За Северным Ветром (СИ) - Мекачима Екатерина - Страница 72

Внизу проносились дома и терема, и было видно, как на улицы высыпал народ. Морские витязи Полоза, которые несли на улицах караул, стреляли в дракона и в плетущих кружево Слов Индрика птиц. Птицы сгорали заживо и, крича, огненными вспышками падали на землю. Веслав с грустью смотрел на гибнущих помощников Царя Природы: Индрик, как бы ты не старался, но в этой войне силы не равны. Царевич вновь глянул вниз: к золотым воинам присоединились лучники сварогинов. Только рахманы, которых можно было отличить по светлым одеждам, не стреляли. Они просто смотрели вверх. Царевичу даже почудилось, что пращуры обращаются к нему, но их слова были ему не ясны. Веслав вновь ощутил силу Стрибога, то чувство единения с силой Света, которое испытал над пропастью. Будто неясные слова шепчущих рахманов неведомым образом обращались к его, царевича, душе. Рахманы. Пращуры, которые почему-то покорились Драгославу, хотя, судя по легендам, могли и победить наместника Полоза. Веслав посмотрел вперед: среди белокаменных башен была видна большая, даже больше чем в Солнцеграде, Дворцовая Площадь.

Высокие терема, в десять этажей, окружали белокаменную площадь, в центре которой искрился грандиозный фонтан. Нет, люди, которые возвели такой величественный город, не могли проиграть силе Драгослава.

Царский Терем поражал своим великолепием: его корпус был украшен арками на манер Велейных островов, терема из резного камня опоясывали балконы и гульбища, сверкали в лучах солнца расположенные каскадом, одна над другой, серебряные крыши. Даже у Веслава, жителя столицы Сваргореи, от увиденного захватывало дух.

На площади стояли шеренги золотых витязей, построились сварогины и белые воины рахманов. Веслав впервые видел такие доспехи, в которые были одеты пращуры: белые, как снег, и переливались, будто перламутр. И на шлемах – кисточки голубые, как огонь-Сварожич. И эти дивные воины проиграли морским витязям?

На грандиозные ступени Царского Терема вышел Драгослав, Агния и Злата в окружении свиты из золотых воинов и сварогинов. Горыча нигде не было. Пятиглавый дракон, грозно рыкнув, приземлился в центр площади, подле фонтана. Золотые витязи подняли мечи, но Драгослав предупреждающе поднял руку, и воины опустили оружие.

Змей наклонил крыло, чтобы наездники спустились. Когда Веслав и Василиса оказались на земле, пятиглавый дракон сложил оба крыла на спине и, грузно переступив с ноги на ногу, улегся на землю.

Веслав пошел навстречу Драгославу и его семье, за ним шла Василиса. Охотница восхищенно оглядывалась: она никогда не была в городах, и столица Блажена произвела на нее впечатление. Василиса, забывшись от восхищения, даже забыла поклониться царской чете, как сделал Веслав.

Драгослав медленно спустился со ступеней Царского Терема и встал перед пораженным Веславом: царевич ожидал увидеть другого человека, а не прекрасного юношу, который выглядел намного моложе его самого. Такой же молодой оставалась и Агния. Увидев ее Веслав понял, о чем толковали купцы, когда восхваляли божественную красоту царицы. Агния была не просто красива, она была великолепна. От ее красоты замирало сердце. И казалось Веславу, что он готов положить весь мир к ногам своей царицы. Но голубоглазая дева в багряном царском платье опустила взгляд, и наваждение прошло.

Следом за Драгославом и Агнией спустился Витенег в парадном платье князя. Увидев его, Василиса воскликнула, а Веслав, скованный ледяным ужасом, не мог отвести от Витенега взгляд.

- Как же давно я ждал этой встречи! – Драгослав шагнул вперед, и Веслав с трудом заставил себя отвести взор от охотника. – Накануне сам Мор мне видение явил, в котором повелел собрать войска, - проговорил царь, показывая на усмехнувшегося Витенега. – Я послушал Бога - я ждал тебя, Веслав.

Царь был не так ослепительно красив, как его жена, но, тем не менее, был для нее достойной парой. Молодой, без бороды, с черными, как смоль, волосами, которые ложились на алый царский плащ. Его карие глаза смотрели будто в душу, и от его взгляда веяло ледяным холодом. Драгослав раскрыл в приветствии руки, но Веслав не подошел к дяде. Усмехнувшись, царь опустил руки. Агния встала рядом с мужем и пристально смотрела на Василису, которая взяла Веслава за руку. Злата осталась на верхних ступенях царского терема в окружении витязей и слуг. Витенег, соблюдая почтительное расстояние, гордо стоял позади Драгослава и Агнии.

