GoodGame (СИ) - Текшин Антон - Страница 57

– Можно вынести створку взрывом, но получится слишком шумно, – принялся рассуждать вслух Цой. – В идеале, они сами должны открыть дверь. Может, лучше подождать смены караульного?

– Риск слишком большой – труп в больнице вот-вот найдут, там его прятать негде было.

– Понятное дело, – кивнул командир. – Значит, нужно постучаться. Вежливо.

– У них внутри тоже есть доступ к камерам, – напомнил я. – Они спокойно вас увидят на лестнице.

– А вот это не проблема. Стриж, займись вопросом.

Водитель в низко надвинутой кепке достал из-под сиденья небольшой чемоданчик и поинтересовался у меня:

– Где та машина?

– На краю парковки, белый «Лексус». Там сидит, моя… помощница. «Языка» сторожит.

– Мне нужно будет минут пятнадцать, чтобы перекинуть сеть на себя, – предупредил оперативник, прежде чем уйти. – После этого хоть на оленях там скачите.

Я на всякий случай написал Элли короткое сообщение, чтобы та не удивлялась гостю. И не мешалась ему, заодно.

– Твой пленный как, в состоянии их выманить? – продолжил искать варианты Цой.

– Боюсь, что нет, – покачал я головой. – Он от страха всё запорет. Даже если не решиться предупредить их, у него на лице всё написано.

– А твоя помощница?

– Это для неё слишком серьёзно, – честно признался я. – Может мне самому?

– Не вариант. У тебя глаза убийцы, – на полном серьёзе заявил азиат. – Без обид, ладно?

– Да чего уж…

– Сам понимаешь, у женщины больше шансов вызвать к себе доверие. Наши морды лишь заставят их за оружие схватиться.

– Она ещё не вполне женщина. В смысле, возраста.

– Когда-то же надо начинать, – философски заметил командир. – Не собирайся ты ей рисковать, она бы сейчас с пленником не сидела. Мы её прикроем, не волнуйся. Иначе о спешке не может быть и речи. Решай.

В последнем его слове он вложил столько скрытого смысла, что я сразу понял – источник его раздражения кроется именно во мне. Шельма оставила право последнего слова за мной, и Цоя это, мягко говоря, не устраивало. И пусть я деликатно не вмешивался в тонкости операции, очерчивая лишь границы дозволенного, такой подход был ему не по душе.

Командира можно было понять – большинство акций таких групп сводилось к банальной зачистке и не требовало какой-то запредельной осторожности. Сейчас же мы планировали освобождение всего за несколько секунд. А это, как не крути, высший пилотаж даже среди спецслужб.

– Хорошо, – вздохнул я.

Такое простое слово далось мне очень нелегко. Но нужно было признаться самому себе, что вечно опекать Эльвиру у меня не получится при всём желании. Нужно выпускать оперившегося птенца из гнезда, чтобы до зимы тот научился сносно летать. Иначе ему не выжить в нашем обледенелом мире.

Само собой, девчонка оказалась совершенно не против снова сыграть роль наживки. И через полчаса она уже стояла на нужной лестничной клетке с пакетом сетевой доставки в руках. Благо, что дроны здесь ещё не вытеснили окончательно курьеров. Переодевать её мы не стали – пёстрый молодёжный прикид сейчас работал лучше всего. Увы, но пришлось обойтись без бронежилета – с её приталенной короткой курткой он никак не сочетался. Единственным специальным девайсом оказался портативный глушитель сигнала чипа, вшитого в каждого добропорядочного гражданина. Прибор удалось впихнуть ей в рюкзачок.

Глядя на беззаботно улыбающуюся Элли, даже мне не верилось, что она способна без колебаний завалить человека. Чего уж говорить о похитителях.

И всё же, открыли ей далеко не сразу, после нескольких минут упорных терзаний дверного звонка. Ребята внутри были отнюдь не глухие, просто они просматривали камеры, одну за другой. Но спец, подключившийся к аппаратуре в «Лексусе» наблюдателя, уже взломал их систему и зациклил картинку. Теперь на всех изображениях присутствовала лишь одна Эльвира, пришедшая к двери заранее. А четверо бойцов на лестнице, вооружённых компактными воронёными «Вихрями», превратились в форменных невидимок. Короткие, но мощные автоматы спецов были снабжены глушителями, которые превращали громкие пострелушки, слышимые на соседней улице, в деликатные хлопки, будто от взорвавшейся банки с огурцами.

