Праздничный коридор (СИ) - Ильянкова Валентина Михайловна - Страница 41

— Скажи, Зося, а душа тоже заживет?

— Душа? С душой, наверное, будет намного сложнее. Одно я определенно знаю — я на всю жизнь останусь одна, у меня не будет семьи. Я люблю Сашу, но теперь я ему не нужна.

— Почему ты не нужна Саше? Ты, что все ему рассказала, и он сказал, что ты ему не нужна?

— Нет, не рассказывала. Что я ему скажу? Что меня Петя изнасиловал, но я вынуждена снова его морально поддерживать, потому, что он уезжает в Афганистан.

— Какой Афганистан, Зося? Кто тебе об этом сказал?

— Петя.

— Он, что снова решил эксплуатировать твою наивность? У этого подонка на самом деле отсутствуют границы.

— Тетя Рози, Петя любит меня, возможно, поэтому и изнасиловал — ревнует к Саше.

— Детка моя, если любят, то берегут. Это первая примета любви. Пройдет время, Зося, и ты сама во всем разберешься. Но пока, я просто настаиваю — плюнь ты на этого Петю, он пустой, но очень жестокий человек. Как я могла столько лет в нем ошибаться? А ты расскажи все Саше, не мучай его и себя.

— Нет, тетя Рози! Саша может прожить счастливую жизнь с другой женщиной. Зачем ему навсегда больной человек?

Синяки скоро исчезли с Зосиного тела, зажили ссадины и царапины. Но Зося осунулась, похудела и днями сидела в квартире. В бассейн она не ходила, любимая машина сиротливо стояла во дворе.

Михаил Исаакович, обеспокоенный ее состоянием, категорично заявил Розе Самуиловне:

— Ты, Розочка, совсем ослепла? Зосенька заболела, ее необходимо срочно показать врачу. Если ты ее не отведешь в поликлинику, то этим займусь я сам.

— Давай, Миха, не будем спешить. С молодыми девушками часто случается хандра. Может, влюбилась, вот и переживает. Если через пару недель она не восстановится, то мы обязательно обратимся к врачам.

К врачам все-таки пришлось обратиться — Зосю начала мучить тошнота и изжога. Любая еда стала для нее настоящим испытанием. Диагноз врача был предельно прост и понятен — токсикоз, девушка беременна. Роза Самуиловна, поняла, что пришло время все рассказать Михаилу Исааковичу. Хотя об изнасиловании, наверное, следует умолчать, потому что такое известие могло его самого уложить в больницу. Михаил Исаакович воспринял эту новость совершенно спокойно — прекрасно, значит, в доме скоро появится малыш, а это большое для него счастье — успеет понянчить Зосиного ребенка. Об отце он ничего не спрашивал: раз не говорят про отца, значит, его нет. И не надо. У него будет дед — Михаил Исаакович.

Сама Зося восприняла это известие совершенно равнодушно — будет ребенок, она его вырастит. Одна, без Пети. Но сообщить Пете, о том, что он скоро станет отцом, она очень хотела. Возможно, ребенок сможет ему заменить Зосю. У него появится цель в жизни — выжить на войне и встретиться с малышом. А Зося получит долгожданную свободу от нелюбимого, так неприятного ей сейчас, человека и избавится от ответственности за его душевное спокойствие.

— Тетя Рози, мне нужно Петю разыскать. Он должен знать, что скоро станет отцом. Может, мне написать письмо в его училище и попросить, чтобы мне сообщили его адрес? Он мне не пишет, значит, где-то находится далеко и, скорее всего, на войне.

— По большому счету, детка, он тебе не нужен. Если бы он тебя любил, то давно бы написал. Но узнать о нем правду я тоже хочу. Чтобы не морочил тебе больше голову. Только боюсь, что эта правда будет не совсем для тебя приятной. Поэтому, есть вариант просто забыть о нем. Я боюсь за твое здоровье — ты сейчас должна думать о ребенке.

— Для меня узнать, где он сейчас — просто жизненная необходимость. Если у него все хорошо, то я смогу окончательно забыть о его существовании. Так, написать мне письмо в училище, как ты считаешь?

— Никуда писать не надо. Я хорошо знаю его маму. Я, кажется, тебе говорила, что в свое время мы с ней были сокурсницами. По телефону задавать ей вопросы, тем более, о ее сыне — как-то некорректно. Еще подумает, что с ним что-то случилось, а ей не говорят. В данной ситуации нужно помнить о ее возрасте и нажитых болезнях. Давай мы с тобой навестим ее. Расстояние всего-то ничего — каких-то двести километров, зато все узнаем о Пете из надежного источника. Мы может добраться общественным транспортом или Миха нас отвезет.

