Пьющий души (СИ) - Маслютик Алена - Страница 55

— Извини, рефлекторно, — проговорил он, вот только раскаяния в голосе не чувствовалось. — Чего тебе, Ведьма?

— Как это чего! — внутри черным снегом оседал испуг, остужая пламя ярости. — Ты вот так просто забираешь Настю, а из-за нее двое моих друзей попали в беду. Их схватили те, что проследовали вас! Один друг только позвонить успел… Эта рыжая знала где они, но, похоже, уже не скажет! А Настя говорила, что ты можешь помочь!

Парень зыркнул на сестру, та в ответ кивнула. Потом он как-то очень знакомо пошкрябал в затылке, сморщил лоб, состроил домиком брови. Стал вылитый Тимур, когда его спрашивают о чем-то не особо приятном, а он еще и в ответе не уверен.

— Вот блин! Почему ты так на него похож? — раздраженно выкрикнула Стася.

— На кого?

— На Тимку! Ты его копия. Это он, между прочим, нас предупредил, а теперь его схватили!

Парень еще раз зыркнул на сестру, Настя опять кивнула. Она вообще была до странности не многословна.

— Ладно, сейчас что-нибудь придумаем, для твоих друзей, Ведьмочка, а потом мы сразу уходим.

— Меня вообще-то Станислава зовут.

— Ага. Приятно познакомиться.

Парень сказал, точно отмахнулся, его внимание уже полностью ушло на выполнение задуманное. Он подошел к Рыжей, которая так и лежала на полу посреди комнаты, опустился на колени, сел на пятки рядом с головой тени, положил руку на ее лоб, заговорил не громко:

— Ты никого не нашла. Сосуд покинул город. Те, что сопровождали сосуд больше не нужны. Убивать их приказа не поступало, а Обряд испития они не пройдут, слишком слабы. Связать, что б под ногами не путались. Выбросить в ближайшем переулке. Ты все поняла?

Рыжая ожила, медленно кивнула.

— Повтори!

Рыжая повторила слово в слово.

— Тогда выполняй!

Рыжая опять кивнула и растворилась в воздухе.

— Все, мы уходим, — проговорил парень и направился к Насте.

— Как это уходите? А где мне теперь парней искать? Она их точно отпустит?

— Да! А парней найдешь! Включи свое чутье… В любом случае, я больше ничем помочь не могу. Пошли.

Он потянул Настю за руку.

— Извини и прощай, — тихо прошептала она Станиславе, позволяя себя увести.

Они сделали лишь два шага, и ноги Насти подогнулись, она повисла на руке брата, подняла на него широко распахнутые глаза, полные надежды и паники.

— Бездушные, — прошептали её бесцветные губы. — Псы…

— И Тени… — проговорил вслед за ней обреченным голосом брат.

И тут еще не до конца осознавшая, что происходит, Станислава услышала рев моторов.

Глава 20

Станислава и брат Насти одновременно оказались у заколоченного окна, выглянули сквозь щель. Из переулка, по которому прибежали сюда девчонки, выруливали черные тонированные иномарки формы джип: одна, вторая, третья. Добрались до центра пустыря, встали точно по линейке, носами к заколоченному дому. Мгновение и перед ними возникла Рыжая. В средней иномарке открылась дверь водителя, и вылез крупный лысый мужчина.

— Бездушный, — тихо вздохнула где-то за спиной Станиславы Настя, как умудрилась разглядела с середины комнаты, для Стаси осталось загадкой.

Вслед за первым из левой машины выбрался второй. Рыжая что-то проговорила, махнула рукой. Из правой машины выбрались еще двое бездушных, открыли задние двери, вытащили парней. У Станиславы сжалось сердце. Тимка упирался, хотя и безрезультатно, руки стянули за спиной, кроме порванной в двух местах рубахи и брюк на нем ничего не было. На лбу и щеке появились свежие ссадины, он болезненно морщился, если двигал головой. Мишка выглядел не лучше, вот только вел себя очень странно. Вышел из машины без сопротивления, стоял, где поставили, хотя не был связан, даже не пытался бежать или напасть на своих обидчиков. Рыжая опять заговорила, махнула рукой. Один из бездушных залез в багажник, выбрался с мотком веревки, начал вязать руки Мишке.

