Лучшая зарубежная научная фантастика: После Апокалипсиса - Коллектив авторов - Страница 210

В нижеследующем жутком рассказе писатель переносит нас в воды печально известного Бермудского треугольника (или куда-то поблизости от него), чтобы поведать об угрозе гораздо более коварной и опасной, чем все те, о которых обычно читаешь на эту тему.

I

– Перед тем как мы поднимемся на палубу, хочу вас кое о чем предупредить, – сказал Рэй Уили. – Сейчас мы находимся в районе Бермудского треугольника.

Трип открыл глаза. Хорошенько выпив и вкусно поев, он почивал под убаюкивающее легкое покачивание яхты. Глядя на темную обшивку потолка над головой, он не сразу сообразил, где находится.

– Сколько времени?

– Три утра. – Рэй поднялся со стула возле кровати. – Мы находимся в шестистах километрах северо-восточнее Антигуа.

Пока Трип садился, Рэй уже направился к двери каюты. За последний год он отрастил седеющую бороду, которая смягчила резкие черты лица, но взгляд ярких голубых глаз оставался по-прежнему острым и мигом привлек внимание Трипа. Как бы то ни было, миллиардер сам лично разбудил его впервые.

– Вставайте, – поторопил Рэй. – Вам понадобится фотоаппарат и записная книжка.

При упоминании о блокноте Трип машинально бросил взгляд на стол, где оставил бумаги перед сном. Похоже, Рэй не стал рыться в его записях, но даже если так, то ничего предосудительного он отыскать не смог бы. Блокнот Трипа, куда он вносил мысли относительно путешествия на яхте, был надежно припрятан среди пижам.

Трип выбрался из постели, натянул джинсы и куртку-штормовку. Взглянув на койки у противоположной переборки, он обнаружил, что его соседей уже нет.

– А что, Эллис и Гари…

– Они уже на палубе, – бросил Рэй. – Поторопитесь. Вы все поймете, когда окажетесь там.

Трип надел палубные туфли и повесил на шею фотоаппарат. Проследовав за Рэем через кают-компанию, он почувствовал под ногами приглушенный рокот – едва уловимую вибрацию двигателя яхты, противостоящего волнам. Света в кают-компании не было. Когда они шли к лестнице, Трип увидел Ставроса, капитана и главного инженера яхты, который сидел у внутреннего поста управления рулем, огоньки на пульте подсвечивали его круглое лицо.

Ночь на палубе «Ланцета» царила холодная и безветренная. Двое мужчин в одинаковых штормовках стояли в кокпите и смотрели на пустые воды Северной Атлантики. Одним из них был гидробиолог Эллис Харви, налобный фонарь освещал интеллигентные черты его обветренного лица; другим – микробиолог, студент докторантуры Гари Бейкер, его лицо белело в обрамлении очков и аккуратной бородки клинышком.

Увидев Рэя, Эллис нахмурился. Не секрет, что двое старших ученых не очень-то жаловали друг друга.

– Мы собираемся на ночное погружение, – сообщил Эллис. – Приготовить третий набор амуниции?

– Я пас. – Трип воду не любил. – Что за переполох?

Гари махнул рукой вдоль корпуса яхты:

– Вон, прямо по курсу. Видите?

Трип обернулся взглянуть в указанном направлении. Какое-то время он видел только воды океана, и то лишь там, где рябью отражались огни яхты. Когда глаза привыкли к темноте, он заметил участок воды посветлее. Сначала он решил, что это обман зрения, попытка разума внедрить в невыразительный водный простор нечто представляющее интерес. И только благодаря четкой линии форштевня, вырисовывающейся на фоне непонятного свечения, он наконец понял, что все это реально.

– Огоньки. – Трип обвел взглядом собравшихся. – В воде что-то светится.

Такое впечатление, что Рэй гордился зрелищем, словно лично сам ради Трипа вызвал это видение.

– Гари заметил их несколько минут назад, когда заступил на ночную вахту. Мы до сих пор гадаем, что бы это могло такое быть.

