Пепел Вавилона (ЛП) - Кори Джеймс - Страница 65

Рассказывали, что самые нищие астеры жили в наклие годами. Но чаще их использовали так же, как и Мичо — для складирования и заправки. Дрейфующие склады, которые не вгрызаются налогами и тарифами в оперативный бюджет геологоразведчиков. Гипердистиллированная вода, чтобы снабдить пиратов реактивной массой, питьевой водой и кислородом. Старшие братья разбросанных Вольным флотом по космосу складов снабжения. На мониторе наклие выглядел будто древнее морское существо, все еще экспериментирующее с многоклеточностью. А позади — «Панчин», компактный и изящный.

Корабль так точно подогнал орбиту, что казался неподвижным за станцией, будто они соединены. Обшивку станции усеивали вспышки рабочего освещения и сварочных аппаратов, паучьи тени мехов, переносящих припасы с «Панчина». «Коннот» вырубил эпштейн еще несколько часов назад, чтобы не сжечь наклие и «Панчина», после чего спокойно вышел на плавную орбиту на маневровых. Торможение создавало скорее не силу тяжести, а намек на нее, так что Мичо свернулась в кресле-амортизаторе калачиком.

— Они нам сигналят. Ответить? — спросил Эванс.

Теперь у него все вызывало вопросы. После кошмара на Церере его самоуверенность разлетелась в клочья. Это проблема. Но как ее исправить, а равно и множество других, Мичо толком не знала.

— Ответь, пожалуйста. Дай им знать, что я заскочу.

— Так точно, — ответил Эванс, повернувшись к монитору. 

Мичо вытянулась, разогнав кровь по сосудам. Она не знала, почему чувствует тревогу перед новой встречей с Эцио Родригесом. Пусть они редко встречались, но она знала его много лет. Еще один партнер в затяжной борьбе против того, чтобы Пояс использовали и выбросили на помойку внутряки и их союзники. Но теперь он принял ее сторону против Вольного флота. Ей первый раз предстоит дышать одним воздухом с ним после того, как ее спасательная операция вылилась в то, во что вылилась. Чего заслуживает встреча с человеком, который согласен с тобой настолько, чтобы рисковать жизнями — своей и команды? Открытки с благодарностью?

Мичо рассмеялась, Оксана обернулась. Мичо покачала головой. Вслух это не смешно.

— «Панчин» подтверждает, — доложил Эванс. — Капитан Родригес в порту.

— Тогда в порт, — решила Мичо, выбираясь из ремней. — Оксана, корабль твой.

— Так точно, — отрапортовала Оксана, но в словах слышалось некое разочарование. 

Оксана тоже хотела бы отправиться с ней, но кому-то надо присматривать за Эвансом, а эти двое последнее время сблизились. Может, проведя немного времени с Оксаной, Эванса расскажет о том, что его беспокоит. Лучше бы, если инициатива оказалась его собственной. Приказать кому-то раскрыть личные страхи — не лучшая форма лидерства. И неважно, что Мичо его жена. Она еще и его капитан.

«Коннот» завис меньше чем в километре от «Панчина» и порта Евгении. Оксана немножко выпендривалась, но Мичо не возражала. Благодаря этому перебраться в порт будет быстро и просто. Скафандр у нее был марсианский — бронированный, но не силовой. Хорошего качества, как и всё, что выменял Марко. С ней отправились Бертольд и Надя, оба с личным оружием. Они вылетели из воздушного шлюза «Коннота» в прогал — медленно, чтобы сэкономить топливо — и обсуждали, чья сегодня очередь готовить, пока звезды скользили у них под ногами. Мичо почувствовала неожиданный прилив счастья. Удивительно, что люди могут всю жизнь прожить на поверхности планеты и ни разу не испытать подобного момента — близость дружной семьи и пустота, соперничающая с Богом в одном мгновении.

Воздушный шлюз сделали на полпути в одном из транспортных контейнеров, его стены отрезали простор галактики еще до того, как они достигли двери. Все трое залетели внутрь по очереди. Как только индикатор загорелся зеленым, Мичо запросила подтверждения у своего скафандра, отключила подачу кислорода и спешно расстегнула швы.

