Рыжее несчастье для босса - Лакс Айрин - Страница 5

И едва переступила порог кухни, как подалась назад с возмещённым воплем:

– Вы бы хоть дверь закрывали!

В принципе, ничего особенного. У кухонной мойки обжимались двое – собственно, мой старший брат Димка со своей ненаглядной жёнушкой. Ладно бы обжимались, целуя друг друга, так Альбина ещё усердно проводила рукой исследования в штанах моего брата. И судя по блаженному выражению на лице Димки, процесс ему нравился. На мой вопль первым среагировал Димка. Кажется, он тоже смутился. А вот Альбине хоть бы хны, спокойно вынула руку из штанов и обернулась, немало не краснея:

– Привет, рыжая. А разве ты не завтра должна была прилететь? Предупреждать, вообще-то, надо.

– Я же говорила, что мы меняли билеты, – сумка с грохотом приземлилась на пол, а я всё же прошествовала за глотком воды, причитающемуся уставшему путнику. И, едва смочив горло, не удержалась от ехидства:

– Я несколько раз звонила совсем недавно. Вообще-то. Дим, лифт давно сломался?

– Вчера вечером, – наконец, подал голос братец и высунул голову в коридор, ужаснувшись, – ты ограбила весь рынок? Откуда столько барахла?

– Ха-ха, очень смешно. Его было почти столько же, когда я собиралась на курорт. Ладно, мне нужно отдохнуть с дороги.

И, не слушая, что там собирается сказать мне Димка, развернулась, направившись к себе. Открыла дверь своей спальни – вот тебе, Милена, ещё один сюрприз!

– Это ещё что такое? – возмущению моему не было предела. Я даже ногой от злости топнула. Да как они посмели!

Глава 6. Милена

Квартира у нас с братом была четырёхкомнатная. И места всем хватало, пока брат не женился. И вот тогда вдруг оказалось, что трёх спален, одного огромного зала и балкона катастрофически мало для порывов творческой натуры Альбины. Она работала дизайнером интерьеров, а в свободное время рисовала в жутко модном стиле нео-портрет и поп-арт. Причём в последнее время доходы от её творчества начали увеличиваться, и она всё чаще подумывала о том, чтобы бросить основное место работы, даже несмотря на то, что, по сути, была фрилансером. А поскольку порыв её творческой натуры не знал границ, то вскоре под нужды Альбины была отведена комната. На минуточку, в её распоряжении была целая комната! А что я вижу сейчас в своей спальне? Где моя кровать и вся мебель из комнаты? Тут и там расставлены мольберты, у стенок стоят холсты, на полках шкафа многочисленные тюбики и баночки с краской…

– Не успел тебе сказать, – возник за моей спиной Димка, закидывая руку на плечо, – небольшая перестановка.

– Небольшая? Это ты называешь небольшой перестановкой? Да вы с ума сошли! Где все мои вещи?

– Так ты же сама незадолго перед отъездом вещи складывала, собираясь переехать к своему парню… – присоединилась к разговору Альбина. А тебя, вообще, не спрашивали, зло подумала я.

– Мало ли для какой цели я их складывала, – возмутилась я, – тем более что я не всё ещё сложила и не давала никому разрешения копаться в личных вещах! Теперь моя спальня находится на месте мастерской великого художника, да?

– Нет, – потупился Дима, – мы затеяли там ремонт…

– Так, подождите… Меня не было всего недели полторы, а вы тут развили такую бурную деятельность, что диву даёшься! Как только времени на всё хватило?

Нет, я всё же не поверила словам Димки и решила сама убедиться. Внутри меня ещё теплилась какая-то надежда. Как оказалось, зря. В прошлой мастерской были содраны все обои до штукатурки и сорван с пола ламинат. Комната стояла пустой и подготовленной к капитальному ремонту…

И где мне теперь бросить свои уставшие кости?

– Временно перекантуешься в зале, пока не переедешь, – пропела Альбина нежным голоском.

– Где все мои вещи? – проигнорировала я её тонкий, как шкура носорога, намёк.

– Часть в кладовке, а часть я отвёз в гараж, – беспечно пожал плечами Димка.

– Ага.

