Лучшая зарубежная научная фантастика: После Апокалипсиса - Коллектив авторов - Страница 238

Во мгле он скорее угадал, чем увидел ее улыбку.

– Всегда!

Постоялый двор «Рыжая ищейка», местными жителями именуемый «Сука», оказался маленьким и тесным. Он располагался в пяти минутах ходьбы от берега и в десяти, как сказали Киту, от ближайшей жилой улицы. Вновь прибывшему досталась комната хотя и побольше, чем в «Рыбе», но с неудобной койкой и банкеткой, заваленной рукописными нотными листами старинной музыки. Под этой же крышей, по сведениям Кита, проживал Дженнер, но владелец – Видсон Содержатель Двора – ответил, что нынче его не видел.

– А ты, стало быть, новый архитектор, – оглядев гостя, сказал Видсон.

– Он самый, – подтвердил Кит. – Как появится Дженнер, передай, пожалуйста, что я хочу его видеть.

Видсон наморщил лоб.

– Ну, не знаю даже, он уж который день возвращается поздно, с тех самых пор… – Спохватившись, хозяин заезжего двора смущенно умолк.

– С тех пор как с того берега просигналили о моем прибытии, – договорил Кит. – Что ж, вполне его понимаю.

Несколько секунд Содержатель о чем-то думал, а потом медленно произнес:

– Дженнер, знаешь ли, нам как родной.

– А раз так, попробуем его удержать, – кивнул Кит.

Пойдя на поправку, Кит расстался с детским садом – впрочем, это все равно случилось бы через год – и переехал к отцу. Дэйвелл Мейнем в речах был нетороплив, но знал толк в шутке и на своих бесчисленных стройках не лез в карман за острым словцом. Сына он охотно брал с собой на работу: для мальца нет лучшей возможности свести знакомство с будущей профессией.

И Киту в отцовских делах нравилось все: и аккуратность чертежей, и четкость продвижения стройки. Приятно было наблюдать, как кирпич, камень и чугун выстраиваются по прямым и кривым линиям, как в хаосе рождается и крепнет строгий порядок. В первый год мальчик подражал Мейнему-старшему и рабочим, что-то сооружал из крошечных балок и кирпичиков – их изготавливала приданная ему в наставники черепичных дел мастерица, за несколько лет до того потерявшая руку. В конце каждого дня приходил отец, как он выражался, «для инспектирования строительного объекта». Кит демонстрировал мостик, или башенку, или просто положенные в ряды и штабеля материалы, и Дэйвелл с серьезным видом высказывал свои замечания. «Инспектирование объекта» продолжалось, пока позволял свет дня, а потом они шли в ближайшую гостиницу или хижину, где снимали угол.

Дэйвелл ночи напролет проводил за бумажной работой; Кита интересовала и она. Оказывается, превращение воображаемой конструкции в нечто огромное и материальное – это не только вычерчивание архитектурных планов и само строительство, это еще и соблюдение рабочих графиков, и ведение документации, и доставка материалов. Мало-помалу игра Кита дополнилась разработкой собственных планов, а также кропотливой перепиской с поставщиками. И через некоторое время он понял: основная работа по возведению моста или башни протекает отнюдь не на виду у публики.

Поздно вечером раздался стук в дверь – да какой там стук, сущий грохот. Кит отложил недоочиненное перо и громко произнес:

– Да?

Ворвавшийся в комнату мужчина был таким же смуглым, как Кит, но на несколько лет моложе, в забрызганной грязью одежде для верховой езды.

– Кит Мейнем из Атиара.

– Дженнер Эллар из Атиара. Прошу предъявить уведомление.

Кит молча вручил гостю бумагу, тот, пробежавшись недобрым взглядом, бросил ее на стол и процедил:

– Долго же мне замену искали.

«Пожалуй, надо с этим разобраться прямо сейчас», – решил Кит.

– А ты надеялся, что так и не найдут?

Дженнер насупился еще пуще.

– Не скрою, надеялся.

– Считаешь себя самым подходящим специалистом для такого проекта? А почему, можно спросить? Сколько ты здесь проработал… год?

– Я знаю стройку, – резко ответил Дженнер. – Помогал Тениант с планированием. И тут империя присылает… – Он повернулся к холодной печи.

