Все страхи мира - Клэнси Том - Страница 207

— Ты хочешь знать, являются ли твои выводы стопроцентно достоверными? — Заместитель директора ЦРУ покачал головой. — Нет.

— Почему?

— Наша информация может оказаться не правильной. Нельзя исключить, что они встречались тайно, не привлекая внимания, скажем, в прошлое воскресенье, когда Андрей Ильич был у себя на даче. Одна ласточка ещё не делает весны, — произнёс Джек, кивнув в сторону окна, за которым простирался снежный пейзаж. — Нужно произвести тщательную проверку, прежде чем эта информация пойдёт дальше, но тебе удалось открыть очень, очень интересное направление, Бен.

— Но, черт побери…

— Бен, когда у тебя появляется подобная информация, — объяснил Джек, — с нею нужно обращаться исключительно осторожно. Нельзя подвергать сомнению деятельность ценного агента из-за двусмысленных данных, а ведь, согласись, эти сведения поддаются неоднозначному толкованию.

— Если говорить строго — да, поддаются. Неужели его могли перевербовать?

— Сделать двойным агентом? — усмехнулся Райан. — Вы начинаете пользоваться нашим жаргоном, доктор Гудли. А ну-ка, попытайтесь сами ответить на этот вопрос.

— Думаю, если бы он стал двойным агентом и предал нас, он не послал бы такую информацию. Они не захотят посылать нам подобные сведения, если только в КГБ нет кое-кого…

— Тщательно продумай ответ, Бен, — предостерёг Джек.

— Да, конечно. Подобные сведения компрометируют их тоже, верно? Вы правы, это маловероятно. Если бы его перевербовали, к нам поступили бы иные данные.

— Совершенно верно. Если ты прав, Бен, и он пытается ввести нас в заблуждение, наиболее логичным объяснением будет именно то, которое ты сам и выдвинул. Политический крах Нармонова выдвигает Кадышева в число самых вероятных кандидатов на его место. В нашем деле бывает полезным рассуждать подобно полицейскому. Кому это выгодно, что руководит им — вот какой вопрос нужно ставить. И лучше всего спросить мнение Мэри Пэт.

— Вызовем её сюда? — спросил Гудли.

— В такую-то погоду?

После первого объявления о посадке Куати и Госн прошли в самолёт, нашли свои места в салоне первого класса, опустились в кресла и пристегнули ремни. Через десять минут самолёт тронулся с места и покатил к взлётной полосе. Да, подумал Госн, это было разумным решением. Пассажиров, следующих в Даллас, ещё не приглашали на посадку. Ещё две минуты спустя лайнер оторвался от бетонной дорожки и взял курс на юго-восток, в сторону тёплой Флориды.

У горничной был сегодня особенно трудный день. Большинство постояльцев поздно покинули свои комнаты, и она опаздывала, спеша побыстрее привести в порядок отведённые ей номера. Увидев на дверной ручке табличку с просьбой не беспокоить, она расстроенно покачала головой, однако тут же заметила, что на двери второй комнаты, соединяющейся с первой, таблички не было, и пришла к выводу, что тут какая-то ошибка. На зелёной, обратной, стороне таблички, была надпись «СРОЧНО ПРИБЕРИТЕ КОМНАТУ», и постояльцы часто поворачивали табличку не той стороной. Сначала горничная прошла в комнату, на двери которой таблички не было. Здесь она долго не задержалась. Всего одна кровать была помята. Горничная сняла с неё простыни и заменила их свежими с такой быстротой и сноровкой, которая появляется, если ты исполняешь одну и ту же работу более пятидесяти раз за день. После этого она заглянула в ванную, повесила чистые полотенца вместо грязных, положила новый кусок мыла и высыпала мусор из корзины в мешок, что висел на её тележке. И тут ей пришлось принимать решение: заниматься второй комнатой номера или нет? Табличка на дверной ручке гласила, что делать уборку не надо, но, если постояльцы не хотели, чтобы она делала уборку, почему не повесили такую же табличку на соседней двери? По крайней мере следует туда заглянуть. Если там разложено что-то важное, она уйдёт. Горничная заглянула в открытую дверь, соединяющую обе комнаты, и увидела две самые обычные неубранные постели. На полу не было никакой одежды. В общем комната выглядела так же аккуратно, как и вчера. Женщина просунула голову дальше и посмотрела в сторону ванной. И здесь ничего необычного. Она решила убрать в этой комнате тоже и, обойдя свою тележку сзади, принялась толкать её через дверной проем. Снова начала с постелей, заменила простыни и пошла обратно к…