– Световое пятно слишком большое для искусственного, – заметил Эллис. – Похоже на природное явление. Возможно, люминесцирующие микроорганизмы…

Трип едва ли его слушал. Учитывая отсутствие ориентиров, расстояние до слабого голубовато-зеленого свечения сложно было оценить, навскидку примерно миля. Не постоянное, не однородное, оно как бы состояло из трепещущих лоскутков большей и меньшей яркости. Сначала Трипу показалось, что мерцание вызвано движением волн, но по мере приближения стало ясно, что это сами огоньки пульсируют в унисон.

– Оно синхронизировано. Разве это может быть природным явлением?

– Не знаю, – отозвался Рэй и широко улыбнулся. – Мы здесь именно затем, чтобы это выяснить.

В голосе миллиардера Трипу послышалась жадность. Он знал, что последние два года «Ланцет» под предводительством и финансированием Рэя с помощью самых современных технологий занимался исследованиями баснословно огромного генетического разнообразия океанической жизни с негласной целью отыскать гены и микроорганизмы, которые можно выгодно продать. До сих пор путешествие не отличалось богатством событий, но, если то отдаленное свечение окажется неизвестной формой жизни, оно, безусловно, может стать очень прибыльным.

Но когда Трип попытался заговорить об этом с Рэем, тот только хмыкнул в ответ, что неудивительно. Не секрет, что Рэю не нравилась идея написать о нем статью, ради чего Трип и оказался на борту. За три проведенных на яхте дня Трип заметил в экспедиции целый ряд противоречий, и Рэй, словно что-то почуяв, его сторонился. Таким образом, Трип решил, что запланированная на борту «Ланцета» неделя может так и закончиться без интервью.

Яхта продвигалась вперед, морские воды пенились у ее носа. Трип стоял между Рэем и Эллисом, погрузившимися в недружелюбное молчание, а Гари тем временем достал гидрокостюмы и акваланги. Вскоре яхта приблизилась к пятну, у корпуса в воде был виден свет. Рэй из рубки по телефону велел Ставросу остановить двигатели, и вибрация тут же прекратилась.

Судно свободно скользило по воде, со всех сторон окруженное свечением, и Трип попытался получше рассмотреть необычный феномен. Вблизи стало ясно, что свечение исходит от бесчисленного множества ярких точек, с виду не выделявших тепло, но определенно живых.

Эллис перегнулся через перила и провозгласил:

– Рэй, это вовсе не микроорганизмы.

– Давайте рассмотрим их поближе, – отвечал Рэй.

Трип начал фотографировать, а двое старших ученых облачились для погружения и перелезли через перила. Когда они скользнули в воду, Трип на миг увидел их силуэты на фоне подводного зарева, освещавшего их из глубины подобно волшебному фонарю. Прошло несколько секунд, и аквалангисты исчезли из виду.

Гари, который стоял рядом, предложил:

– Если хотите, можно воспользоваться комнатой для наблюдений.

– Идея недурна, – согласился Трип, опуская фотоаппарат. Комната располагалась в носовой части яхты двумя метрами ниже ватерлинии. Добравшись до крепящихся к форштевню на болтах сходней, Трип обернулся и взглянул на Гари, который ободрительно ему кивнул, и полез внутрь.

Предстояло спуститься на двадцать футов. Добравшись до последней ступени, Трип очутился в проложенной пенопластом крохотной каморке с таким низким потолком, что там было невозможно стоять в полный рост. Пахло плесенью и ржавчиной. Трип растянулся прямо на полу, чуть ли не носом уткнулся в самый большой из пяти иллюминаторов и вгляделся в океан.

Он не сразу понял, что же открылось его взору. В воде плавали скопления светящихся точек. Их было множество, некоторые дрейфовали словно вслепую, другие сбивались в косяки, распускали щупальца и строем безмятежно проплывали мимо иллюминаторов.

Трипа так захватило странное зрелище, что он даже про фотоаппарат позабыл. Сначала ему показалось, что его окружают потусторонние создания как будто из сна. И только когда одно существо проплыло рядом с иллюминатором и почти что прижалось к стеклу, он наконец понял, кто это.

Яхту окружили сотни осьминогов. Когда глаза привыкли к темноте, Трип увидел, что у спрутов вдоль каждого из восьми щупальцев идут два ряда светящихся голубовато-зеленых точек. Сами по себе точки сияли не так сильно, но все вместе осьминоги освещали воду так же ярко, как светится зимней ночью перегруженная автомагистраль.