Драконьи тропы (СИ) - Быкова Ольга Петровна - Страница 62

Гл. 23

Дворец сиял огнями. На сверкающий алмазной пылью снег из карет и экипажей выходили, блистая драгоценностями, красавицы со всего Изнорья. То и дело подъезжали ко дворцу невесты, одна наряднее другой. На ковровую дорожку ступала изящная ножка в атласной туфельке, и вновь прибывшая фея представала восторженным взглядам кавалеров и придирчиво-ревнивым взглядам соперниц. Ежесекундно на пороге дворца появлялась новая красавица, и каждая приносила с собою неповторимо уложенные локоны у нежных щек, единственные в мире сияющие глаза и неподражаемые обворожительные улыбки. Атлас и парча, гранаты, бериллы, сапфиры и бриллианты переливались в свете факелов на входе и сыпали на снег цветные искры. Шелк и кружева пышной пеной набегали на широкие мраморные ступени и исчезали в золотистом проеме, оставляя в зимнем воздухе следы дорогих духов.

На мраморный пол дворца ступили еще две юные особы и двинулись по парадному коридору, а потом вверх по широкой лестнице, сопровождаемые непрерывающимися наставлениями идущей позади тетушки-компаньонки.

-- И постарайтесь не таращиться все время по сторонам как ошалевшие от роскощи провинциалки. И не забывайте, что вы приехали сюда не просто так покрасоваться, -- в очередной раз прошипела им в спину Кордис и, наконец, у самого входа в громадный зал поотстала и отошла куда-то в сторону.

-- Знать бы еще толком, куда нам следует таращиться, -- проворчала себе под нос Наира.

Лиска молча кивнула и начала оглядываться. Сотни свечей в стенных канделябрах и громадных люстрах освещали зал, изукрашенный золоченой резьбой и зеркалами. С богатством убранства зала соперничала роскошь праздничных нарядов. У Лиски разбегались глаза и от волнения чаще билось сердце. Ей бы и в голову не пришло даже мечтать побывать на княжеском балу. Взбудораживающая праздничная атмосфера сама по себе уже лишала возможности соображать, а здесь еще и просто было очень много народу. Они стояли среди несметного числа молодых (да и не только молодых) дам и кавалеров, многие из которых к тому же еще и разговаривали между собой. В этой веселой суете, блеске и гомоне что-то разобрать было просто немыслимо. А очень хотелось. Каким-то чудом она вспомнила, что Кордис велела им "не таращиться по сторонам", посмотрела на подругу и с удовлетворением убедилась, что Наира так же, как и она сама, оглядывает зал так, словно никогда не видела людей. Лиске пришлось подергать подругу за рукав, чтобы напомнить о себе.

-- Честно говоря, я думала, что будет полегче, -- сказала Наира. -- Мало того, что во дворце от невест не протолкнуться, здесь еще и кавалеров несметное число. Хотя, если подумать, так и должно быть. Ведь его высочеству нужна всего одна невеста, а остальных куда потом девать? В любом случае нам от этого не легче. Как среди такой тьмы народу разобраться, где тут кто? Ну, допустим, высочество-то мы как-нибудь определим. А послов? А советников послов?

-- И Кордис нам их не показала.

-- Хочешь ее спросить?

-- Нет, не хочу.

-- Кажется, скоро начнется.

Нарядная, благоухающая дорогими духами толпа зашевелилась и раздалась в стороны, образуя проход.

-- А вот и его высочество.

Высочество ничем особенно не выделялся среди многих прочих весьма нарядных кавалеров. Среднего роста, плотного сложения, с мелкими чертами лица, не особо выразительными и не запоминающимися, он отличался скорее чрезвычайно уверенной поступью и манерой держаться.

По мере его продвижения по коридору из хорошеньких девушек катилась волна реверансов. Когда высочество приблизился, почтительно присели, в свою очередь, и Лиска с Наирой. Лиска пыталась разглядеть не столько ковражинского князя, сколько тянущийся за ним шлейф придворных.