Как это она не заметила раньше? Мужские ноги. Что такое? Горничная сделала несколько шагов и…

Управляющему понадобилось несколько минут, чтобы успокоить её и понять, о чём она говорит. Слава Богу, подумал он, что в той стороне мотеля нет постояльцев — все уехали на стадион. Молодой человек глубоко вздохнул, поспешил мимо закусочной наружу и подошёл к мотелю с обратной стороны. Дверь здесь захлопывалась автоматически, но его ключ открыл её.

— Боже, — тихо произнёс он. По крайней мере управляющий был готов к этому. Он не был дураком и не прикоснулся ни к чему в номере, всего лишь прошёл через дверь, соединяющую эту комнату с соседней и вышел через другую. Рядом с телефоном на стойке внизу находился листок, где были напечатаны все телефонные номера, которые могут потребоваться при чрезвычайных обстоятельствах. Управляющий нажал вторую кнопку.

— Полиция, — послышался голос в трубке.

— У нас произошло убийство, — произнёс он, стараясь держать себя в руках.

Президент Фаулер положил текст, переданный по телефаксу, на угловой столик и покачал головой.

— Просто невероятно, что он попытается совершить такой бесцеремонный поступок.

— Что ты думаешь предпринять? — спросила Лиз.

— Сначала, конечно, нужно все проверить, но мне кажется, что мы способны на это. Сегодня вечером после матча возвращается Брент. Я встречусь с ним рано утром, чтобы посоветоваться, однако мы, наверно, просто поставим премьера перед фактом и скажем, что нам всё известно. Ему это может не понравиться, но тут уж ничего не поделаешь. Так действует только мафия.

— Ты действительно ненавидишь их?

Фаулер открыл бутылку с пивом.

— Я был прокурором и останусь им. А вот бандит — это всегда бандит.

«Боинг-747» японской компании «Джал» совершил посадку на аэродроме имени Даллеса на три минуты раньше. Из-за плохой погоды и с согласия посла Японии церемония прибытия была сокращена. К тому же одним из главных признаков прибытия в Вашингтон особенно важного гостя было отсутствие формальностей. Это одна из народных традиций, объяснил посол предшественнику нынешнего премьер-министра. После короткой, но искренней приветственной речи, произнесённой Скоттом Адлером, заместителем госсекретаря, японская делегация разместилась в автомобилях с двойным приводом, какие только удалось раздобыть посольству за такое короткое время, и направилась в отель «Мэдисон», расположенный в нескольких кварталах от Белого дома. Премьер-министр узнал, что президент находится в Кэмп-Дэвиде и вернётся в Вашингтон на следующее утро. Поскольку перелёт был трудным, премьер решил несколько часов поспать. Он ещё не успел снять пальто, когда на борт авиалайнера поднялась бригада, которой следовало навести там порядок. Один из служащих собрал неиспользованные бутылки спиртного, в том числе и с треснувшим горлышком. Другой вывалил в большой мешок содержимое корзин для мусора, стоявших в туалетах. Скоро оба они уже ехали в Лэнгли. Все самолёты, сопровождавшие японский «Боинг», за исключением первого, приземлились на базе ВВС Эндрюз, и экипажи отправились на предписанный правилами отдых — на этот раз в офицерском клубе базы. Магнитофонные записи повезли в Лэнгли, куда они прибыли уже после магнитофона из Даллеса. Оказалось, что качество записи на этом магнитофоне лучше, и техники принялись расшифровывать первой именно эту запись.

«Гольфстрим» тоже вернулся в Мехико-Сити без опоздания. Самолёт подрулил к зданию авиации общего назначения, и его экипаж, состоящий из трех человек, — это были военные лётчики, хотя этого никто не знал, — направился прямо на ужин. Поскольку экипаж составляли лётчики ВВС, им также был предписан отдых. Кларк все ещё находился в посольстве США и надеялся, прежде чем вылететь в Вашингтон, окутанный этим проклятым снегом, увидеть хотя бы первую четверть матча.