поможем.

Прямой клинок длиною в половину локтя, очутившись на свету, поменял цвет. На широких гранях заплясали голубые блики. У основания лезвия виднелось стертое клеймо кузнеца. Рукоять была неестественно длинной, почти как у меча. Короткая гарда и квадратное яблоко из чистого золота. Имарос, не скрывая изумления, принял драгоценное оружие, и осмотрел его со всех сторон.