Соседи будут явно не в восторге, но в полицию звонить не станут. Скорее всего.

Если всё пойдёт по плану, они и понять не успеют, что там творится на съёмной квартире. Опять же, время ещё не позднее – кто в капсуле, а кто и на обычной работе вкалывает.

Соваться вместе со всеми на штурм я не стал, прекрасно понимая, что буду для группы ржавым гвоздём, вбитым в мастерски отлаженный часовой механизм. Всему своё время, и моё, в качестве обычного бойца, уже безвозвратно прошло. Сейчас всё больше приходилось работать головой.

Поэтому я тихонько устроился в слепой зоне этажом ниже, сжимая «Грач» в кармане куртки. Волновался, будто в первый раз, но с другой стороны – душу переполняло неуместное чувство дурацкой гордости. Воспитатель из меня тот ещё получился, стоит признаться.

Наконец, после очередного звонка, заветная дверь приоткрылась, будто сокровищница Аладдина.

– Чё надо? – загулял эхом недовольный голос.

– Здравствуйте, вам доставка! – с дежурной вежливостью ответила Эльвира.

– Мы не заказывали, – буркнул голос.

– Как так, – немного растерялась она. – Вот смотрите – адрес ваш, оплата онлайн. На имя Дмитрия Рогозина.

– Димон, мудозвон… – голос сокрушённо вздохнул. – Слушай, там на парковке «Лексус»… Хотя не, давай сюда. Хер ему по губам, а не жратву.

Щёлкнула цепочка, после чего в дверь ударили так, что гул пошёл по всему подъезду. Удивлённый полувскрик мужика потонул в россыпи хлопков, затрещавших новогодними петрадами. Я со всей возможной скоростью понёсся наверх, едва успев схватить за плечо Элли, которая хотела засунуть внутрь квартиры свой длинный любопытный нос.

– Стой тут.

Весь штурм, как и полагалось, занял считанные секунды. Расслабившиеся в четырёх стенах братки не смогли дать хоть какой-нибудь отпор. Двоих положили прямо в коридоре, а последнего – на пороге комнаты, где были заперты заложники. Бойцы шустро растеклись по прокуренной квартире, будто шарики ртути из разбитого градусника, но больше никого здесь не было. Лишь тогда я позволил Элли зайти, прикрыв двери от любопытных соседей. А то уже в подъезде стали слышны щелчки замков.

Возле последнего трупа стоял Цой, которого я спокойно опознал даже в маске, и сноровисто шарил в его карманах.

– Держи.

Он протянул мне ключ, а сам пристроился чуть позади, с автоматом на изготовку. Я без труда открыл дверь и дал ему отмашку на «отбой».

– Здравствуйте, товарищи Тёсовы!

В углу комнаты, за широкой двуспальной кроватью, съёжилась взъерошенная женщина в домашнем халате, которая прижимала к себе двух перепуганных детей-первоклашек – мальчика и девочку. По словам Робика ей перевалило слегка за тридцать, но сейчас бедняжка выглядела на все сорок с плюсом. На бледном лице было видно каждую морщинку, острые скулы рвали кожу, а под глазами темнели круги.

– К-кто вы? – едва слышно спросила бывшая пленница.

– Я новый начальник вашего мужа, – весело ответил я, входя в комнату.

– Н-начальник?

– Ага, ваш Роберт больше не фрилансер.

– С ним всё хорошо? – вскинулась женщина.

– Более чем, – поспешил я успокоить её. – Как вернётесь домой, можете ему позвонить. Идти как, можете?

– Да, – она решительно кивнула. – А с этими… Что?

– Кстати о них, чуть не забыл, – улыбнулся я. – Давайте с вашими детишками в игру сыграем? Они закрывают глазки здесь, а открывают уже в родной квартире. Я же волшебник, к слову…

Супруга Роберта всё поняла и быстро втолковала чадам, как нужно себя вести за порогом комнаты, где их заперли плохие дяди. Оба без проблем согласились, вот только несколько дней плена не прошли для матери бесследно, и взять их на руки она оказалась не в состоянии. Сама еле-еле ноги волочила. Пришлось позвать Элли, которая взяла себе второго ребёнка, закрывшего глаза ладошками, а первого я потащил лично.