Мачехина дочка (СИ) - Зиентек Оксана - Страница 98

— А разве то не из-за службы? — искренне удивилась я.

— Нет. — Рассмеялся кронпринц, глядя на недовольную гримасу на лице младшего брата. — Всего лишь за цвет волос. А еще — за способность пролезть куда угодно и добиться чего угодно. Поживешь с ним лет пять — десять, сама убедишься. Ладно, дети, пошли спать.

— Пошли. — Покладисто согласился Эрик. — Только с девочкой что делать? Малышка так сладко спит, что даже будить жалко.

— Жалко. — Согласился кронпринц. — Но надо. Это для нас она- малышка, а в деревнях таких уже замуж выдают. Если слуги увидят как кто-то из нас несет ее на руках, вся эта история с горничной и целителем покажется милой шуткой.

— А давайте занесем ее ко мне. — Предложила я. — Места нам хватит. Тем более, завтра Фенья все равно должна была помогать мне одеться.

— Разумная мысль. — Согласился принц Генрих. — Эрик, отнеси малышку, а потом помоги невесте справиться с крючками, раз уж ее горничная не дождалась. Только быстро, я тут подожду.

Не давая мне времени возразить, Эрик осторожно поднял Фенью с пола и занес в комнату, уложив на краю моей кровати. Потом повернулся ко мне, ожидая. Понимая, что без его помощи спокойного сна мне сегодня не видать, покорно повернулась спиной, стараясь скрыть смущение. К счастью, Эрик справился довольно быстро и, главное, молча.

— Доброй ночи, Синичка!

— Доброй…

Все еще стыдясь обернуться, я услышала шаги, а потом звук закрывающейся двери. Справившись с платьем, залезла под одеяло с другой стороны от сладко сопящей Феньи.

От нелепости всего происходящего стало немножко смешно. Сколько лет прошло с тех пор, когда мы с кузинами делили одну постель, чтобы беречь тепло? Попытавшись представить себе нашу старую комнату в господском доме на хуторе, я поняла, что большинство деталей просто стерлись в моей памяти. Кажется, совсем недавно я в воскресном платье кузины Хельге садилась с мамой в карету, радуясь и страшась в предвкушении новой жизни, а уже столько лет прошло. Я так и не стала красавицей, способной затмить собой всех, как мечтала в детстве. Не зря ведь даже жених, шутя, называет меня синичкой. Но, словно мой маленький маговестник, в замке папы-барона я напиталась силой, почувствовала магию и завтра взлечу.

— Осталось только дождаться утра и расправить крылья — подумала я, закрывая глаза.

Утро выдалось суматошным, чего и следовало ожидать. Замок, который и так обычно начинал оживать с рассветом, сегодня, кажется, вообще не замирал ни на минуту. Сопровождающие принцев рыцари с истинно армейской сноровкой собрались в дорогу, а теперь только терпеливо ждали остальных. Они оглядывали наши сборы с совершенно разными выражениями лиц: от снисходительного и любопытного до откровенно раздраженного.

Впрочем, я прекрасно понимала бравых рыцарей. Мне самой очень скоро захотелось побыстрее оказаться где угодно, только не во дворе замка Роде. Здесь сегодня было слишком много суеты. Суетились слуги, укладывая последнюю поклажу. Суетилась госпожа фон Ласбек, в последний раз требуя от бедной Хедвиг повторить все ее многочисленные наставления. Не скрываясь, плакала Эмилия, провожая в дорогу старшую сестру, а их почтенная матушка только постоянно прикладывала к глазам платочек. Отцы девочек, наоборот, выглядели исключительно довольными оказанной честью. Суетилась маленькая незнакомая старушка, бегая между каретами, словно не зная, куда пристроить свою потрепанную сумку. Бедная женщина выглядела настолько растерянной, что я не выдержала и потребовала от слуг выяснить, кто это и не нужна ли ей какая-то помощь.

После долгих расспросов мне, наконец-то, удалось выяснить, что эта дама — обедневшая вдова, чьи дальние родственники воспользовались удобным случаем, чтобы избавиться от лишнего рта. Несмотря на свое нездоровье, моя матушка все-таки вспомнила, что негоже благородным фройляйн путешествовать в одиночестве. Аргументы кронпринца о том, что мы — втроем, не сработали. Молодые незамужние девицы не могут считаться достаточно надежным сопровождением. И тогда неугомонная госпожа фон Ласбек через каких-то знакомых своих знакомых нашла эту пожилую вдову. Выслушав всю историю, я мысленно отметила себе, что надо бы присмотреть в дороге за бедной женщиной, волей родни вырванной из ее, пусть не очень уютного, но зато привычного мирка. Возможно, наша помощь ей понадобится гораздо больше, чем ее — нам.

