Универсальный Солдат (СИ) - Буковский Евгений Михайлович - Страница 53

Парочка помчалась на псионика, а лейтенант с рыжебородым громилой продолжили отстрел наступающей нежити.

Грешник и монолитовец расстреляли по пути многочисленную свору "ходячих" и вбежали в пустую, но полыхающую казарму. По ту сторону огня появился призрачный силуэт псионика. Языки пламени окутывали его необъятную фигуру, придавая весьма устрашающий вид. Мутант вышел на бой без своей свиты. Либо решил посостязаться с людьми на равных и в равных условиях, либо была еще какая-то причина объясняющая его неожиданную бесшабашность.

Человек в плаще не позволил грешнику поднять оружие. В голове сектанта сработал невидимый барьер. Он упал на колени, схватившись за голову. Бродяга, понял, что мутант хочет взять человека под свой контроль и направить его против союзника. Монолитовец поднял автомат. В голову тотчас ударила необъяснимая телепатическая сила. Но Бродяга ей сопротивлялся, как и тогда, в коридорах бункера на заводе, когда на базу Долга напал дикий контролер. В тот раз сопротивляться пси-атакам было легче, а сейчас невыносимо сложно и больно. Откуда у него были силы и способности противостоять мощи этих псиоников, Бродяга не знал, но одна догадка долгое время билась у него в голове.

Монолитовец видел, как глаза мутанта сверкают зеленым свечением, которое становилось ярче, по мере возрастания его телепатических ударов. И опять же, псионик не был ужасным созданием, не был монстром. На Бродягу смотрел вполне обычный, с обычными чертами человек! И этот человек выхватил из-за пазухи обоюдоострый клинок. Вот уж сказки начались! И зачем спрашивается всесильному чудовищу оружие для ближнего боя? Неужели в крайних случаях, когда силы иссякают, его вид использует в борьбе против соперников подручные средства? Или, может быть, таким образом, эти существа вызывают оппонентов на достойный и честный поединок? Слишком много пафоса в этих деяниях, и слишком вопросов!

Последним осознанным движением, монолитовец нажал на курок подствольника. С хлопком граната влетела прямо в дырявый потолок, окончательно обрушив его на псионика. Мутант посмотрел вверх, и его тут же накрыла куча деревяшек. Скрытый под балками мутант не выказывал признаков жизни, а вот загипнотизированный грешник поднялся с места и атаковал Бродягу огромным тесаком.

Увернувшись раз, другой, монолитовец решил отступить. Зомбированный атаковал долгими, тяжелыми выпадами, словно делал это нехотя. Остроконечный тесак вновь возвысился над головой грешника и обрушился на Бродягу с огромной силой. Только лезвие не разрубило вовремя отпрянувшего сталкера, а вонзилось в деревянный пол и застряло там намертво.

Громила тянул оружие на себя тщетными попытками, что позволило Бродяге напасть на него. Несколько раз монолитовец обрушивал на голову верзилы отломанный кусок деревяшки, и только с пятой попытки ему удалось "пробудить" завороженного грешника.

Бритоголовый верзила с благодарностью кивнул Бродягу, но дальше случилось непредвиденное. Его глаза закатились, и сектант замертво осел на землю. Монолитовец обернулся. Псионик выбрался из-под завала и, видимо, отключил выпавшую из контроля жертву. Сломал его волю, превратил мозг в бурлящую кашу одним лишь направленным и сильным пси-ударом.

Мутант снова обратил свой "зеленый" взор на сталкера. Его заинтересовал не поддающийся контролю человек и, как будто любопытствуя, склонил голову на бок, с интересом наблюдая за отползающим монолитовцем. В ходе сражения с грешником, Бродяга получил серьезное ранение. Он нащупал среди обломков "Сайгу" сектанта и перевернулся на спину с карабином наизготовку.

Псионику не понравилось решение человека. Снова поднялась головная боль, а руки самопроизвольно начали опускаться. Бродяга сопротивлялся, давил изо всех сил, и в какой-то момент сровнял ствол с головой мутанта и вжал крючок. Порция картечи снесла ублюдку голову. Безголовая туша завалилась на спину.

Поднявшись, Бродяга выбрался из казармы и помчался к друзьям. Он не сразу заметил странное поведение мутантов. Помимо того, что зомбированные, находящиеся под контролем убитого псионика стояли на месте, другие существа истошно визжали, как будто они все разом прочувствовали боль безголового генерала.

Увидев Бродягу, Роджер поспешил на помощь.

— Ты цел? Все в порядке? — озаботился бородач

— Не уверен- с легкой отдушиной, сказал сталкер- Что-то не так.

— Я вижу. Есть догадки?

— Нет. Но я убил его. И, видимо, это было зря…

— Убил этого, в плаще?

— Ага. Одного из них… Это не простой мутант. Он сильнее всех контролеров вместе взятых. Их вождь, вроде как…

— Да что же это такое, м-мать! — выпалил Гавриленко — И как нам их победить?!

— Я не знаю — отдышался Бродяга- Надо уводить людей пока не поздно. Иначе мы все погибнем, либо превратимся в них.

Монолитовец кивком указал на зомбированных.

Битва разгоралась с каждым мгновением. В бреши главного прохода появились бюреры. Мутанты прикрывали сородичей непроницаемым куполом, пока остальные, находясь внутри него, "колдовали" над транспортом анархистов, прочищая себе путь. Карлики общими усилиями поднимали стрелков за пулеметами в невесомость, затем сбрасывали пустые машины с моста и туда же бросали переломанные телекинезом тела анархистов.

Боец в центральном "Хаммере", спохватился за шестиствольный "Миниган". Пулемет засвистел, разгоняя роторную коробку. Совместив прицел с идущими напролом псевдогигантами, стрелок вдавил гашетку. Дикий вой и непрекращающийся сноп пламени на миг дезориентировали парня, а когда в глазах прояснилось, он увидел разорванные пополам мясистые туши. Его напарник заликовал, погрозив мутантам кулаком. На месте гигантов, появились карлики, которые подняли ввысь одну сворку от ворот, заострили ей концы, повернули к машине и бросили со всей силы.

Огромный лист железа прошелся по внедорожнику как кинжал, разрубив его пополам. Бойцы в панике побросали машины и убежали с моста. А бюреры толпой взялись за первую башню. Мутанты разобрали ее по частям, подняли в воздух остроконечные арматуры, балки и прочие сегменты конструкции, а затем развернули их в сторону отступающих людей заостренными наконечниками.

Роджер увидел парящие над головой обломки, которые больше напоминали копья и стрелы, и крикнул:

— Все в укрытие!!!

Сталкеры попадали кто куда, а тех, что не успели спрятаться, накрыло сонмище железных кольев и арматур. Пронзенные насквозь бойцы, замертво попадали на землю, а те, что успели спрятаться, в ужасе помчались к оставшимся грузовикам.

— Оборона прорвана! — надрывался Роджер- Отступаем!! Живо, все к тоннелю!! Готовьте взрывчатку, завалим проход!!

Зомбированные брали их в кольцо. Бродяга и Гавриленко методично расстреливали "ходоков" пробивая себе путь к боевому пикапу. Роджер тем временем ловко орудовал топором, снося кадаврам головы, разрубая их пополам, лишая ног и рук, а также со всей силы вонзая окровавленное лезвие в прогнившие тела, бросая в ход пудовые кулаки и армированные ботинки, которыми раскалывал мерзкие черепушки и ломал хребты.

В опасной близости от "ходоков", Бродяга применял нож. Уже не один зомби падал наземь с раскроенным черепом и пронзенной гортанью, которые ловко вспарывал хладнокровный сталкер. Гавриленко первый взобрался на борт машины, за ним прыгнул Роджер. Бродяга помог еще нескольким отстающим бойцам и залез в кузов последним. Первые машины тронулись с места и скрылись в темени тоннеля.

— Все в тоннель, живо!! — заорал Роджер тем анархистам, которые все еще вели отстрел нежити и медленно отступали, давая возможность большей части спасенных уйти живыми — Хватит, геройствовать, в тоннель все!!

Но бойцы не слушали командира. Вездеход провернул широкими колесами грязь и рванул с места, однако Роджер приказал водителю затормозить на возвышении. Анархисты ослушались приказа неспроста.

Что-то было не так.

Бродяга видел, как оставшиеся бойцы опустили автоматы, устремив взоры ввысь, на мост, по которому победоносной поступью шел Он. Человека в черном плаще окружали подвластные ему бюреры. Карлики окружили хозяина непроницаемым куполом, через который не могла пробиться ни одна пуля любого калибра, ни одна граната, ни один гранатометный выстрел. Снаряды взрывались еще на подлете, а свинец тонул в гравитационных полях, либо расплющенный падал на землю.