Вряд ли этот молодой человек -- первый советник. Эта роль больше подходит скорее кому-то очень немолодому. Вот, например, тот статный старик с красиво подстриженной седой бородой. Если приглядеться, правда, по возрасту он, наверное, ровесник Канингема, а Канингем -- вовсе не старик... Или вон тот заметный мужчина помоложе, чернобровый, чуть более смуглый, чем другие, может быть, иностранец. Или вот, крепкого телосложения, широкоплечий, невысокий. с гордой посадкой головы человек, которому явно не в диковинку командовать людьми... Как же разобрать?

Зазвучала музыка. В середину зала вышел его высочество с выбранной им на первый танец "невестой", и начался длинный неторопливый полонез, в который вовлекались постепенно все новые и новые пары. Вслед за полонезом шла мазурка. Тут подруги поспешили отодвинуться во второй ряд "претенденток". Обе с этим танцем были знакомы очень приблизительно. Благодаря стараниям госпожи Жозефины и ее помощниц затеряться среди множества прочих молодых дев подругам было легче легкого. Обе были одеты по последней моде, а значит, как все. Тут и там по всему залу были похожего цвета и фасона платья, которые отличались друг от друга только деталями. Тут и там виднелись одинаковые (т.е. совершенно разные, но только в деталях) накидки на одно плечо, отороченные горностаем или куницей. Заменяющий собой меховую оторочку Руш (пока они в карете дожидались Кордис, у Лиски было несколько минут, чтобы сделать из муфты горжетку) не причинял много хлопот. Изрядное количество выделанных шкурок вокруг сделали свое дело -- он предпочитал не приходить в сознание.

-- Скоро уже третий танец, а мы еще не знаем, где искать и кого разглядывать.

-- А "так" еще не смотрела?

-- Сильно не приглядывалась, но вон там и еще вон в том углу, кажется, что-то есть.

-- Я тоже заметила, сначала очень удивилась, а потом... Вон там, погляди, нет, ближе ко входу...

-- Ага, вижу, едва заметное радужное облако. Лисса, да ведь это та самая барышня.

-- Да, та самая, которую мы видели у Жозефины. Смотри, возле нее молодые люди так и вьются. Она даже порозовела от внимания.

-- Ты думаешь, это действуют те самые духи, которые зачаровала Кордис? -- Наира удивленно приподняла бровь и обежала взглядом весь зал. -- Неплохо придумано. По залу видно несколько таких пятен, и еще кое-где искорки, может быть, талисманы. Если нас и видно, то не вызовет подозрений, на больших праздниках всегда кто-нибудь да пользуется чарующими наговорами.

-- Интересно, а нас видно?

Наира пожала плечами.

-- А защиту ты чувствуешь?

-- Да, немного. Будто тонкая пленка вокруг, как кисель в воздухе висит.

-- Угу. Будем надеяться, что нас не заметят. Осталось только найти -- кто? Надо бы обойти весь зал. Или, может, кто-нибудь пригласит танцевать, тогда было бы удобнее осмотреться.

Музыка смолкла, а потом вновь зазвучала. Начался котильон. "Кто-нибудь" не замедлил явиться. Стройный молодой человек с живыми карими глазами учтиво поклонился Лиске. Она, как учили, присела в реверансе, опустив глазки, потом подняла голову и рядом с кавалером увидела улыбающегося Левко. В другое время она бы запрыгала на месте от радости или бросилась ему на шею, но сейчас было никак нельзя, и она в замешательстве изобразила еще один реверанс.

-- Лисса, это Ринар, -- чинно представил друга Левко. -- А где Наира?

-- Как где? Вот, -- Лиска дернула за локоть заглядевшуюся в сторону подругу.

Левко какое-то время непонимающе смотрел на затянутую в шелк фарфоровую куклу и наконец узнал.

-- О-о! -- выдохнул он. -- Э-э... Наира, это Ринар. Ринар, это -- ... Наира... Да, можно идти танцевать.

Котильон был сейчас, пожалуй, самым подходящим танцем. Длинный, неторопливый, всему Изнорью хорошо знакомый, он давал возможность видеть все вокруг и вдоволь наговориться с партнером, вернее, с партнерами, которые в каждой четверке время от времени менялись.

-- Левко мне много о вас рассказывал, -- начал беседу Ринар.