– Империя присылает другого, – проговорил Кит ему в спину.

– Именно так, – кивнул Дженнер, не оглядываясь. – У тебя есть связи в столице и влиятельные друзья, вот только ты не знаешь стройки, этого моста.

– Не надо заблуждаться на мой счет. – Чтобы придать своим словам весомости, Кит выдержал паузу. – За двадцать лет я построил девять мостов. Четыре висячих, три больших балочных и два арочных моста через туман. На твоем счету три моста, самый крупный из них – шесть каменных арок через реку Мати, а там мелководье и ползучие отмели.

– Да, – буркнул Дженнер.

– Хороший мост. – Кит взял с подоконника керамический кувшин, налил два стакана. – По пути сюда я свернул к нему и осмотрел. Добротно сделано, и ты уложился в бюджет. Даже из графика почти не выбился, несмотря на сушь. И местные о тебе хорошего мнения. Спрашивают, что с тобой будет теперь… Держи. – Кит протянул стакан, и Дженнер его принял.

«Уже лучше», – подумал Кит.

– Мейнемы всегда строили мосты. И дороги, и акведуки, и стадионы, сотни публичных объектов для империи. Вот уже тысячу лет.

Дженнер повернулся, он хотел что-то сказать, но Кит поднял руку.

– Это вовсе не означает, что мы лучше, чем Эллары. Но империя знает нас, а мы знаем империю. Мы умеем доводить дело до конца. Если бы строительство поручили тебе, через год все равно прислали бы замену. Ты бы не справился. А я точно знаю, что справлюсь. – Кит упер локти в колени, наклонился вперед. – С твоей помощью. Ты талантливый инженер. Ты знаешь объект. Так помоги мне.

– Да, ты справишься, – нарушил затянувшееся молчание Дженнер, и Кит понял, о чем он думает: «Тебе небезразлично дело, это не просто очередной пункт в послужном списке».

– И мне бы хотелось, чтобы ты стал моей правой рукой, – продолжал Кит. – Я научу, как надо разговаривать с Атиаром, помогу со связями. И следующий проект будет уже полностью твоим. Это первый большой мост через туман, но далеко не последний.

Они хлебнули. Киту обожгло гортань, выступили слезы.

– Какой ужас!

Дженнер хохотнул и впервые посмотрел Киту прямо в глаза.

– Правобережное пойло и впрямь несусветная гадость. От такого тебе через месяц захочется сбежать в Атиар.

– Может, договоримся с перевозчиками, пусть доставят чего-нибудь иного? – улыбнулся Кит.

На правом берегу подготовка к строительству оставляла желать лучшего: и блоков подвезено меньше, и рабочих найти труднее. Но понемногу в спорах между Китом, Дженнером и каменщиками с обоих берегов оформились окончательные планы. Предстояло воздвигнуть нечто уникальное, рекордное по величине – висячий мост в один пролет длиной в четверть мили.

Первоначальный замысел оставался неизменным: мост должен висеть на несущих цепях, по четыре с каждой стороны, закрепленных независимо, чтобы компенсировать смещения, вызываемые движением транспорта по полотну.

Составные части цепей – огромные звенья с проушинами и крепежные болты – можно заказать в пятистах милях к западу, в тех краях издавна выплавляют лучший в империи чугун; Кит уже отправил на литейные фабрики письма с просьбой возобновить работу для его нужд.

На левом берегу предстояло соорудить из золотистого известняка пилон с анкером, заглубив сваи в коренную породу. А здесь, на правом, вырастут постройки из розовато-серого гранита на колоколообразном фундаменте. Высота башен не менее трехсот футов. В Атиаре есть и повыше, но те не предназначены выдерживать тяжесть висячего моста.

Кит подверг испытанию рыбью кожу, и та оказалась по прочности почти равной чугуну, но во много раз легче. Дубильщики и канатчики, у которых он интересовался ее долговечностью, посоветовали съездить на речку Мекнай. Кит так и сделал: выкроив денек, осмотрел водяное колесо, плетеные приводные ремни которого после семидесятипятилетней службы не выказывали признаков износа. Рыбья кожа, объяснили архитектору, даже если ее не держать в тумане, по долговечности не уступит кленовому дереву, однако ей требуется постоянный уход.