Лучшая зарубежная научная фантастика: После Апокалипсиса - Коллектив авторов - Страница 187

– Я курьер. – Он снова занялся напитком.

– Ты приманка. Нуль. Ничто. Хуже, чем ничто.

Коди никак не отреагировал, продолжал пить.

– Та, которая тебя сдала, вероятно, была настоящим курьером. Так?

– Кто? – Но ответ он уже знал. Ее имя вертелось на кончике языка, но все же ему удалось сдержаться и не произнести его вслух.

– Я прав, да? Ты просто – как бы тебя обозвать? Поденщик, который ничего не имеет против игл и не падает в обморок при виде крови? А информацию носит она. ЛаВерн или ЛаРу, как ее там.

Коди прикусил язык. Может, парень говорил правду или же просто выуживал секреты. В любом случае лучше не болтать.

– Около десяти процентов населения падает в обморок при виде крови, – непринужденно поддержал разговор он. – Это же физиологическая реакция, тут ничего не поделаешь. Никак не соотносится с характером или с чем-то еще.

– Спасибо, что просветил. – Несмотря на явное раздражение, лицо седовласого казалось еще более бесстрастным, чем обычно, уж не говоря об одутловатости. Теперь у линии роста волос появились маленькие чешуйки, похожие на сухую кожу. Маска начала разваливаться, парик потихоньку отделялся от силикона. Наверное, ему уже давно пора было покончить с маскарадом, но он все еще носил личину и подновлял ее легкими мазками. Потому что ожидал, что вот-вот все уже точно закончится, данные будут извлечены и доставлены, оплата произведена, а сам он поедет на следующее дело, совершенно позабыв, кто такой Коди.

Но вместо этого он сидит в крохотной холодной комнатенке, и за все его усилия ему ничего не светит, разве только вот-вот отвалится с лица маска, и нечего ждать, кроме неудовольствия босса и потери гонорара, а ведь команде платить все равно придется.

Коди допил и поставил пустую банку рядышком на каталку. Что ж, это было невесело. Чем займемся теперь?

И эта мысль стала последней на какое-то время.

Звуки постепенно подталкивали его к возвращению в сознание до тех пор, пока он понял: шумы и голоса в самом деле реальны, это не обрывки снов и видений забытья, длившегося часами, а может, даже днями. Все еще не раскрывая глаз, он перекатился на бок, спасаясь от яркого света над головой, и вдохнул аромат чистого постельного белья вперемешку с запахом спирта, пудры и дезинфицирующих средств. Значит, он находится в палате скорой помощи, с некоторым облегчением понял Коди; случалось очнуться в местах и похуже.

Воспоминания были обрывистыми, но в целом он понимал, что с ним произошло. Как только похитители уверились, что в его крови им ничего не удастся обнаружить, их перестало заботить отсутствие нежелательных примесей в организме Коди и они дали ему лекарство под видом так называемого ланча. Судя по ощущениям, дозу он получил немалую. Затем от него за ненадобностью просто избавились.

Как только «ланч» подействовал, они одели его и вышвырнули где-то, где он мог довольно долго бродить лунатиком, не привлекая к себе внимание. Скажем, в большом торговом центре. Или даже торговом городке, таком, с многозальным кинокомплексом. Интересно, как долго он бесцельно скитался. пока кто-то не заподозрил, что с ним что-то странное? На эту тему ходили всевозможные истории. Все в союзе знали историю о курьере, которая очнулась в доме, где провела пять дней в качестве давно потерянной родственницы. Хотя Коди подозревал, что все это выдумки.

Через два дня он находился в каком-то пригороде, хотя точно не знал, какого штата. Двойственность границ уже вошла у него в привычку.

– Как вам понравился Оклахома-Сити? – спросила врач, сидевшая под световым табло. Это была полноватая женщина с глазами разного цвета: одним карим, другим синим; разница делалась еще более заметной из-за винного цвета родимого пятна, покрывавшего часть лица от волос до уголка рта.

– Я повидал только парковку, клинику и часть больницы. – Коди разделся и встал спиной к гладкой белой стене. – По вашей команде.

