Мачехина дочка (СИ) - Зиентек Оксана - Страница 13

Графиня, легка на помине, приехала точно к обеду. Но в этот раз барон не стал ожидать привычного спектакля. Он сам вышел к гостье и сообщил, что Лили наказана за несдержанность и непочтительное поведение. И если графиня хочет с ней увидеться, то это прекрасно подождет до воскресенья (по его расчетам, к этому времени граф уже должен получить письмо и прислать ответ). А пока он может только пригласить гостью в салон на чашечку чаю, потому что его жене нездоровится и баронин сегодня не принимает. Вообще-то, это было вопиющим нарушением, чтобы баронин отказала в приеме графине. С другой стороны, если графиня является в чужой дом к обеду без приглашения, что тоже является вопиющим нарушением, то и отношение к ней соответствующее. Так что той ничего не осталось, как сослаться на срочные дела.

Проводив гостью, барон нахмурился. Он же четко дал понять слугам, что в этот раз он не потерпит неповиновения. Он прекрасно знал, кто носил записочки графине. Так же прекрасно знал, что за «верную службу» мальчишка каждый раз получал целых пол медяка — учитывая непростой характер как Лили, так и ее тетушки, существенная прибавка к жалованию посудомойки, которое получала его мать. И уж точно барон не собирался наказывать мальчишку за то, что он исполнил поручение. А вот с нянькой Лили надо было что-то решать. Пожилая женщина любила Лили, словно родную внучку, но она же и потакала ей настолько, что дальше такое терпеть было нельзя. Однако, и выгнать старуху — означало просто убить ее, ведь она жить не сможет без своей девочки. Надо будет узнать у управляющего, нет ли у няньки в деревнях какой-нибудь родни, к которой ту можно с почетом отправить в гости на недельку-другую. Да, — кивнул барон своим мыслям — это, пожалуй, будет самое удачное решение.

Графиня же в это время рвала и метала в своем загородном замке. Она ненавидела этот замок. Его длинные галереи, его толстые стены, его кафельные печи в расписных плитках… По-хорошему, здесь все надо было переделать еще лет тридцать тому назад, но граф упорно цеплялся за всю эту старину. Поэтому, когда графиня не была в столице, она более охотно проводила время в соседнем поместье. Белокаменный замок Роде был оборудован весьма удобно, а высокие окна и светлые стены создавали ощущение уюта. Особенно, когда жива была сестра.

То, что барон привел эту выскочку с ее отродьем, графиня еще могла стерпеть. Она даже стерпела то, что он женился на этой вдовушке. В конце концов, и слуги, и все соседи прекрасно понимали, что настоящая хозяйка в этом доме не она, а графиня. Но потом эта деревенщина родила фон Роде сына, и отобрала у Лили ее законное наследство. Теперь земли и титул больше не входили в приданое Лили, что делало ее всего лишь очередной богатой невестой на брачном рынке.

Да как он вообще посмел! Какой-то сельский барон посмел перечить ей, графине! Мало ему, что из-за него умерла ее любимая сестра, так теперь он хочет искалечить жизнь и Лили, ее маленькой девочке! Зачем, ну зачем ее сестра тогда так поспешно вышла замуж?! Графиня всячески убеждала ее подождать, обещала вывезти в столицу, найти ей партию, даже лучше чем старый фон Биркхольц. Ведь ее младшая сестренка была потрясающе красива, и, хотя Творец и не отмерил ей магии, происходила из магически-одаренного рода. Любому холостяку было достаточно просто навести справки в Дворянском Альманахе, чтобы выяснить, что и старый барон, и его старшие дети обладали довольно сильной воздушной магией, которую удачно передали по наследству… Но сестра уперлась, любовь у нее, видите ли. Какая чушь! С каких это пор аристократы руководствовались любовью при выборе супруга?! Власть, земли, увеличение магического потенциала рода… Но никак не любовь.

