За Северным Ветром (СИ) - Мекачима Екатерина - Страница 54

Долго, до самой ночи правитель Солнцеграда лежал на снегу в ногах у деревянного капия Полоза. Когда Драгослав открыл глаза, Бога уже не было. Шел мягкий снег, тихо было в мире и спокойно. Царь медленно сел, отряхнул соболиную шубу и поправил сапоги. Неведомое доселе чувство истинной силы разливалось по стальным мышцам, дух будто бы окреп там, в своих неведомых цепях. Драгослав встал и спустился к искусственному озеру. На скованном льдом пирсе горели фонари, лед священного водоема был расчищен. Драгослав смел легкий снег со льда и посмотрел на себя. Отражение на бликующем льду было туманно, но оно принадлежало человеку. Царь с облегчением вздохнул: он боялся того, что его облик уже не тот. И тут, будто по велению мыслей Драгослава, лед сделался подобным зеркалу, и царь увидел в нем себя. Из озера смотрел на Драгослава прекрасный молодой человек с черными, как смоль, волосами. Царь ахнул и взял рукой свои волосы: в них не было седины. Он вновь стал молодым. Невероятно. Немыслимо. Драгослав опустился на колени перед ледяным зеркалом: даже лед слушался мыслей его, верного слуги Полоза. Завороженный своим отражением, Драгослав провел по щеке рукой: она была гладкой, будто царю было не более двадцати лет отроду. Таким же крепким ощущал царь и свое тело. Невольный испуг сменился спокойствием, спокойствие – улыбкой. Драгослав улыбался себе и, наконец, захохотал. Вот это Дар! Вот это Полоз! Драгославу больше не нужны его угрозы: могущество Полоза не знает границ. Если сварогины Полозу преданно послужат, в чем царь был уверен, Полоз дарует бессмертие не только ему и Агнии. И тогда дети Богов смогут, наконец, стать равными своим родителям.

Отсмеявшись, Драгослав поднялся с колен, отряхнул от снега шубу и направился к Царскому Терему. Царские дружинники, которые ждали Драгослава подле выхода из Святой Рощи, замерли, увидев молодого царя. Воины во все глаза смотрели на чудо и от удивления не могли сказать и слова. Драгослав поклонился дружинникам и, выпрямившись, гордо произнес:

- Молодость и силу даровал мне Полоз, - царь указал в сторону Великобожия, - за преданное служение. Еще один Дар Богов! – поучительно вскинул руку он, увидев восхищение в глазах сварогинов. – Коли хорошо будем Покровителю нашему служить, многим Полоз такой Дар явит.

Воины почтительно поклонились своему царю и гордо сопровождали его до Терема. Люди, увидев молодого Драгослава, замирали. Царь останавливался и говорил придворным о Даре Полоза, и, когда явился царь в престольный зал, знатные князья и веденеи восхищенно чествовали его. Драгослав отправил слуг за своей женой и Златой. Дочка радовалась сильно - ее отец стал таким красивым!

Драгослав думал, что Агния испугается того, что Полоз и его дух в скорлупу слов навий пленил. Но царица, увидев своего царя, только восхищенно ахнула. Агния посмотрела на Драгослава таким взором, которым никогда прежде на своего мужа не глядела.

Она шептала ему той ночью, что ей было больно видеть то, как он стареет; и что теперь она не будет смерть свою искать. Ведь теперь есть на свете тот, кто ей подобен, тот, кого она успела полюбить. Драгослав обнимал жену так крепко, насколько мог, и отвечал ей в сладостном бреду, что его любовь к ней – самая подлинная, и что только благодаря ей он познал настоящий свет.

Весна пришла в Свет рано: уже в середине дивена, второго месяца весны, блуждающие льды отошли от берегов. Ни как сам Полоз вновь помогал сварогинам. И уже на третьей седмице дивена Великий Флот Сваргореи собрался у стольных островов: сияющие паруса морского флота Полоза перемежались белыми ветрилами людских судов. На каждом парусе детей Сварога красовался Полозов треглав.

Идра была полна радостного люда: сварогины провожали в великий поход батюшку-царя. Праздновал народ и на главной набережной белокаменного града. Белоснежные волхвы, веденеи и князья, все, кто не смог отправиться в Великий Полозов Поход, провожали своего правителя. Толпились люди даже на мостах, соединяющих стольные острова.

