За Северным Ветром (СИ) - Мекачима Екатерина - Страница 18

Глава 5. Крушение Солнцеграда

Все случилось слишком быстро. На Царской Площади, где шли праздничные гуляния, никто не обратил внимания на языки пламени, вздымавшиеся из-за городской стены. Хорса чествовали огнем, и весь Солнцеград был окутан смогом. Громко играла музыка, и ряженые артисты выступали перед царской четой, сидевшей в открытом, украшенном колоннадой ристалище[1], которое располагалось напротив Царского Терема и Великого Свагобора. В небо взлетали яркие фейерверки. Смеялась даже Лада, облаченная в белый траур волхва. Улыбался Веслав, изредка поглядывая на Искрена, который, вместе с другими волхвами, находился на верхней площади ристалища у большой огнивицы. Как же хотелось царевичу скорее пожурить своего учителя в том, что старик оказался неправ в своем пророчестве!

Никто не обратил внимания на прибежавших воинов, которые, в панике, с безумными глазами, говорили что-то невразумительное. Наверное, три дня гуляний были для них очень тяжелыми. Воинов не хотели слушать, пока в происходящее не вмешался сам царь, заметив волнение в рядах своей стражи. Когда же посыльные добрались до правителя, низкий, утробный гул сотряс город. Вибрирующий рокот шел из глубины земли, низкими перекатами отзываясь в груди. Гуляния стихли. Люди с опаской озирались вокруг, не в силах справиться с накатившим страхом. Стража обступила своего правителя. Веслав вскочил, ища взглядом среди волхвов своего учителя. Лада, забыв о порядке, обняла свою маму, царицу Пересвету. Земля гудела, низко, протяжно, и этот гул отзывался в самом сердце. Мироздание затряслось. Половину неба заслонила колоссальных размеров волна. Люди, крича, бросились врассыпную. Падали столы, уставленные яствами, загорались упавшие факелы, люди, охваченные паникой, давили друг друга. Столица тонула в какофонии криков, стонов и плача.

С нестерпимым грохотом на город обрушилась волна, сияющей грудью разбивая монументальные стены, снося дома и терема, закручивая в своем диком танце людей, лошадей и ингр. Воздух пронзил леденящий душу рев.

Веслав так и не смог увидеть Искрена. Царевич вдруг почувствовал, что кто-то потянул его за руку. Но юноша даже не успел обернуться: в одно мгновение мир потонул во мраке вместе с водой. Веслав лишь ощутил, как сила, мощная и неукротимая, подхватила его и понесла. Его несло вместе с другими вперемешку с каменными валунами, досками, частями тел. Вода то накрывала царевича с головой, то поднимала вверх. Царевич не понимал, что происходит, пока всепоглощающий поток не выбросил его на гладкую каменную поверхность. Вода стала отходить и снова повлекла юношу за собой, но Веслав успел ухватиться за каменный выступ. Веслав чувствовал, как стихия оставляет его, но вместе с тем, как отступала вода, Веслав все больше ощущал вес своего тела. Царевич повис на бортике крыши. Веслав изо всех сил старался подтянуться, но у него не выходило: мокрые пальцы предательски соскальзывали с гладкого камня, рука соскользнула. Веслав повис на одной руке, и у него не получалось поднять другую. Но тут сильная рука ухватила Веслава за запястье. У царевича не было сил посмотреть на своего спасителя.

- Давай, брат, поднажми, - сказал сиплый мужской голос. - Я знаю, ты сможешь.

Юноша послушался. Чужая, мощная рука, крепко держащая его за онемевшее запястье, вселила надежду. Рывок – Веслав взялся за борт крыши другой рукой, и ее тут же обхватили. Еще усилие, невозможное, граничащее с болью, и царевич поставил локоть на крышу. Веслава тут же схватили за шиворот и полностью затянули наверх. Царевич некоторое время лежал, чувствуя, как сильно бьется сердце и как ледяная вода стекает с одежды. Спаситель присел рядом, давая юноше прийти в себя.

И тут пространство разрезал леденящий душу рев. Рев был такой силы, что отзывался в грудной клетке клокочущими переливами. От него веяло древним, ледяным, первобытным страхом. Веслав вжался в поверхность крыши.

- Вставай, дружок, - ладонь легла на плечо царевича. - Если хочешь остаться жив, необходимо уходить и как можно быстрее.