Я так поняла, что именно Альбина решала, какой именно части моего барахла стоять в кладовке между гладильной доской и пылесосом, грубо говоря, а какой – валяться в автомобильном гараже в пыльном углу. Димка же, посмотрев на меня, как самый настоящий трус, решил ретироваться восвояси, бодро заявив:

– Ладно, девочки, попейте чаю, поболтайте… А мне пора, нужно объехать пару объектов с утра!..

Трус переоделся со скоростью света, нежно поцеловал жену, отвесил мне лёгкий подзатыльник со словами: «Пока, рыжая!» – и был таков.

– Сам ты рыжий, не меньше моего!

А может, даже больше. И хоть отцы у нас были разные, но мамочка-то одна на двоих, потому нам обоим досталась шевелюра «с огоньком». Причём на мой скромный взгляд, Димка был намного более рыжим, чем я. Но все шуточки по поводу рыжины отчего-то сыпались именно на мою голову.

Вот как пошло всё наперекосяк, так оно и продолжало идти. Я оттащила сумки в зал, запихнув их за кресло. Настроения разбирать их не было от слова «совсем». Я выудила из сумки обязательный атрибут поездки любого отдыхающего – магнитик и прилепила на холодильник.

Кстати, было бы неплохо подкрепиться. Я открыла дверцу холодильника и окинула грустным взором полупустые полки. Так я и думала. Творческая натура и не думала ничего готовить. Наверняка опять кормила Димку макаронами и яичницей, изредка разбавляя меню загодя намороженными мной пельменями. Нет, так никуда не годится! Я достала тесто из морозильной камеры и поставила его в микроволновку на режим «разморозка». Надо хоть пиццу испечь на скорую руку. Альбина прошла на кухню и села у барной стойки, наливая себе ромашкового чая.

– Что-то собираешься готовить?

Я нарочито громко начала копаться в чашках, делая вид, что не услышала её вопроса, но настырная сноха не отставала, повторив вопрос. Второй раз игнорировать её я уже не стала.

– Да, Альбина. Представляешь, нетворческие личности иногда откушать изволят. Пищу материальную, а не духовную.

– Скажешь тоже, – фыркнула она в ответ, интересуясь следом, – тебе помочь?

– Лучше просто не мешать! – заявила я и поспешила на выход, потому что в холодильнике даже малюсенького кусочка сыра не завалялось ни в одном из углов. Не представляю, чем эта парочка собирается питаться, если я от них съеду. Честно говоря, мне абсолютно плевать, что будет есть Альбина, пусть хоть ворс от кисточек грызёт или акрил из тюбиков лижет, но Димку жалко. Отощает, бедолага! Он хоть и вредный, но всё-таки единственный братец…

Кстати, Альбина хоть и была натурой тонко чувствующей и творческой, но ела, как обычный и ничем не примечательный представитель серых масс пролетариата вроде меня. Вечером она наравне со мной и Димкой уплетала за обе щеки пиццу и шустро черпала ложкой суп из домашней лапши на курином бульоне.

– Вот, Алька, учись! – похвалил меня Димка.

– Боюсь, за тот короткий промежуток времени, что Милена будет жить с нами, я не успею… Кроме того, я считаю, что нужно направлять энергию в то русло, где она даёт бо́льшую отдачу. Кому – творить, кому – супы варить.

Вот гадина, даже спасибо не сказала! Не зря говорят, что непрошеный гость – хуже татарина. А что делать, если непрошеная сноха, их роду-племени, подбила под каблук братца? Который, к слову, мгновенно согласился со словами Альбины. Нет, похоже на этом фронте меня ждёт полнейший разгром…

Глава 7. Милена

Настроение у меня было гаже некуда. И не только потому, что меня временно выселили из моей комнаты без спроса. Я всё время держала сотовый телефон подле себя, ожидая, что с минуты на минуту раздастся телефонный звонок от Максима, который будет сокрушаться по поводу моего таинственного исчезновения… Моё воображение уже рисовало яркие картины, раскрашенные всеми цветами взаимного влечения и интереса. И ему было плевать, что реальность била иным – желанного телефонного звонка не раздалось ни в субботу, ни в воскресенье, ни уж тем более в понедельник.

Надежда на продолжение бурного знакомства таяла не по дням, а по часам. Наверняка надо было признать, что проведённая вместе ночь была просто… Волшебной – тут же завопило глупое сердце. Случайной – возразил скептик-разум. А кто из них прав, пусть рассудит время… Так думала я, спокойно попивая чаёк утром понедельника.