Сбыня с трудом уговорил жену отправиться на торжественные проводы Драгослава Великого. С ними пришла и Настасья: Малуша упросила мужа поселить у них сестру, чтобы им обеим легче было. Сбыня, конечно, согласился, и теперь на его плечи легла ответственность за двух теряющих разум женщин. Услышав, что сварогины войско собрали, Малуша и Настасья, обе, чернее ночи сделались. Врачеватель, к которому, все же, уговорил обратиться свою жену Сбыня, прописал Малуше настойку, которую она исправно пила (Пила Малуша Настасьины травы, но Сбыня об этом не знал). Но ни ворожба врача, ни чудесное лекарство Малуше не помогали. И сейчас, стоя на Царской Дороге, Малуша и Настасья исподлобья смотрели на шествующего царя и его войско. Под торжественную музыку Драгослав, Агния и царевна Злата ехали на белых лощадях в окружении свиты. Еще один дар могучего Полоза, о котором зимой торжественно объявил Драгослав – молодость и сила – Малушу и Настасью сильно испугал. Где это видано, чтобы Боги молодость возвращали? Нечистое тут дело, ох, нечистое. Сбыня же только сокрушенно качал головой: сами уже стареем, скоро Птиц ждать, вот и завидно. Радоваться за других надо, радоваться! Так хорошо, как при Драгославе Великом, мы никогда не жили. «Смотри, - говорил Сбыня своей печальной жене. – Я даже шубку тебе купил! И сапожки!» Но Малуша только вздыхала и отводила взгляд.

Торжественно играли барабаны и низко трубили рога, когда Драгослав вместе со своей семьей, в окружении военачальников и волхвов, шествовал по каменному пирсу Солнцеграда к флагманскому судну армады – верному «Вериладу». То, что царь лично вел армаду кораблей, вдохновило жителей Сваргореи. Кочеды поклонились своему царю, и Витигост, капитан судна, скомандовал поднимать паруса. Кормщик-волхв Ставер встал за штурвал.

Под аплодисменты отшвартовались корабли, и сияющие подобно солнцу суда повели грандиозное войско на Восток.

Драгослав провозгласил своим наместником Ведающего Князя Кудеяра, помогать которому должен был военный советник Здебор, царский веденей Станимир и веденей самого Кудеяра – седой старец Перенег. Здебору подчинялись оставшиеся следить за покоем золотые витязи. Казначей Невзор должен был помогать Кудеяру вести государственные дела, пока Драгослав участвует в военном походе. В Мореграде остался княжить Огнедар, второй после Перенега веденей Кудеяра.

Царевну Злату Драгослав взял с собой, потому как переживал за нее. Царь был уверен в том, что довольный Полоз не причинит царевне вреда, поэтому на «Вериладе», который не будет принимать участие в войне, Злате будет безопаснее, чем в стольном граде: зная строптивый нрав своей дочери и ее талант к ворожбе, боялся царь того, что в Солнцеграде с ней не справятся. Да и сама Злата впервые была довольна предложением отца: странствие по морю ей казалось интереснее, чем учеба в Сестринском Ведомире. А странствие предстояло быть долгим и удивительным, в этом царевна не сомневалась.

Глава 15. Царство Индрика

Снег спал уже на второй седмице дивена, что даже на Юге Сваргореи было удивительным явлением. Хоть земля еще и не покрылась травой, была мокра, и дули холодные ветра, Веслав и его спутники отправились в путь.

Гьярда и Гореша собрали своим гостям сукна из войлока для палаток: нести его легче, чем шкуры, да и холодов зимних не должно больше быть. Дали старики провизии в дорогу и словом своим благословили. Странники взяли с собой Огонь-Сварожич в огнивицах, которые закрепили к древкам как факелы.

Когда прощались, Гьярда всплакнула: за то время, пока жили у них молодые люди, старушка успела привыкнуть к гостям. И Гореша привык. Супруги даже пытались уговорить странников остаться и занять пустые дома: лето скоро придет, обустроим совместными силами жилье. Но гости радушно поблагодарили стриков и покинули хутор.

Долго стояли Гьярда и Гореша, провожая взглядом уходящих людей. Было ранее весеннее утро, и воздух, наполненный туманом, щекотал холодом кожу. Гьярда смахнула слезы и прошептала: