Кофе и шоколад (СИ) - Савельева Валерия Андреевна "(ВалеRka)" - Страница 12

– Как можно было такое просто забросить? Ты коллекцию дисков видел? – жалобно протянул он.

Рома усмехнулся. Видел ли? Не то слово, более того – практически всё прошёл, от начала и до конца, собрав все достижения, награды и бонусы. М-да, и это он недавно переживал, что в ободке выглядит как-то задротски? Так оно и есть! По статусу положено: игроман, он и в Африке себе что-нибудь компьютерно-приставочное найдёт.

– Видел, – улыбнулся Попов и как можно более нейтрально пожал плечами, чтобы не выдавать секретов позорной зависимости от игр. – Одному скучно.

– Скучно? – шокировано.

Черкасов после такого заявления даже о массаже позабыл. На время. Пока увлечённо резался с Поповым в приставку, пытаясь того переиграть. Ромка радовался затишью, прекрасно понимая, что окончательно отвертеться от массажа всяко не получится, и старательно поддавался гостю, чтобы не выдать себя с головой. Но нет-нет, а закручивал совершенно нереальные, но абсолютно привычные для тренированной руки комбо-удары! Просто задумывался..в основе своей из-за сидящего рядом парня, счастливого и удивительно привлекательного. Хорошо, что он этих оплошностей особо не замечал.

Но часа через два, когда от мельтешения картинок на экране уже начало подташнивать – а Ромку так совсем мутить, особенно после утреннего полного отсутствия завтрака, – Черкасов нажал кнопку отбоя и, прямо как сидел, повалился на пушистый ковёр.

– Всё! – выдохнул он. – Так теперь и буду здесь лежать, никуда не уйду. Вот оно, счастье.

– В играх? – усмехнулся Рома, тайком любуясь гостем, пока тот лежал с закрытыми глазами.

– В принципе, – отозвался Сергей. – Игры, отдых, вкусная еда, мягкий ковёр на полу и хорошая компания. Кайф, – удовлетворённый вздох. – Всё, осталось только “подкуп Мымры” продемонстрировать – и максимальный уровень счастья дня достигнут.

– Неужели? – хмыкнул Попов, прикидывая, насколько массаж на самом деле уменьшит, а не увеличит уровень этого самого “счастья дня”.

– Да-да, именно. Так что приступай.

Сказал, а сам продолжил неподвижно лежать на ковре, словно бы отгородившись от всего мира. Ромка скептическим взглядом окинул обстановку, полностью выключил приставку и телевизор, в один глоток допил кофе…

– Может, переберёмся в комнату на кровать? – всё же предложил Попов.

– Ну уж нет, – возмутился Серёжа, он приоткрыл один глаз всего на секунду, чтобы наградить Рому недовольным взглядом. – Будто б я мог утащить Веру Васильевну в кровать. Не-е, точно не мог. Так что чем хуже ковёр?

– Разве что твёрже…

– Не страшно! – ухватился за идею Черкасов. – Я нашёл себе место, теперь твоя очередь. Можешь делать со мной всё, что захочешь.

Попов чуть воздухом не подавился от такого заявления, мгновенно представляя, что же именно он хочет сделать с Черкасовым. Особенно вот таким, как сейчас: довольным, расслабленным и практически уязвимым, не ожидающим подвоха или удара в спину. Что ж, Ромка привык во многом себя ограничивать, так что и сейчас он всего лишь склонился бы к открытой шее и коснулся губами бьющейся под кожей венки, проследил бы её выше, до уха, слегка сжал зубами мочку, поцеловал подбородок…

Рома тряхнул головой, вырываясь из плена собственных абсурдных мечтаний, и смешливо фыркнул:

– Вау, какое предложение… как уж от такого откажешься? Тогда сначала мне придётся тебя раздеть.

Черкасов довольно покивал, но так и остался лежать на ковре, растянувшись во весь свой немалый рост.

– Не поможешь? – поинтересовался Попов, слегка потянув за край кофты Сергея.

– А ты что, не умеешь снимать одежду без пуговиц? – усмехнулся он, садясь. – Не поверишь, они стягиваются через голову.

– Ну-ну…

Возведя глаза к потолку и прося у Бога терпения, Ромка потянул кофту наверх. Черкасов охотно поднял руки, выпутываясь из рукавов, но больше ни капли не помог, лишь завалился обратно на ковёр, когда с верхней частью одежды было покончено. К счастью, на этот раз правильно – на живот.

