Дети, которые хотят умереть (СИ) - Гаd Григорий - Страница 32

А откровения все приходили.

Нескончаемый бег — всего лишь еще одна борьба с телом, этим жалким плаксой. Оно стонет, испражняется, просит пить, а ты гонишь вонючего ссыкуна вперед. Топчешь кровоточащими ногами твердую землю, несмотря на то, что печень режет внутри, а мочевой пузырь словно болтается между ног.

Ветер вдруг обдул Рите лицо, и мимо пролетела Марина Ягодка. Лицо и волосы глупой недотычки закрывали желтые вспышки. У Риты закружилась голова.

Все. Теперь Рита позади всего класса, снова она — самая слабая.

Брат беззвучно засмеялся.

Теперь Рита пойдет вслед за Стасом, Андрей же целиком достанется Бесхвостому.

Но вместо того чтобы остановиться и пойти в класс бусидо, вместо того чтобы взять свой вакидзаси и совершить сэппуку у школьной доски, вместо того чтобы привычно сдаться, Рита быстрее застучала сандалиями.

Ты — вещь, кукла, так выполняй же скучную механику своего тела: держи рот открытым, дыши не переставая, опускай и поднимай колени как можно быстрее. Быстрее! От тебя требуется только это.

Еще быстрее!

Быстрее, я сказала, слабая дрянь!

Еще быстре-е-е-е-е-е!

Асфальт закончился, недотычка Ягодка промелькнула и осталась позади. Рита бешено рванулась по полю. Одноклассники в серых кимоно выросли впереди, вдруг очутились рядом, отстали, исчезли. Ее стремительный бег уносил их за спину, усталые лица провожали Риту безразличными взглядами. Ученики потеряли почти все силы, и удивить их было невозможно.

Впереди стало пусто — никаких серых кимоно. Только плавающие желтые пятна на лысых кустах и стенах школы. Наконец, появился и он. Одинокий серый прямоугольник с алой полоской оби поперек стремительно увеличился, приближаясь. Господин Риты мог быть только там — далеко впереди остального класса. До сего мига.

Рита поравнялась с господином, Андрей повернул голову к ней. Его сухой рот распахнулся от удивления. Мой господин, насколько же ты силен, раз еще способен удивляться?

Небо и школа перед глазами исчезли под сотнями сотен желтых вспышек.

Рита пошатнулась — ее затошнило. Но она на целый шаг опередила господина!

Наконец Рита могла больше не ходить с расстегнутой грудью перед ним. Не льстить, не навязываться. Брат, ты это видишь? Возрадуйся: Рита стала сильной.

Ноги заработали быстрее, и вот Рита уже на два шага впереди Андрея.

Мой господин, не такой уж ты и быстрый!

И зрение вдруг оставило Риту. Она споткнулась, чьи-то твердые руки подхватили ее на лету.

Брат?

Господин?

И черный колодец поглотил мир.

Белые стены и потолок медпункта выглядели как слепленные из плотных облаков, молочно-бледных и холодных. Желтую занавеску затянуло в открытое окно и трепало над темным школьным двором.

Рите подсунули под нос что-то резко пахнущее, и она проснулась. Ее сломанное тело без сил лежало на мягкой койке, ее голова не могла подняться с подушки, ее испуганный взгляд смотрел на дерганье желтой и пушистой, как хвост нарисованной лисы, занавески, пока в рот вливали густой теплый раствор.

— Забавно, — сказал мрачный скрипучий голос, — обезвоживание и голод спровоцировали резкое уменьшение крови в организме Амуровой-кун. Затем сердце не справилось с возросшей нагрузкой и не смогло быстро увеличить выброс крови. Если по-простому — клеткам Амуровой-кун не хватило кислорода. Редко в старших классах из-за такой неопытности происходят обмороки. Даже у наложниц — они знают свой предел и научились балансировать на нем. Забавно.

— Простите, Сошин-сенсей, — сказал звонкий голос, и Рита узнала Андрея. — Сегодня Амурова-сан преодолела предел, и не только свой — всего класса. Сегодня Амурова-сан обогнала всех нас.

— Вот как? Забавно, — уныло, без интереса протянул старый голос.

— Сошин-сенсей, простите. Но что будет с Амуровой-кун?

— Уборщики отвезут ее в общежитие утром.

— Сошин-сенсей, прошу, разрешите перенести Амурову-сан в общежитие мне самому. Сейчас.

— Синегин-кун, разве уроки закончились?

— После того как Амурова-сан потеряла сознание, Буглак-сенсей прекратил урок и велел мне отнести ее к вам. С вашего позволения я забираю Амурову-сан.