— Друзья твои? — уточнил брат Насти.

Станислава коротко кивнула.

— Ну вот, тебе их искать не придется, — улыбнулся парень и посоветовал. — Минут десять подожди и выходи. А мы с сестрой пошли… — он отступил, но его встревоженный окрик "Настя", заставил и Станиславу обернуться следом.

Настя забилась в самый дальний угол, вжалась в него. Её била крупная дрожь заметная издалека даже в таком сумраке. Когда ее позвал брат, она подняла голову и обреченно проговорила срывающимся от готовых пролиться слез голосом.

— Он здесь! Он пробудился! Хозяин совсем рядом…

***

Парень обернулся назад к окну, Станислава припала к соседней щели. Мишке, все так же безучастному ко всему, как раз вязали руки. Похоже, их и вправду собирались бросить и уехать, как велел брат Насти, но сейчас вдруг передумали. И Бездушные и Рыжая Тень, и даже мальчишки замерли, подняв головы к небу. Станислава и сама бы посмотрела, что их так заинтересовало, но ей мешал козырек крыши.

Воздух наполнил низкий рокот, а спустя несколько минут, длившихся казалось бесконечно, над пустырем завис маленький бело-голубой вертолет, медленно пошел на снижение. Рокот мотора заполнял все пространство пустыря, метался вместе с ветром поднятого лопастями от дома к дому, врывался в щели. Вот вертолет коснулся земли, заглушил мотор. Лопасти еще пробежали пару кругов на холостом ходу, остановились, боковая дверь скользнула в бок, и на землю достаточно бодро спрыгнул седовласый старик. Чем-то он напоминал аристократов, как их показывали в старых фильмах: в длиннополом пальто, брюках со стрелочками, начищенных до зеркального блеска ботинках, даже котелок на голове имелся. В руках старик сжимал тонкую тросточку черного дерева с причудливым серебряным набалдашником. Он оправил ворот пальто, стряхнул соринку с рукава, пригладил волосы и лишь за тем задумчиво оглядел пустырь, компанию, замершую неподалеку, и строения вокруг. И вроде равнодушным был этот взгляд, но Станиславе показалось, что старик точно знает о спрятавшихся в ветхой двухэтажке.

— Кто это? — Станислава неосознанно понизила голос практически до едва различимого шепота, а вдруг этот странный старик её вправду услышит.

— Не догадывалась? Хозяин собственной персоной, — от ненависти, кипевшей в голосе парня, у Станиславы зашевелились волосы на затылке. — Не поленился сам явиться! Неужели и вправду испугался? Да нет… Скорей уж лишний раз поиздеваться…

Он задышал неровно и глубоко, перекинулся в боевую форму, стал нормальным, опять изменился, все же взял себя в руки, отступил от окна. Станислава опять осторожно выглянула. Рыжая стояла перед стариком, слегка склонив кудрявую голову, что-то неслышно говорила. Старик смотрел поверх, будто и, не слушая, а потом вдруг вскинул руку с зажатой в ней тростью и с силой ударил девушку с боку наотмашь по лицу. Девушка наверняка могла отклониться или хотя бы руку выставить для защиты, Станислава видела скорость ее реакции в недавнем бою, но она ничего не сделала. Удар сбил с ног, уронил в мерзлую грязь, в подтаявший снег. Старик занес и опустил трость еще несколько раз. Станислава невольно пожалела девушку, хотя не испытывала к ней ни грамма симпатии. Рыжая вздрагивала каждый раз, когда трость опускалась, врезалась в тело, но не проронила ни звука, безропотно приняла все побои, встала, когда старик закончил избиение, поклонилась и, чуть прихрамывая, отошла к Бездушным.

— Вот ведь сволочь, — зло прошептал брат Насти. — Как всегда ни своих, ни чужих не жалеет!

А старик протер платочком и без того блестящей набалдашник, выбросил белый клочок ткани под ноги, пригладил волосы. Чуть прищурившись, пробежался глазами по окнам ветхой двухэтажки, остановил взгляд точно на окне, за которым замерла Станислава, а затем проговорил достаточно громко, что бы быть услышанным, но не на столько, что бы казаться грубым крикуном.

— Доченька! Долго еще собираешься с любящим папочкой в прятки играть!? Туки-туки выходи! Я тебя нашел.