Порядок и хаос бессмертных (СИ) - Шолохов Олег Олегович "Grave" - Страница 15

— Спасибо, Мефисто! Я рад, что ты принял такое решение.

Я был счастлив, что старый друг принял мое предложение. С сердца как камень упал, некое чувство свободы окутало меня. Я волен идти куда хочу, не беспокоясь за свои владения.

Мы просидели в библиотеке до самого утра, посреди ночи к нам присоединился и Малек, мы вспоминали детство, военные походы, смертельные поединки. Уже когда вина было выпито достаточно много и головы были хмельны, Малек высказал что тоже отправится со мной, аргументируя это тем, что со мной будет веселей, чем остаться здесь в столице. Он воин и сидеть на одном месте участь не для него. Его слова звучали так: «Я не буду сидеть отращивать себе пузо, целыми днями пить вино и трахать женщин! Скука смертная, а так глядишь, соблазню одну из бессмертных! Или же сам стану бессмертным. Или даже мой сын станет одним из бессмертных. А вообще, у бессмертных бывают дети?» С каждым новым предложением его все больше охватывал смех. В общем, настроил он себе уже планов на пьяную голову. Хотя в большинстве случаев, как проспится, он их забывал. Не впервые у нас такая попойка, в которой Малек был самым разговорчивым.

Утро, или скорей уже день, мы встретили на полу в зале. Слишком большое количество благородного напитка сделало из каменного пола очень удобную кровать. Проснувшись с ужасной головной болью, Малек уже привычно обвинил всех вокруг что так много выпил. Проклял создателя этого зелья и зарекся больше пить. «Хотя нет, вот еще в бокальчике осталось, вот допью, поправлю здоровье и тогда все» — очередные шуточные слова бывшего командира ударного отряда.

Глава 13

Неделя прошла с того момента, как весть о моей передаче трона наместнику Мефисто разнеслась по империи. Улицы города начали заполнять люди, готовясь к предстоящему празднику коронации и отдать дань уважения новому императору. Все постоялые дворы, гостиницы, таверны и комнаты борделей были переполнены, а за стенами даже сформировался палаточный лагерь, из-за невозможности принять такое количество гостей в городе. Торговая площадь не утихала ни днем, ни ночью.

Множество торговцев и артистов съехались со всех сторон света. Вся главная улица от ворот до замка была заставлена торговыми лавками. Город шумел и веселился. Вся знать, все самые влиятельные люди присутствовали в городе.

Также не могло обойтись подобное пиршество без любителей легкой наживы. Жулики, воры, аферисты, мошенники — каждый пытался проникнуть в город всеми возможными способами, что добавляло работы и без того занятым токриотам.

Их работа по поддержанию порядка на улицах всегда усложнялась, когда ворота города открывались для всех желающих. Это случалось крайне редко — всего несколько раз за год, во время празднования больших праздников: день рождения императора, свадьба или же похороны членов королевской семьи, а также ежегодный весенний карнавал — праздник зарождения мира и вступление в новый год.

Потому незапланированный и столь спешно подготовленный день коронации проходил в быстром темпе, что выводило из себя первого помощника Мефисто, а после коронации уже нового главу токриотов Калласа Саста. В течение всей этой недели он был угрюм и раздражён. Каллас Саст был довольно молодым мужчиной двадцати восьми лет. Еще когда ему было десять, Мефисто стал его покровителем. Он всегда помогал и учил Калласа, и заменил ему отца, потому верность нового главы личной охраны императора не поддавалась сомнению. Будучи молодым заместителем, Каллас часто подвергался осуждению со стороны сослуживцев, проявленная острота ума, рассудительность и навыки умелого воина, заработали ему общее уважение и доверие. Никто из нынешних токриотов не осмеливался подрывать его авторитет.

Помимо мелких воришек, охране города также приходилось разбираться в междоусобицах влиятельных людей. Многие семьи враждовали между собой, поэтому лишняя пара слов и кружка пива могли быстро привести к потасовке на улицах и в кабаках города. Здесь молодому капитану приходилось использовать все свое холоднокровие и политический потенциал.