Риту осторожно подняли с кровати. Голову и левое плечо Риты прижало к твердому и теплому телу. Знакомый запах пота и грязной кожи. Рита закрыла глаза.

— Сингенин-кун, подожди, — снова скрипнул голос сенсея, — если Амурова-кун сейчас не поспит, то, скорее всего, не доживет до утра.

— Сошин-сенсей, простите. Но уроки закончились, поэтому ничто не может потревожить сон Амуровой-сан. И не потревожит.

— А ты зачем же вызвался нести ее? Потерпи до завтра и можешь дальше делать все, что обычно делаешь с ней, когда темнеет. Не сдержишься в эту ночь — и других ночей с этой наложницей у тебя не будет.

— Сошин-сенсей, простите. Единственное, что я должен Амуровой-сан — это защищать ее как своего слугу. Больше ничего я не обещал Амуровой-сан делать с ней ни днем, ни ночью. Прощайте.

Сандалии Андрея застучали по полу. Рита зарылась носом в складки кимоно, пахнущие потным сильным животным.

— Это в самом деле… забавно, — скрипучий возглас сенсея донесся до Риты уже во сне.

2

Когда Рита проснулась, пить ей не хотелось, а Андрей сидел на краю Ритиного тюфяка и вытирал брызги с ее подбородка. Ночью господин несколько раз поднимал голову Риты и заставлял пить из кастрюли воду.

— С возвращением, — сказал Андрей. — Можешь спать еще. Построение будет только через два урочника.

— Господин ранен? — Рита коснулась красных пятен на рукаве Андрея.

Андрей закрыл пятна другим рукавом.

— Нет, — сказал он, — пока я нес тебя к комнате, на нас напали двое семиклассников.

— Эти крысы решили, что господин — легкая добыча, только из-за того, что твои руки несли меня, — резко прошипела Рита, — они поплатились?

— Я разбудил напавших от иллюзии жизни.

— Господин — могучий мечник, — улыбнулась Рита, ощупывая оби и тюфяк под собой. Знакомой твердости нигде рядом не было.

Андрей потянулся и поднял с пола у стены сложенный холмиком оби:

— Я знаю, о чем ты думаешь.

Рита поднялась на локти и оглядела комнату.

— Ты не должна пробуждаться, — сказал Андрей.

Рита повернула голову, ее ищущий взгляд скользнул по подоконнику.

— Но я выспалась, — сказала она.

— Не прикидывайся, что не понимаешь, — приказал Андрей. — Вчера ты не опозорилась. Буглак-сенсей прекратил урок сразу же, как ты обогнала меня.

Рита смотрела на серый сверток ткани в руках Андрея.

— Чье это оби? — спросила Рита.

— Неважно, — сказал Андрей и указал на рисунок над ним. Белоснежная лиса извивалась на черном фоне, распушив семь радужных хвостов. — Эти рисунки на стенах созданы тобой не просто так.

Рита встала на колени, у дальней стены из-за спины Андрея выглянула черная рукоятка вакидзаси. Рита на четвереньках поползла к мечу.

— Чтобы достойно умереть, не нужно рисовать ни лис, ни вишен, ни полную луну! — закричал Андрей. — Зачем ты разводишь краски и наносишь их на полотна? Зачем, к демонам, ты вообще дышишь? Зачем ты пообещала служить мне? Вчера ты одолела свой предел не затем, чтобы умереть сегодня.

Рита взяла вакидзаси и снова встала на колени. Андрей бросился к ней, сверток выпал из его рук.

— Ради чего ты бежала? — Андрей схватил Риту за плечо. — Все умрут, кто-то — достойно, кто-то — нет. Но только ты и я живем ради цели.

Андрей держал Риту крепко, но не причиняя боли.

— Ну же, ударь меня! — крикнула Рита и вырвалась из рук Андрея, — накажи наконец меня за то, что я так слаба! Когда я опередила тебя на один-единственный шаг, казалось, все закончилось. Я возомнила себя сильной, как господин или брат. И тут же поломалась, как кукла. О сегун! Что я только бы не отдала ради твоей силы, господин! Но ты брезгуешь даже просто повеять ею на меня: обнять, толкнуть, ударить, да хоть пнуть! О сегун! Если бы ты и вправду был демоном Извне! Если бы ты мог наполнить мощью мои мускулы, это было бы волшебно! Проник бы ты через сосцы в мою кровь и нагрел ее до жидкого огня.… Или обернул бы мое тело в змеиную чешую и научил дышать губительным для всех ядовитым смрадом — плевать. Если бы ты сделал меня сильной, господин, все вопросы меж нами решились бы тут же.