- Тебе не победить, Веслав, - гордо сказал охотник. – Даже Боги отвернулись от тебя, раз прислали тебя сюда, в самое сердце войска моего царя, - Витенег почтительно поклонился улыбнувшемуся ему Драгославу. Веслав не мог произнести и слова.

- Ты даже не скажешь мне приветственного слова, Веслав? – наигранно удивился Драгослав. – Ты так поражен мною, что забыл все слова? – царь презрительно посмотрел на Веслава. – Если преклонишь колено, Полоз и тебе силу вечную дарует, - улыбнулся он. – Я обещаю.

Веслав не знал, что ответить. Величие Драгослава, его сила, его войско обескураживали. По сравнению с ослепительным царем и царицей, он, рыбак в войлочной свите, с бородой и растрепанной косой, производил жалкое впечатление. Если бы не рука Василисы, которую он держал, царевич бы преклонил перед дядей колено и отдал меч Перуна. Веслав обернулся на Василису. Охотница настороженно смотрела на него и крепче сжала его ладонь. Веслав не мог покориться дяде из-за нее. Он не мог разбить ей сердце. Агния ослепительно красива, но красота царицы холодна. Василиса же другая – настоящая, живая. Веслав грустно улыбнулся и вновь посмотрел на Драгослава.

- Я пришел от имени Богов, - проговорил царевич с поклоном, - просить тебя освободить сварогинов от ворожбы Змия.

Драгослав удивленно посмотрел на Веслава и захохотал. Агния рассмеялась следом. Их смех подхватил Витенег, воины и свита.

- Просить? – отсмеявшись, проговорил Драгослав. – Ладно, опустим твое слово. Но о какой ворожбе ты говоришь? Люди идут за Полозом по доброй воле.

Над площадью пронесся гул согласных голосов.

- Полоз нам богатства дарует! – донеслось со стороны сварогинов.

- Сына узурпатора трона в тюрьму! – прокричал еще голос.

- Нет! На виселицу! – ответил ему кто-то из толпы.

- За тебя никто не пойдет, - громко подтвердил Витенег и отошел назад.

Драгослав, улыбаясь, смотрел на Веслава.

- Я – добрый царь, - мягко проговорил Драгослав. – Я не буду убивать тебя. Я могу даже сделать тебя наместником. Борея, например, - усмехнулся он.

Веслав тяжело дышал: к его внутреннему страху примешивалось то самое ледяное чувство, которое он впервые испытал, когда висел над пропастью Светомира. И слова. Царевичу чудилось, будто с ним кто-то говорил, только Веслав не мог разобрать ускользающую песнь. Веслав поднял взгляд и решился посмотреть Драгославу в глаза.

- Ты сообщил людям, которые идут за тобой, как ты набираешь морских витязей? – спросил он.

Драгослав криво улыбнулся:

- И как же? Может, ты нам скажешь?

Веслав оглянулся: собравшиеся на площади люди враждебно смотрели на него. Сварогины, которые приплыли из-за океана, верили каждому слову своего царя. Но, Веслав, все же, решился.

- Ваш царь отдает ваши души Полозу в услужение, и Бог морей превращает их в морских витязей, - прокричал Веслав громко. – Каждый из вас, рано или поздно, но будет умерщвлен Змием.

Агния впилась в Веслава взглядом. Драгослав же стоял спокойно.

- Что еще ты придумаешь? – спросил царь со смехом, и толпа снова загоготала. Только рахманы стояли неподвижно. Дождавшись, когда люди успокоятся, Драгослав вновь заговорил. - Происходящее мне стало надоедать, Веслав. Либо ты и твоя, - Драгослав бросил на Василису брезгливый взгляд, - дева преклоните передо мной колени, либо мои преданные воины казнят вас прямо сейчас.

Услышав слова Драгослава, пятиглавый змей поднялся и угрожающе зарычал.

- У тебя теперь тоже есть свой зверинец? – усмехнулся Драгослав. - Птички, смотрю, летают, - царь указал на кружащих птиц, - драконы попятам ходят. Молодец, уважаю. Только власть на одной ворожбе не построить, Веслав.