Однако, ее доводов никто не слушал, даже отец, старый барон, просто отмахнулся: «Оставь сестру в покое» — проворчал он — «Хендрик — хороший парень. И титул при нем, и деньги, и сам не промах.» брат, тот вообще рассмеялся в ответ на просьбы о помощи: «Ты сама-то всего три года как графиня, а уже мы, простые вольные бароны тебе не ровня? Спустилась бы ты с небес, сестрица.» Нет уж, она постаралась сделать все, чтобы Лили не повторила ошибок своей матери. Она с детства внушала ей, что любовь и брак для аристократов — понятия не тождественные. И нечего путать долг и удовольствие. Девочка выросла не только красивой, но и амбициозной, знающей себе цену. Такую не запрешь в загородном поместье. Вообще, есть люди, которые рождены повелевать, и она сделает все, чтобы ее семья поднялась еще выше в табели о рангах! Скоро будет бал, на котором второй принц будет выбирать себе невесту. И, хотя баронесс на отбор обычно не приглашают, графиня нашла нужные рычаги, чтобы племянница графа фон Биркхольц получила доступ во дворец. Она была уверена в успехе.

Метания графини прервал стук в дверь.

— ваша Светлость — доложила горничная — Модистка прибыла.

— Ах, да… Проводи ее в западную гостиную.

Графиня заказала на сегодня модистку, чтобы вместе с Лили продумать гардероб для столичных выездов. Но барон, будь он неладен, решил проявить отцовскую строгость именно сегодня. Как же не вовремя!

— Стой! — окликнула она горничную — Вели принести в западную гостиную платья госпожи Лили. Сегодня модистке придется снимать мерки с них.

Короткий путь в западную гостиную вел через семейный зал. Портреты предков мужа графиню не интересовали, поэтому она обычно проходила этот зал очень быстро, погруженная в свои мысли. Но сегодня она остановилась перед одним из самых новых портретов: Фон Биркхольц и она сидели в креслах, а рядом стояли их мальчики. Графиня вздохнула, в очередной раз заметив, как нелепо смотрелась ее юная красота рядом с графом, чьи виски уже тронула ранняя седина. А ведь этот портрет писался, когда старшему из мальчиков еще не было и двенадцати лет…

— Жаль, что у короля нет дочери, — сказала графиня, словно бы самой себе. — Но ты все равно станешь графом, мой милый — заверила она, ласково коснувшись пальцем щеки сына на портрете — Твой отец мне это обещал.

Глава четвертая: По следам древней легенды

Казалось, эту новость обсуждала вся округа. От Швингебурга до Кранборга, от Блитерстерпа до Горнборга… К девице Трауте фон Дюринг приехали женихи. Сразу трое.

Нет, в том, что девица из достойного рода оказалась просватанной, ничего такого нет. Большинство девиц рано или поздно выходят замуж, если, конечно, она не совсем уж уродина или нищенка какая-то. И даже то, что на руку одной девицы претендует несколько кавалеров, тоже никого не удивляет. Особенно, если девица хороша собой или родители дают за ней знатное приданое. Бывает даже, что замуж зовут совсем уж «залежалый товар» — старых дев. Особенно, если жених — вдовец и сам уже не так молод… Но чтобы случилось все и сразу, такого не могли вспомнить даже самые древние фру этого тихого провинциального уголка.

А начиналось все вполне предсказуемо. Некогда небогатый, но сильный и воинственный род фон Дюринг в последнее время совсем захирел. Жена предпоследнего владельца поместья, госпожа во всех других отношениях достойная, после первенца-сына родила своему мужу целых три дочки. Многовато, конечно, но иные и поболее дочерей замуж выдавали. Только для этого надо было хозяйничать на земле, достойную добычу в дело вкладывать, каждую серебрушку дважды в пальцах прокрутить, прежде чем потратить. Старый же фон Дюринг, кроме как мечом махать, ничего больше не умел. Так что бóльшая часть его добычи так и утекала сквозь горло холодной струйкой пенистого пива. Госпожа же фон Дюринг хозяйствовала умело и ловко, однако же, не жена в доме глава, но муж. Ему и деньги в руки.

Сына фон Дюринги еще женили удачно. Девица хоть и не принесла в род значительного приданого, но и совсем в одной рубашке в новый дом не пришла. выкупа особого родители за нее не требовали, все-таки, за единственного сына и наследника отдавали, быть ей хозяйкой на своем поместье. А вот к дочкам без приданого никто особо не сватался. Только и ухитрились, что спихнуть старшую Анну за соседа. Вроде, все удачно сложилось: без приданого взял, старший из братьев, хозяин. Но уже три года спустя вернулась Анна к родителям молодой вдовой, да еще и дочку с собой принесла. Очередной рот к и так не сильно полному котлу.