Юноша с трудом сел. Израненное тело болело. Веслав посмотрел на своего спасителя. Высокий, косматый мужик, мокрый до нитки, как и царевич. С его черных, подернутых сединой, волос стекала вода. Зоркие, черные глаза. Лицо с выдающимся носом украшал свежий кровавый шрам.

- Не смертельно, - видя, на что обратил внимание царевич, сказал мужчина. - Идти можешь?

- Наверное, - выдавил из себя Веслав и не узнал своего голоса. Словно говорил не он, а ветхий старик.

- Это хорошо, - ответил мужчина, рукавом вытирая кровь на лице. Богатырь поднялся и протянул царевичу руку. - Вставай.

Веслав, шатаясь, поднялся.

- Хвала Сварогу, ноги твои не сломаны, – усмехнулся косматый, оглядев царевича. Веслав с удивлением посмотрел на сварогина. - Это сейчас важнее всего, - ответил мужчина на немой вопрос юноши и потянул его за руку. - Идем.

- Куда? – просипел Веслав.

- В порт, или в то, что от него осталось. Чем быстрее мы покинем Солнцеград, тем лучше.

- Но я не могу! – Веслав остановился. - Там, - он указал в сторону Дворцовой Площади рукой. - Там моя семья! Я не могу…

Царевич осекся на полуслове. Город лежал в руинах. Не осталось ни теремов, ни домов, ни царского терема. Гордая статуя Перуна-защитника была разрушена. Кое-где сохранились постройки с плоскими крышами наподобие того дома, на крыше которого они спаслись. Вода мощным потоком текла на уровне третьего этажа, и в ней плыли трупы. От ужаса у царевича перехватило дыхание. Еще один утробный рык сотряс мир, и Веслав обернулся: на фоне светлого ночного неба вырисовывался гигантский силуэт трехглавого змея. Юноша заорал.

- Я же тебе говорю, – Веслав вновь почувствовал, как его схватили за руку и потянули. - Надо уходить!

Но царевич замер в оцепенении, во все глаза глядя на страшное нечто, которое теперь принялось крушить останки города. Кто-то пробовал стрелять в змея огненными стрелами, но ящер, взревев, быстро расправился со своими обидчиками.

- Да хватит на него смотреть, - Веслава потянули еще сильнее, - бежим!

Царевич с трудом заставил себя оторвать взгляд от трехглавого змея и сдвинуться с места.

- Вот и молодец, - пробасил его спутник и пошел вперед, к другой стороне крыши. - Не смотри на него больше.

Царевич оглядывался на ящера. Змей продолжал бесноваться. Веслав с трудом понимал, что происходит. Богатырь еще несколько раз одергивал Веслава, чтобы юноша прекратил смотреть на чудовище. С противоположной стороны здание было разрушено, и обломки покатой кучей спускались на этаж вниз, к уцелевшему полу третьего этажа.

Беглецы осторожно спустились с крыши по нагромождению камней. Вода стояла по щиколотку. Снаружи бежал мощный поток.

- Смотри какую-нибудь доску – пробасил мужчина, снова вытирая кровоточащую щеку. - Надо плыть в противоположную от змея сторону, тогда есть шанс покинуть город.

Веслав стал послушно оглядываться в поисках подходящего куска дерева. Видно было плохо: ночь хоть и была светлой, и солнце не садилось, свет почти не проникал сквозь разрушенные перекрытия. В грязной воде плавал мусор, остатки мебели, какие-то окровавленные тряпки, приближаться к которым не хотелось. Ящер заревел еще раз, и от его утробного рокота часть крыши обрушилась, едва не сбив царевича с ног.

- Некогда, - прорычал мужчина и, потянув за собой царевича, прыгнул в бурлящую воду. Вовремя: едва они сделали пару мощных гребков, как крыша здания, с которого они спустились, окончательно рухнула.

- Греби руками! – скомандовал мужчина царевичу, и Веслав стал стараться изо всех сил. - И сними ты этот свой плащ! – пробасил сварогин. - Он тебя топит!

Царевич с трудом освободился от одежды и, стараясь не смотреть на то, что плавало в воде, поплыл рядом со своим спасителем. По счастливому совпадению, вода текла в противоположную от ящера сторону, и плыть по течению было достаточно просто. Вода сама несла по разрушенной улице.