Пепел Вавилона (ЛП) - Кори Джеймс - Страница 86

Вокруг доков постепенно проступало слепое пятно. Подходы к Палладе из космоса больше не защищены. Эванс медленно, метр за метром, подводил к станции «Солано», пока тот не оказался зафиксирован на орбите Паллады всего одним толчком маневровых двигателей.

— Они найдут способ его уничтожить, сэр, — сказала Оксана. — Это займёт часы или дни, но такую блокаду долго не удержать.

— Дай мне линию прямой связи с «Панчиным», Оксана.

— Сэр.

На экране появился ухмыляющийся Родригес. Что само по себе неплохой признак.

— Как твой корабль, капитан Родригес? — спросила Мичо, через силу возвращая улыбку.

— Пробит, погнут, оттрахан, поддат и ещё далеко от дома, — засмеялся Эцио. — Парочка в лазарете, один в морге, но дело мы сделали, да? Выдрал станции все зубы, выбили половину глаз, мы, считай, лос чемпионс.

— Это точно, — сказала Мичо. — А теперь вы должны это охранять. Отойдите настолько, чтобы вас ничем не достали с Паллады. И возьмите под свой контроль «Солано».

— Присмотреть за ним?

— И замотай себе корпус как конфетку в бумажку, Эцио. Я не отпущу тебя на Титан.

Благослови Бог этого человека, выглядел он расстроенным.

— Бист бьен. Будем держать оборону. Но вы с Фойл отдайте нам торпеды, сколько осталось. Про запас. С помощью орудий и моей неотразимой улыбки мы справимся с чем угодно.

— Спорить не стану, — сказала Мичо.

— Что скажешь, когда я могу его запалить, чтобы сжечь мерзавцев?

— Когда будешь знать, что уничтожаешь Вольный флот, а не простых людей. Лучше уж потерять этот корабль, чем убивать гражданских. Убивать людей просто за то, что они попались на пути — это для внутряков. Для уродов из Вольного флота. Мы не такие.

— Да, чёрт возьми, не такие, — вздохнул Родригес. 

Когда он отдал честь, на пальцах виднелась кровь.

Мичо перенаправила запрос вызова на один из менее повреждённых узлов станции, хотя и не была уверена, что это хорошая идея. Даже если полуразбитое оборудование функционирует, ей незачем принимать это сообщение. Но она приняла.

На мониторе появилось знакомое лицо, тёмное и рябое. Он смотрел на нее из хорошо оснащённого офиса, светлого, и, должно быть, расположенного глубоко в недрах станции, куда не достать без ядерного оружия или без взрыва всей станции путём разгона реактора.

— Капитан Па, — заговорил он. — Похоже, ты переходишь от одного подлого дела к другому?

— Розенфельд, — ответила Па.

— Когда ты порвала с Инаросом, я это понял. Я даже отнёсся к этому с уважением. Я был разочарован, когда ты обратилась к Джонсону. Но это? Стать марионеткой Крисьен Авасаралы и Эмили Ричардс. И Холдена? — он покачал головой. — Что с тобой стало, Мичо? Ты изменилась.

— Ситуация изменилась. А я всё та же. И вот что случится дальше. У меня в вашем доке — разогретый двигатель Эпштейна. Если я увижу любую активность — расстреляю всё и подорву доки. Если увижу любые поднимающиеся с поверхности корабли — я собью их и подорву доки. Если замечу хоть что-то, напоминающую попытку подобраться к «Солано», я просто подорву доки. Если хоть один корабль Вольного флота приблизится к Палладе на сто тысяч км, я подорву доки. И ты окажешься губернатором старой разбитой станции, которая не в состоянии ни получать, ни вывозить припасы.

— Принято к сведению, — сухо сказал Розенфельд.

Говорить больше было не о чем, но она не разрывала соединение. Пока. Потом добавила:

— Используй возможности.

— Что, извини?

— Ты же прирождённый политик. Используй эту возможность. Я даю тебе повод выйти из этой битвы. Можешь сказать Марко, что я тебя вынудила. Тебе даже врать не понадобится. Даже если он уничтожит всех нас, ты же знаешь — он не может управлять системой. А твой план?

— Мой план? Что за план?

— Тот, где ты встаёшь позади трона. Марко — лицо на публику, марионетка, а ты — реальная сила. Только этот план не сработает. Он не даст себя контролировать. Он с трудом предсказуем. Я тебя не виню. Я сделала ту же ошибку. Увидела в нём то, что хотела видеть. Но я ошибалась, как и ты. — Лицо Розенфельда осталось невозмутимым. Мичо кивнула. — Ты знаешь волшебное слово?

