Личный призрак (СИ) - Маслютик Алена - Страница 63

Чародей коротко кивнул сразу обоим и присел рядом со связанным. Прошептав слова поиска, пару раз провел вдоль туловища мужика, не касаясь его. Потом понимающе усмехнулся, запустил руку в карман брюк оглушенного и достал оттуда грубо обработанный камень на толстой цепи из темного серебра.

— Если бы Ваш друг, — проговорил Ханар, глядя на Ктара, что переминался чуть в стороне с ноги на ногу, опасаясь приближаться, — не брал чужое, а уж тем более амулеты Хаоса, спокойно бы забрал дочь без происшествий. А так ждите когда в себя придет.

Убрав находку в сумку, маг встал, подошел к барьеру, начертал в воздухе руну открытия, и купол с тихим шипением рассеялся, оставив после себя легкий запах озона.

— Дети проснуться через час, — сказал Ханар, и, взглянув на Мирхея, добавил, — Нам нужно поговорить с глазу на глаз. И еще, распорядитесь, что бы мне принесли несколько веревок, чем длиннее, тем лучше, и пару горшков золы. Кроме того, было бы не плохо, если бы вы отправили кого на разведку, что бы знать, когда к нам пожалуют светлые маги. Еще мне нужны две лошади и припасов на три дня пути. Лошадей я позже верну, а припасы — оплачу прямо сейчас.

— Все сделаю, — кивнул Мирхей, — Только уж не обессудьте, но плату не возьму, даже не уговаривайте.

Пока староста распоряжался насчет детей, оглушенного мужика, кого послать в разведку, лошадей, припасов, веревок и золы, Ханар прошел сквозь полосу берез и взглянул на Место веры. Со времени битвы на ней мало что изменилось: та же черная глянцевая субстанция покрывала землю, лишь несколько трещин змеилось по ней там, где ассасин устроил взрыв. Неподалеку все так же лежала туша Хроу, и где-то там же, не видимые отсюда валялись плащи жрецов. Сзади раздались шаги, слишком легкие для старосты.

— Красотами любуешься? — спросила Лета и, присев на корточки, ковырнула пальцем черную субстанцию, которая по ощущениям напоминала застывшую смолу.

Вопрос явно не требовал ответа, и Ханар промолчал, с интересом наблюдая за действиями девушки, но ничего не происходило. А значит, если это покрытие когда-то и содержало магию, то теперь было абсолютно инертно.

— Господин Наритан?

Ханар повернулся спиной к месту веры и протянул старику светло серый камушек на кожаном шнурке. Подвеска представляла собой грубо вытесанное лицо с бородой.

— Это ж Матыр? — удивился старик, — Зачем мне дух достатка? Его обычно молодым дают, во время свадебного обряда.

— Это лишь оболочка, что бы в глаза не бросался. А так-то это амулет от замутнения сознания, — успокоил маг, — Ваши мысли будут защищены, от нежелательного вмешательства. Наденьте сейчас.

— Ханар, а у тебя сумка не бездонная случайно? — с любопытством поинтересовалась Лета. — На все случаи жизни амулет найдется.

— Только заготовки, а заговорить любой это дело пяти минут, — тихо, едва ли не одними губами, ответил маг, отвернувшись от старика, — Жаль, одного все ж нет: от любопытства одной болтливой особы.

Лета обиженно фыркнула.

— Что? — не понял Мирхей, который отвлекся, пока завязывал шнурок на шее.

— Ничего. Скажите лучше, кроме Вас, ещё кто-то в деревне знал, что у Соя есть дар?

— Дарей, возможно догадывался, — задумавшись на несколько секунд, ответил старик, — А уж делился ли он своими подозрениями с кем-нибудь, не знаю.

— Хорошо. Теперь слушайте и запоминайте. Я забираю Вашего внука и Канамэ.

— Я так и думал, — грустно вздохнул Мирхей.

— Девочка слишком слаба сейчас, что бы притягивать благословение, но дар в ней виден — не спрячешь. Единственная возможность ее защитить, взять с собой как возможную кандидатку в мои ученицы. Сой, пока Канамэ бездействует, вообще пуст как маг, но разделять этих двоих нельзя. Поэтому мальчик поедет со мной в качестве проводника по местным лесам, а позже, я планирую взять его к себе в замок слугой. Это официальная версия.

— Другую мне знать не положено, — старик понимающе кивнул.

— Пока что нет, для вашего и их блага.