Воздух внутри вонял газопламенной сваркой и перегретым металлом. Ударные инструменты чьей-то музыки разносились дальше остальной мелодии, слегка сотрясая станцию. Равномерный, механический ритм. Огни — ничем не смягченные светодиоды, от которых по керамическим стенам ползли резкие тени, пока гости пробирались по длинным коридорам. Магнитные паллеты прилипали к поверхностям, без различий между стенами, полом и потолком. К каждой был прикреплен старый ручной терминал, показывая содержимое и его происхождение.

Женщина — оператор транспортного меха сдвинулась в сторону, когда они пролетали, а манипуляторы машины поджались, будто лапы паука. Она поприветствовала Мичо, Бертольда и Надю одинаково. Ее вид показывал — она не знает, кто они, и ей все равно. Пока все на одной стороне, они ей не мешают.

Капитана Родригеса они нашли в одном из хабов. В каждом из шести направлений раскрывали свои пасти по девять контейнеров, а всего пятьдесят четыре. Предполагалось, что они все должны быть полны. Мичо с первого взгляда стало ясно, что это не так. Эцио Родригес был узколицым мужчиной, в чьей подстриженной бороде виднелась седина, хотя лицо в целом выглядело молодо, с выбритой головой. Скафандр у него, как и у Мичо, был марсианского производства. Но в отличие от нее, свой он доработал: герб в виде звездной вспышки на спине между лопатками и разомкнутый круг АВП, какие носят на нарукавных повязках. Полдюжины человек перемещали паллеты в контейнерах вокруг, крича друг другу вместо того, чтобы пользоваться радио. Их голоса отдавались эхом.

— Капитан Па, — поприветствовал Родригес. — Бьен авизе. Мы заждались

— Капитан, — ответила Мичо. — «Коннот» пришел вам на смену. Наша очередь строить и охранять, са са?

— Добро пожаловать, — Родригес раскинул руки — Тут не много, но и не пустота.

В маленьком флоте Мичо каждый, один или в паре, должен был в свою очередь охранять и отстраивать порт, пока остальные охотились на колонистов или собирали разбросанные в пространстве припасы, попутно уворачиваясь от кораблей Марко. «Солано» захватил ещё один корабль колонистов — «Сияющий Ирис» с Луны— и теперь сопровождал его на Цереру, отдать оброк кесарю. Да и всё равно, порт Евгении слишком мал, чтобы держать такой огромный корабль. С другой стороны, «Серрио Маль» собирал припрятанные контейнеры, выброшенные с Цереры и Паллады. Они предназначались Евгении, а через неё — тем кто сильнее нуждался. Доставка припасов на Келсо и Япет была самой опасной, и Мичо взяла её на себя.

Хуже только совсем не лететь.

— Что-то выглядит скудно, — сказала она.

— Как уж есть, — ответил Родригеc. — В последние несколько раз небогато. Не то, что раньше. Хотя кое-что взяли.

— И много?

Родригеc расхохотался, как будто она выдала шутку. 

— Ну, есть кое-то интересное. Как раз для тебя.

Мичо почувствовала, как шевелятся волосы у неё на затылке. Она чуяла что-то плохое. Улыбнулась.

— Не стоило.

— Не мог упустить, — ответил Родригеc, включая двигатель своего скафандра и подруливая к проходу. — Сюда. Я покажу.

Он не просил оставить Бертольда и Надю, что уже хорошо. Она бы и не оставила. Но сама не знала, успокаивало ли её то, что он не старался отделаться от её охраны, или пугало — возможно, они уже не имеют значения.

— Бертольд, — позвала она, направляясь за другим капитаном.

— Понял, — ответил он. 

Его рука как будто случайно скользнула к прикладу оружия. Надя сделала то же самое. Перейти в состояние боевой тревоги для них всё равно что моргнуть. Добравшись до стен порта, Родригеc шумно приземлился, включил магниты на ботинках и погасил коленом инерцию. Музыка, которую они слышали до сих пор, смолкла, а Родригес оглядывался, словно хотел убедиться, что за ними никто не следит. Или наоборот, что следит.

— Заставляешь меня нервничать, койо, — сказала Мичо, догоняя Родригеса. — Ничего не хочешь сказать?

— Скажу кое-что, но не здесь. — Веселье и лёгкость голоса сменила мрачная напряжённость. — Везли его контрабандой мимо контрабандистов.

— Пока что не легче.

— Хочешь ты или нет, дело сделано.