Ни одна семья не должна была иметь привилегии и быть фаворитом у имперского рода. Но и нести наказание за свои личные неприязни друг к другу они не должны были. Потому деликатность по данным вопросам была неотъемлемым качеством главы стражи. Каллас справлялся со своими обязанностями очень умело.

Мы же с Мефисто все время проводили во дворце: разбирались с делами и встречали важных гостей. Каждый стремился осыпать лестью нового императора и старался выбить его покровительство для себя.

— Как же меня достали все эти приемы. Целый день сидеть на троне и выслушивать их лживые речи о том, как я мудр и прекрасен, и что новый император ничем не будет уступать старому, — редкая вспышка гнева со стороны Мефисто была адресована в мою сторону.

Уже после заката мы сидели в моем кабинете. Шестиугольная небольшая комната была заставлена книжными шкафами, множество торшеров со свечами были расставлены по углам. Из мебели в кабинете стоял большой резной стол по центру комнаты, украшенный художественной резьбой и два деревянных кресла по обе стороны стола.

Каждый вечер до глубокой ночи мы работали над документацией государственных дел. От просьб мелких деревень до выборов новых глав городов и провинций. Хоть Мефисто и полагалось множество советников по всем вопросам, он вызвался разобраться во всем сам. Хотел быть в курсе всех событий, которые происходят и намечаются в империи.

— Не жалуйся, Мефисто, теперь это твоя работа. Да к тому же, пройдет еще пара недель и город снова закроют. Дел хоть меньше и не станет, но все же льстецов ты слышать будешь гораздо реже, — пытался успокоить я друга.

— Да знаю я. Но как же они меня выводят. Выстроить бы всех в строй и пойти на них войной.

— Сейчас ты политик, а не генерал. Привыкай.

— Привыкаю. Если мы и сегодня будет сидеть до рассвета, то давай прикажем принести вина и еды. А то за целый день ни крошки во рту.

— С удовольствием, друг мой.

Слуги быстро выполнили указания насчет еды и выпивки, и мы жадно поддались чревоугодию. Жаркое из ягненка с твердым сыром и красное вино были великолепны. Мы без лишних разговоров расправились с трапезой. Утолив голод, мы откинулись на креслах, предварительно приказав принести еще вина и вяленого мяса для закуски.

— Мне вот что интересно, — поигрывая вином в бокале, начал Мефисто, — уже неделя прошла после твоего известия об отречении от трона. Но еще ни одна весомая сила не порадовала нас своим визитом.

— Нет здесь ничего интересного. Они же не могли по первому зову приехать. Как ты сам выразился, они — весомая сила. И должны соответствовать — они ждут уважения даже от нас, императоров.

— И все же хотелось бы их увидеть.

— Не думаю, что тебе так уж хочется их видеть, — немного сочувствующим голосом ответил я другу. — Так, на сегодня хватит, пора и отдохнуть, еще целая неделя впереди, еще более тяжелая. Так что иди к себе, приласкай жену. И отдохни эту ночь.

— Уговаривать меня не стоит. Я только надеюсь, что ты последуешь моему примеру и тоже пойдешь приласкаешь одну из своих фавориток и отдохнешь.

Не дожидаясь моего ответа, друг скрылся за дверью, залпом осушив остатки вина в кубке. Сон и женские ласки не манили меня этой ночью, и я решил пойти прогуляться по ночному городу, посмотреть на оживленные праздничные улицы.

Неспешной уверенной походкой я шагал по родным улицам. Праздничные фонари и костры горели вдоль всех улиц, давая возможность рассмотреть каменные фасады домов, множество скульптур и фонтанов. Костры отбрасывали мрачные тени на гранитных горгулий, которые густо населяли карнизы. Люди громко и весело шумели на улицах. Пели песни и рассказывали приукрашенные истории своих подвигов. Пустые бочки из-под вина и пива не успевали выставлять на улицы, как уже требовали раскупорить следующую. Со всех дымоходов таверн и кабаков разносились разнообразные приятные ароматы, будоражащие сознание и распыляющие аппетит. В эти пару недель город не будет спать.