– Ах, значит, вы делали это и раньше. Мне даже не придется просить вас закрыть глаза и не двигаться.

Он сделал вздох и задержал дыхание. Иногда он воображал, что может почувствовать, как меняется ультрафиолетовое излучение по мере продвижения линии считывания по телу. Много лет назад, когда он в первый раз работал курьером, ему показали видеозапись его самого в процессе считки. Тогда он подумал, что выглядит как сверхъестественное существо – один из сказочных монстров Льюиса Кэрролла, который вышел из зеркала в высокотехнологичную лабораторию.

Линии Бласко, пояснил доктор тогда, много лет назад. Видимые только при определенном ультрафиолетовом излучении.

Он и сам проводил исследования, любопытствуя на тему повреждений или вероятности однажды утром проснуться и обнаружить себя навеки рябым. Ему снилось, как линии бегут вверх-вниз по рукам и ногам, волнами движутся по туловищу, петляют по спине, кружат в голове и вдруг самопроизвольно проявляются при обычном освещении; как порой светятся постоянно. В других снах они вспыхивали и гасли, как аварийная сигнализация.

Давно у него не бывало таких тревожных снов. Они пропали вместе с горячими точками. Может, теперь возвращалось и то и другое.

– Вот и все. – сказала медсестра.

Коди с облегчением глубоко вздохнул, отошел от стены и снова оделся. Женщина попросила у него разрешения перед тем, как взять мазок со слизистой во рту, и еще раз, когда брала соскоб с верхнего слоя кожи на пояснице, бедре и колене. Он был безмерно благодарен ей за деликатность. Всегда приятно, когда к курьеру относятся как к человеку, занятому ответственной и непростой работой, а не как к мешку мяса с данными.

В выделенную для ночлега комнату Коди проводил парень в стандартной одежде взломщика – жилете со множеством карманов поверх одноцветной футболки, джинсах и кроссовках, – но выправка у него была военная, и он даже не пытался скрывать ее. Когда Коди там очутился, то ничуть не удивился, обнаружив, что кто-то его дожидается. С момента последнего делового предложения прошло некоторое время.

– Мы очень рады, что вы вернулись целым и невредимым.

За столом во вращающемся кресле сидела черноволосая смуглая женщина; она говорила с легким, но отчетливым акцентом, от которого никак не могут полностью избавиться индийцы. Коди уже не раз видел ее в одной и той же одежде – черном брючном костюме. Она была одной из тех, кто ведет себя так, что даже выглядит выше. И дело вовсе не в военизированной манере, как у того приятеля, который теперь почтительно застыл по стойке смирно на полпути к двери. Главная. Судя по седине в волосах дамы, Коди предположил, что она старше его, но на сколько – непонятно: больше, чем на десять лет, и меньше, чем на тридцать.

– Я рад, что вернулся, – сказал он, стоя перед ней и чувствуя себя немного неловко. Дама жестом предложила ему присесть на кровать – больше в комнате мебели не было, не считая сорокадюймового экрана в стене.

– Вам автоматически положена неделя для реабилитации, но мы с вами договоримся о двух или даже трех неделях. – Тут она пожала плечами. – Или четырех.

– Спасибо.

– Кажется, с вами это случилось не в первый раз.

Как будто сама не знает, подумал Коди, стараясь сохранять невозмутимый вид. Потом понял, что дама в самом деле ждет ответа.

– Так и есть, – быстро опомнился он. – Не в первый.

– Надеюсь, для вас происшествие обошлось не слишком скверно.

Коди покачал головой. Память все еще восстанавливалась урывками – самым ярким воспоминанием оказался мужчина с хвостом и необходимость лежать недвижимо в холодной комнате, пока они выкачивали из него кровь и снова закачивали обратно. А еще ему мерещилось, что до похищения в номере отеля он был не один, хотя это казалось маловероятным. Ему, видимо, повезло, что он все еще помнил детство, учитывая, как сильно его накачали наркотиками.

«Если не сдавать их в базу данных». Вот еще одна из тех странных мыслей, постоянно вертящихся в голове последние несколько дней. Они, вероятно, что-то да значили.