– С маслом или без? – спросил Попов, складывая свитерок Сергея и стараясь пока не смотреть на него. После ночных видений обнажённая спина Черкасова совсем выбьет его из колеи. Пока не приступил к массажу, лучше воздержаться от лишних мыслей.

– Думаешь, у меня вчера в вузе было с собой массажное масло?

“Или смазка, которая для интима и массажа”, – чуть было не ляпнул Рома, но вовремя прикусил язык, вместо этого просто пожимая плечами:

– Мало ли.

– Что ж, тогда – как хочешь, – спорить Черкасову не хотелось. Он, кажется, и вопрос задал, только чтобы хоть как-то возразить.

Ромка кивнул и убрал в сторону аккуратно сложенную кофту Сергея. Стянув с дивана небольшую подушку, он, наконец, повернулся к гостю, окидывая того взглядом. Да так и замер, задохнувшись от восторга и толики зависти. Вау! Или Бог Черкасова фигурой не обделил, или сам парень старательно её формировал в спортзале, чтобы приводить в трепет всех девчонок и добрую половину парней.

Узкие бёдра и талия, рельефные спина и руки, которые не казались такими развитыми, когда Сергей был одет. Всё напряжено, каждая мышца видна под идеально ровной смугловатой кожей. В чём Рома был прав тогда, на кухне, так это в том, что Черкасову необходимо расслабиться. Отдохнуть, успокоиться… что там ещё можно сделать, чтобы не напрягать мышцы?

– Джинсы… – тихонько пробормотал Попов, когда очнулся и начал адекватно думать. Оказалось, что узкие джинсы Сергея были ещё удивительно высокими, с поясом на талии, и закрывали всю поясницу. Конечно, можно было обойтись и без этого, но…

– Что? – переспросил Черкасов.

– У тебя поясница когда-нибудь болела? – поинтересовался в ответ Ромка, подсовывая гостю так и сжимаемую в руках подушку.

– Ну… – Серёжа искренне задумался, вновь поворачиваясь и садясь, – бывало пару раз, а что? – и взгляд прямо в душу, пронзающий насквозь.

– Джинсы, – тихонько пояснил Попов, неосознанно пряча взгляд. – Нужно, чтобы поясница была открыта.

– А вы похабник, Роман Андреевич. Совсем раздеть желаете, – фыркнул Черкасов и добавил, демонстративно проведя по себе рукой: – Делайте всё, что желаете, прошу.

Только вот ехидство его внезапно выбило из Ромки всё смущение. Ах, это он похабник, да? А кто настаивал, чтобы “подкуп Мымры” продемонстрировали на натуре? И кто, чёрт возьми, снился ему всю эту ночь после вчерашних поползновений?

– А вы, Сергей, видимо, желаете вновь одеться и свалить отсюда куда подальше, раз делаете подобные комментарии, – бросил Попов, в раздражении реально принимая совет Серёжи и принимаясь воевать с пряжкой ремня его джинсов. – Не снять, а спустить, чтобы поясницу открыть хоть немного. Раздевать вас будет ваша пассия. Я обещал лишь продемонстрировать предполагаемый подкуп Веры Васильевны, чтобы получить обратно зачётку. Разве не так?

Черкасов промолчал, лишь хмуро поджал губы, сам расстегнул пряжку и ширинку и опять улёгся на ковёр, слегка спуская джинсы. Притом сделано это было так молниеносно, что Рома не успел даже позу сменить: так и сидел, слегка нагнувшись вперёд и вытянув руки.

– Пойдёт? – безэмоционально вопросил ожидающий массажа гость, пряча лицо в подушку.

Ромка кивнул, как-то забыл, что Черкасов этого не видит. За маслом он решил не идти, ненавидел склизкое ощущение после его использования. А раз “клиент” не против, можно отбросить гадость в сторону и не извращаться. К тому же Попов собирался делать полноценный массаж, ему мышцы промять надо, а не просто гладить кожу, втирая густое масло.

Глубоко вздохнув, Рома самыми кончиками пальцев коснулся плеч Сергея, поглаживая и успокаивая, но Черкасов от этого только ещё сильнее напрягся, полностью забиваясь.

– Эй, – шикнул на него Попов, склоняясь ниже. – Я понимаю, что восторга нет, но ты сам на этом настаивал, помнишь? Да и я не маньяк, убивать тебя не собираюсь. Но хочешь, можем закончить и продолжить играть.

– Нет! – как-то слишком активно возмутился Сергей, пытаясь подскочить с пола, но на этот раз у Ромки было преимущество, которым он и воспользовался. Просто-напросто надавил между лопаток, вновь роняя парня на пол.