Пока я размышляла над нелегкой судьбой нашей сопровождающей, на крыльцо замка вышла мама, заботливо поддерживаемая под локоть папой-бароном. Я понадеялась было, что уж теперь-то суета постепенно сойдет на нет, но ошиблась. Мама захотела лично проверить все приготовления, что только добавило беспорядка, окончательно превратив двор замка в растревоженный муравейник. Чем ближе был момент отъезда, тем больше нарастала напряженность. Казалось, стоит сейчас случиться чему-нибудь, хоть мельчайшей глупости, как всякое подобие порядка просто рухнет.

К счастью, ничего подобного не случилось. Папа-барон не выдержал и, извинившись, отошел, оставив маму на попечение служанок. Некоторое время во дворе то тут, то там раздавался его голос, по-хозяйски уверенно раздающий распоряжения, а потом суета стихла. Все вдруг уместилось, увязалось, утряслось и встало на свои места. Все еще раз попрощались со всеми, теперь уже чинно и важно, как и подобает благородным господам, и мы тронулись в путь.

Первое время мы с девочками сидели тихонько, словно оглушенные всей предыдущей суетой, но постепенно завязался легкий разговор ни о чем. Девочки жаловались на волнение, на бессонную ночь, на родительскую суету… словом, на все то же, что и мне не давало покоя. Я пока только кивала головой, не зная, что еще добавить к уже сказанному. И тут мое внимание привлек Эрик. Поравнявшись с нашей каретой, он знаками попросил приоткрыть окно. Думая, что он хочет нам что-то сообщить, я так и сделала. Но едва окно открылось достаточно широко, как в него проворно влетела небольшая птичка, держа в клюве полевой цветок. Опустившись на мою ладонь, пернатый вестник растаял в воздухе, оставив после себя это скромное подношение. Я тут же повернулась к окну и, не скрываясь, прижала цветок к губам, показывая любимому, как мне дрог этот знак.

— Повезло тебе, Агата! — Завистливо вздохнула Хедвиг — Ты сделала прекрасную партию. И, что немаловажно, тебе даже не пришлось для этого годами скакать на балах, изображая из себя учёную зверушку.

— Повезло. — Не стала спорить я.

— Да ладно, Хедвиг, на балах тоже не все так плохо. — Возразила подруге Эмма. — Но, все равно, с тобой, Агата, произошло настоящее чудо. Как ты себя чувствуешь в роли нашей будущей принцессы?

— Словно крылья вырастают за спиной. — Честно призналась я. — Кажется, стоит только расправить их, как тут же взлетишь.

Старушка-компаньонка, до этого молчавшая и казавшаяся полностью увлеченной какой-то книгой, оторвала взгляд от страниц и внимательно посмотрела на нас. Я ожидала, что она, как и многие мои воспитатели до нее, начнет упрекать меня в излишней мечтательности. Но наша спутница только закрыла книгу, оказавшуюся храмовой, и размашисто осенила нас знаком благословения. После чего, кивнув с улыбкой, дескать, не буду вам мешать, снова погрузилась в чтение. Карета плавно катилась по дороге, с каждым поворотом колес приближая мое будущее.

Первый брачный вечер

(Один короткий момент из истории Эрика и Агаты)

— Девочка моя, пора. — Ее Величество подошла ко мне и по-дружески взяла за руку.

— Как, уже? — В другое время я бы и сама с удовольствием сбежала из того переполненного зала. Когда я, как любая девчонка, представляла себе свою свадьбу, мне хотелось нарядного платья, пышного праздника, большого бала. Только бал я представляла себе таким. Какими обычно бывают балы в зажиточных домах нашей околицы. И даже не думала, насколько может быть утомительным действительно большой бал.

Сейчас, ближе к ночи, я бы с радостью исчезла куда-нибудь, оставив всю эту сиятельную публику развлекаться дальше без меня. Но, увы, до того момента. Когда мы с Эриком сможем остаться вдвоем, мне еще предстоит выдержать унизительный ритуал проводов новобрачной.