Дед почувствовал, как по спине скатились мурашки, это подступающее одиночество гладило ледяными пальцами, а ведь старик был уверен, что избавился от него навсегда, с появлением внука.

— Я думаю, — проговорил маг, заметив грусть собеседника, — что Вам скучать будет некогда.

И словно в подтверждение слов Ханара, к Мирхею быстрым шагом подошли двое парней, уже знакомых магу. Один на плече нес несколько мотков веревки, другой тащил в двух ведрах золу.

— Староста, мы принесли, что просили.

— А я первее, — воскликнул один.

— Ты сжульничал, — не согласился другой.

— Не правда!

— Правда! Жучара!

— Хватит, — резко одернул обоих Мирхей, — Что за спор на ровном месте?

— Ты, — Ханар кивнул тому, что с веревкой, — соедини веревки между собой, обойди вокруг Места веры, обвяжи его. А ты обсыпь золой, так же по кругу.

Парни переглянулись, затем взглянули на Мирхея, но так ничего не сказав, принялись за дело.

— Я бы хотел проверить, как обстоят дела в других деревнях, из которых к вам люди перешли, — едва помощники скрылись из вида, проговорил Ханар, — Сой знает, как туда попасть?

— Да, конечно. Только не думаю, что в ближайших, хоть кто-то остался, все к нам перешли. Три их было, с кем давний союз. Две совсем рядом, около часа пешком, до третий на час дольше.

— А дальние?

— Из них вообще уже очень долго никого не видели. Да я Вам об этом уже рассказывал.

Ханар кивнул, решив для себя посетить те, что будут по пути, а остальные оставить другим магам.

— Мы закончили, — хором выдохнули помощники старосты.

— И теперь я первее!

— Молодцы! А теперь отойдите подальше, — маг выразительно взглянул на Лету, мол, и тебя это тоже касается.

Удостоверившись, что все достаточно далеко, Ханар связал концы веревки, закрепил их руной «Непрерывности», начерченной прямо по воздуху сложенными вместе указательным и средним пальцами, и прочитал заклятье «Стена пепла». Веревка натянулась и зависла в метре над землей, а зола, словно подхваченная ветром, что дул от земли к небу, устремилась вверх, поглотила веревку, но не остановилась, пока не достигла верхушек берез. Место веры оказалось за полупрозрачным, серым пологом, надежно отделенное от остальной деревни.

— И надолго это? — обеспокоенно спросил старик.

— До приезда магов, официально посланных Советом, — ответил Ханар, и прикинув, что еще есть время, решил все таки поужинать.

***

Поесть полноценно Ханару опять не удалось. Травяной настой заваривался, а маг, в ожидании его готовности, задумчиво жевал пирог, когда в кухню ввалился деревенский мальчишка, приблизительно возраста Соя. Маг, от неожиданности поперхнувшись пирогом, закашлялся.

— Меня послали сказать, что гости уже здесь, — звонко выпалил он и, не дождавшись ответа, выскочил обратно.

Подхватив сумку, Ханар велел Сою поторопиться, и вышел.

Жара к вечеру пошла на убыль, и Лета с удовольствием вздохнула полной грудью прохладный, напоенный чем-то пряным, воздух.

Четыре лошади ждали у крыльца. Две оседланные принадлежали магу, а две другие, груженные припасами и вещами — деревне. То одна, то другая лошадь встряхивала головой или переступала с ногу на ногу, и едва слышно позвякивала упряжью.

Предполагалось, что на одной поедет маг, на другой — дети. Но терпеть Лету за спиной всю дорогу до Ригорна Ханар не смог бы, так что решил, когда они покинут приделы деревни, девушка пересядет. На чем поедет Крим, чародей даже не думал, как-то же ассасин преследовал их и не отставал столько времени.

— Лета, — тихо подозвал к себе Ханар девушку, выныривая из размышлений, — иди, я помогу тебе в седло забраться. И пожалуйста, чтобы сейчас не случилось, не слезай, а то догонять будешь на своих двоих.

Из дома вышел Сой, ведя за руку Канамэ, и замер, не зная, что делать дальше. Чародей показал на вторую лошадь, велел усадить девочку и быть готовым в любую минуту отъезжать. Подошел Мирхей, в сопровождении уже знакомых парней, принялся что-то тихо приговаривать Сою. Ханар случайно скользнув по ним взглядом, заметил, как дед пытался незаметно всунуть мальчишке маленький узелок из темной ткани, тот, отказываясь, отодвигал морщинистую руку деда. Раздался глухой звяк, и чародей отвел глаза, поняв, что старик пытался материально помочь внуку.