Орден (СИ) - Тюльберов Рост - Страница 43

***

Не спалось. Стояло ранее утро, за окном привычно голосили чайки. Желудок был пуст и вынуждал готовить пищу. Простой выбор: смазать сковородку небольшим количеством оливкового масла, выбросить на её поверхность узор овощей и мяса, обильно залить его водой и поставить на мелкий огонь.

Отстранили на два дня. Но как можно отдыхать, пока эта тварь разгуливает по городу? Йован не хотел с ним говорить, ни с кем не хотел. Ему наложили гипс, и он, хлопнув дверью, вылетел из госпиталя и выключил телефон.

Делать было нечего. Лиам нацепил спортивный костюм и пошёл бегать. Всё тело ещё болело, но загруженная голова не позволяла обращать на это внимание. Далеко удаляться от убежища он не решился и просто нарезал круги по пустынной набережной, пока не столкнулся лицом к лицу с грязноватым низкорослым бродягой.

— Эй, брат! Ты в норме? — окликнул его Лиам, разглядывая огрубевшие босые ноги бомжа.

Бомж удивлённо обернулся на него и оглядел себя.

— Да, брат. А ты? — спросил незнакомец в ответ.

Лиам подбежал к нему и остановился. Бродяга озадаченно смотрел на него и дурковато улыбался.

— Воевал? — спросил Лиам.

— И такое бывало, — ответил ему бродяга тоном бывалого рассказчика.

На душе скребли кошки. Лиам снял свои кроссовки и протянул бродяге.

— Возьми. У меня ещё есть, — бродяга уставился на кроссовки и вдруг рассмеялся.

— От души тебя благодарю, брат, но не стоит! Не люблю я эту обувь. Жмёт она, мне так удобнее. И тебе советую, босиком приятнее.

Лиам пожал плечами и глуповато застыл с кроссовками в руке.

— У меня там еда готовится, может, зайдешь? Тут недалеко совсем.

— Да, не откажусь. Люблю приятную компанию, чего таить. Приятно знать, что добрые люди всё ещё не перевелись, — пожал плечами бродяга.

Спустя пару минут гость сосредоточенно дул на горячую еду и уплетал блюдо, наслаждаясь каждым кусочком.

— Где служил, брат? — Лиаму ковырял свою тарелку и с интересом оглядывал гостя.

— Да где только не служил. Не люблю я войну, но приходилось. Мир такой у нас, всякое бывает. А ты где служил, брат?

— В Сирии последняя командировка была. Да и сейчас служу, только тут.

— И как? Тяжёлая работа?

— Тяжёлая. Но кто-то должен делать.

— Кто-то должен, — согласился бродяга, набивая рот.

— Ты знаешь брат, у меня друзья есть, знакомые. Помогут тебе, если хочешь. Тяжело возвращаться, я знаю.

— Благодарю, но не стоит. Выгляжу я странно на твой вкус, а ты на мой. Нам с тобой друг друга не понять, у тебя свои заморочки, у меня свои. Я красоту люблю. Её так много. Хочу все её посмотреть когда-нибудь.

— Понимаю. Брат, ты бы уехал отсюда пока. Не всё в порядке с городом. Опасно тут пока.

— Знаю, — улыбнулся бродяга.

— Знаешь? — удивился Лиам.

— Да. Птицы улетели. Кошки и собаки ушли. Даже крысы ушли. Буря будет, — бродяга смотрел в пустоту, будто видел там что-то.

Лиам невольно поглядел в окно, на тяжелые свинцовые облака вдалеке.

— Да ты не волнуйся, воитель, — рассмеялся бродяга. — Бури приходят и уходят. А красота всегда остаётся. Только сильнее цепляется она за этот мир, если хотят её уничтожить… Красота всегда остаётся. И всегда будет. Береги себя. Пока такие, как ты есть — этот мир будет стоять. Ещё увидимся, брат. У тебя всё будет хорошо.

***

Близилась ночь. Странноватый бродяга покинул убежище Лиама и продолжил свой путь. Недолго, может час или два, удалось подремать совершенно без снов.

Его разбудил душный запах. Первое, что он увидел — огромный горшок с каким-то совсем экзотичным распустившимся цветком, покоящийся на его столешнице. Нащупав под диваном пистолет, Лиам встал и осторожными шагами осмотрел дом.

Закутанная с ног до головы в саван невысокая фигура стояла и смотрела в окно. Его снова посетила странная гостья.

— Да что тебе от меня нужно? — прошипел Лиам.

— Sunnrayan, Ipa, — ответила Уна, её голос больше не пронзал его словно осколки от бомб в пустыне.