— Я думаю, что сама смогу сесть за руль автомашины. Скажи, а это не будет выглядеть, как попытка женить его на себе? Мне меньше всего хотелось бы, чтобы Клавдия Ивановна, так обо мне подумала. Тем более что Петя в качестве мужа меня совершенно не интересует.

— О тебе мы ей ничего говорить не будем. И вообще я могу представить тебя своей дальней родственницей, которая приехала ко мне в гости.

— А ты можешь ей о Петином поступке не рассказывать? Я прошу тебя — просто постарайся узнать его почтовый адрес.

— Все я сделаю, как ты хочешь. Я сама хочу разобраться, что же с ним случилось — он по жизни негодяй, но мы этого не замечали, или это действительно от его большой неразделенной любви. У нас с тобой есть в запасе еще две недели летних каникул, значит, все успеем.

Городок, где жил Петя оказался небольшим поселком. Клавдию Ивановну очень обрадовал приезд сокурсницы — столько лет прошло, и они так редко видятся. По телефону пообщаться и то времени не находится, а может и темы для разговора. А тут надо же — Роза Гольдева сама приехала.

— Вы у меня погостите? Сходим в лес, в этом году боровиков и рыжиков урожай невиданный. Одна я в лес идти боюсь, а с вами — с удовольствием.

— Нет, Клава, мы просто навестить тебя заехали. Спасибо вот моей племяннице — решила тетушку покатать по стране. Я сразу и подумала, зачем бесцельно ездить, лучше уж сокурсниц навестить.

— Так ты, Роза, уже к кому-то заезжала?

— Пока только к тебе, в первую очередь хочу узнать, как ты живешь. Твой Петя пока учился в нашем Горевском техникуме, я все о тебе знала, на занятиях видела его каждый день, да и домой ко мне он часто забегал. А потом уехал, и всякая связь прекратилась. Кстати, как он, где служит?

— Я, Роза, тебе очень благодарна за то, что ты моего сына столько лет оберегала, помогала ему и даже подкармливала. Сейчас у него все хорошо. Училище он окончил, в семье порядок.

— В какой семье?

— Ты, наверное, не знаешь — Петя давно женился. Еще на первом курсе. Жена, правда, не весть, какая красавица, постарше его и избалована, но с лица воду не пить. Зато, какие у нее родители! Сваты мои оба люди заметные он — директор крупного завода, а она майор, преподаватель в училище, которое Петя окончил. Между прочим — доктор наук. Обеспеченные люди, и дочь у них одна, а потому и зять любимый. Да, что я тебе рассказываю, ты сама знаешь, что моего Петю невозможно не любить. Он любогоочарует. Правда, немного переживал, что пришлось ему от девчонки, с которой вместе техникум оканчивал, отказаться. Он говорил, что девочка умница и красавица, ответственный по жизни человек — учится только на отлично. Но ты знаешь, Роза, она круглая сирота, поэтому помощь там ожидать от семьи не приходилось. А он у меня и так нагоревался — не очень-то богато и обеспеченно мы жили. Ты, наверное, знаешь эту девочку, Роза? Как она сейчас живет? Наверное, работает кассиром в банке и получает свои семьдесят рублей? Жаль, конечно, хорошая была бы жена Пете. Но нищая она…

— Нет, не совсем все так. Я ее действительно знаю. Такая у нас в техникуме только одна была. Сейчас она заканчивает институт. Между прочим, по направлению банка. Получает повышенную стипендию и материальную помощь от банка. В общем, не бедствует. Кроме того, у нее отыскались богатые родственники и очень ее любят. Говорят, что девочка в роскоши купается. Так, что твой Петя, возможно, и продешевил. К тебе он часто наведывался во время своей учебы в училище и где он служит сейчас?

— Мы с ним общаемся в основном по телефону. Ко мне он в этом году приехал первый раз, да и то на два дня. Как ни просила задержаться еще на пару денечков — не согласился, там жена его должна вот-вот родить. А раньше они с женой каждый год уезжали то в санаторий отдыхать, то по туристической путевке с миром знакомиться. Служба у него сейчас дай бог каждому — в училище его оставили, командиром взвода курсантов. Пока так, а дальше он обязательно повышение по службе должен получить, думаю, что сваты его в обиду не дадут.