— Нет. — В голосе слышалось презрение. — Какое ещё волшебное слово?

— Упс. Тебе нужно бы сказать «упс», Розенфельд. И признать, что сделал ошибку. Что мой корабль нацелен задницей прямо на тебя. Это твой шанс исправить то, что ты выбрал неверную сторону.

— Хочешь, чтобы я тебя за это благодарил?

— Лучше проследи за тем, чтобы у всех на станции были вода и пища. Обеспечить им безопасность, пока всё не закончится.

— А когда это произойдёт?

— Я не знаю, — сказала Мичо и разорвала соединение.

Она несколько долгих минут неподвижно сидела в кресле, пристёгнутая ремнями, и слушала знакомые голоса и звуки. Челюсть ныла — так сильно она стиснула зубы. На ключице появился синяк, и она не смогла вспомнить откуда. Мичо прикрыла глаза. Лаура сообщала Бертольду, сколько у них осталось снарядов ОТО. Оксана и Эванс смеялись, просто так — стряхнуть напряжение, порадоваться, что они в каком-то смысле всё-таки выиграли бой. Пахло горячей сваркой и герметиком — на корпусе латали пробоины. Её дом. Её люди. Всё это наполняло ее легкие.

Дисплей связи призывно защебетал. Запрос от «Серрио Маля». Мичо приняла его. На экране появилась Сюзанна Фойл.

— Капитан Па, — сказала она.

— Капитан Фойл.

— Родригес сказал, что в итоге мы не забираем все три корабля на Титан.

— Верно.

— При этой миссии не предполагалось использование такого большого объёма боеприпасов, — продолжала Фойл.

— Тоже верно.

— Выходит, мы останемся в меньшинстве и разоружёнными.

Это звучало не как упрёк, скорее, просто констатация фактов.

— Мы не окажемся здесь единственными кораблями, — ответила Па. — У нас будет поддержка.

Спокойствие на лице Фойл впервые сменилось гримасой.

— Коротышки и пыльники. Ни на кого из них мы не можем рассчитывать.

— Мы все повязаны, — сказала Па, и Фойл кашлянула в ответ.

— Пока ты идёшь впереди, мы будем следовать за тобой. Лёгкой жизни нам и не обещано. Заплатки на месте, раны перевязаны. Если ты готова лететь, значит, и мы с тобой.

— Благодарю.

Фойл кивнула и разорвала соединение. Па вывела на экран широкомасштабную тактическую карту со всеми сражениями в системе. Пакет обновлений с Весты. Гонка между боевиками Вольного флота и десятком марсианских военных кораблей, когда силы Марко попытались покружить возле Марса. Силы обороны Цереры, преследующие Вольный флот. Орбитальная защита Земли перешла в состояние повышенной готовности, большинство патрульных кораблей покинули позиции и атакуют. Присутствие всей человеческой расы в Солнечной системе свелось к насилию. На самом краю дисплея, чуть не за гранью, едва не потерянные — «Джамбаттиста» и «Росинант», уже замедляющиеся перед кольцом врат, и два быстроходных боевых корабля, спешащие их перехватить.

«Удачи тебе, паршивец, — подумала Мичо, коснувшись рукой крошечной золотистой точки, отмечающей «Росинант». — Только не заставляй меня жалеть, что тебе доверилась».

А потом сказала по корабельному радио:

— Сообщение всем постам. Следуем к месту нового боя. Не задерживаемся.

Глава сорок вторая 

— Мои койо! — выкрикивал с экрана Мика эль-Даджайли. — Ты и твои солдатен! Я к тебе обращаюсь, Инарос. Что ты сделал с моей семьёй?

Марко прикрутил звук. Где-то рядом это видел кто-то ещё. Эль-Даджайли продолжал приглушённо ругаться и ныть, а тем временем «Пелла» поднималась с Каллисто в окружении полудюжины кораблей.

— Есть захват цели?

Не отводя сосредоточенного взгляда от монитора, Джози вздёрнул руку в знак подтверждения. Они шли всего на одной g, Но Марко мучила головная боль где-то в основании черепа. Неважно. Подумаешь — легкая боль, только и всего. У него ещё будет время с ней разобраться — когда враги перестанут отравлять воздух. Вокруг него командная палуба «Паллады» кишела людьми. Джози на контроле оружия. Карал на связи. Мирал что-то бормочет в головной телефон кому-то на инженерной палубе. Они — волки, стая хищников, готовая наброситься. Эль-Даджайли вопил что-то о мести. Что-то о предательстве Пояса ради собственной славы.