— Я не понимаю тебя. Можешь по-английски? — попытался успокоиться Лиам.

— Доброй ночи, любимый, — ответила она, её голос был горек и ломался.

— Любимый? — подавился Лиам. — Я не понимаю. Хватит игр!

— Ты знаешь меня? — она вдруг повернулась и стрельнула на него своими карими глазами.

— Что? Нет, я не знаю тебя.

— Ты знаешь меня, — сказала твердо она и выдохнула. — Снова защитник. Но не мой, на этот раз. Я встретила тебя снова.

— Снова? — пробормотал Лиам.

— Снова, — сказала она необычайно грустно.

Что она несёт вообще? Ничего не понятно. Такая грустная…

— Я так долго ждала тебя.

Уна упала на колени и надолго замолчала, смотря сквозь Лиама. Лиам вздрогнул и дернулся, чтоб рефлекторно подхватить её в тот момент, но замер. Перед ним было чудовище. Живущее благодаря крови людей. Но почему-то её хотелось пожалеть. Может, она такая, как Кай? Кай говорил, что…

— Мы уже встречались, — глядя в пустоту перед собой, она нарушила молчание. — Много раз. Мы встречаемся снова и снова. Но не можем быть рядом, для нас всегда другой план. Я так люблю тебя.

Её лицо окрасили едва заметные струйки кровавых слез. Лиам отшатнулся и начал отступать вглубь квартиры. Ну, на фиг.

— Ты не помнишь.

Уна была уже у него за спиной и вытирала лицо.

— Ты не помнишь, — повторила она, Лиам выдохнул и аккуратно, без резких движений, сел на диван.

— Мы встречались в другом мире. Очень давно. Ты был юн и так же смел. Как и сейчас, ты был защитником. Ты защищал меня, — её голос стал очень теплым. — Тогда мы не могли быть вместе. Мир и другие люди не могли этого позволить. Мы умерли. А потом я родилась снова и ждала тебя. Ждала и ждала, но ты не приходил! Словно забыл про меня. Я искала тебя. А потом я стала этим… И снова искала тебя и ждала. Как же я хотела забыть о тебе! Вычеркнуть тебя из себя. Не могу… всё повторяется. Мы снова из разных миров.

Уна приспустила саван со своей головы.

— Посмотри на меня теперь! — вдруг со злобой закричала она, и из её глаз снова проступили слезы.

Мертвенно-серая кожа, очень худая, не осталось волос. Такими становились вампиры, после того, как откидывали все человеческое. Или почти всё.

В ней было нечто необычайно красивое. Он не испытывал страха и отвращения к ней. Красота всегда остаётся. Что-то внутри переворачивалось. Повинуясь импульсу, Лиам встал, подошёл к ней и обнял. На секунду Уна выставила руки в стороны и отпрянула, но так и замерла в его объятьях.

— Ты вспомнил? — спросила она с надеждой, через бесконечно долгое время.

— Нет, — честно ответил Лиам. — Ты что-то со мной сделала?

— Нет.

Лиам замолчал. Странное чувство, когда тебя тянет, ты это понимаешь, но не знаешь, почему так и ничего не можешь сделать. Даже как-то сильнее ломки. И её присутствие совсем не напрягает. Нет никакой опасности. Даже любопытства нет. Но так надо, это как инстинкт, что-то изнутри. В воздухе между ними натягивалась громоздкая и тяжелая цепь, практически ощутимая в воздухе. Связь.

— Скоро рассвет, — сказала Уна, голос её стал очень спокойным. — Мне нужно идти. Спасибо тебе. Мне спокойно теперь. Мы ещё встретимся. Береги себя. Береги себя, как самое ценное сокровище в мире.

— Хорошо, — ответил Лиам.

И расцепил объятия. Рядом с ним никого не было.

Всё-таки крыша поехала? Нет. Есть браслет и цветы. Это не сон. И совсем не кошмар.

Из раздумий его вырвала отчаянная вибрация телефона. Лиам очнулся и взял его. Под индикатором заряда и временем виделось лишь одно сообщение: «Код — чёрный. Немедленно вернутся в расположение отдела»

— Похоже, мне никогда не выспаться, — устало вздохнул Лиам.

Телефон снова завибрировал, Лиам поднял трубку.

— Не торопись, — голос Йована был жутко спокоен. — Возьми личные вещи и оружие. Заеду за тобой через час, может больше. Объявлено военное положение. Включи телевизор и загляни на Ютуб.

Раздались гудки, Лиам постоял и включил