Рокировка (СИ) - "KaroT" - Страница 89

Джеймс Поттер стал самым большим разочарованием. Нет, отец любил свою семью и сразу же примчался, оставив, едва отрытую усыпальницу какого-то там ацтекского божка. Впрочем, как прилетел так и ускакал, едва Гарри смог самостоятельно передвигаться и исчезла угроза его жизни и здоровью. Слил свои воспоминания, начиная с детства и заканчивая минутой перед аппарацией, и был таков.

— Ты не обижайся на отца, — Лили устало вздохнула и отвернулась к окну. — Он не любит сидеть на месте. Рутина никогда его не привлекала. Он любит свободу и ветер в лицо. На следующий же день после семнадцатилетия Гарри, он сгрузил с себя главенство Рода и всё с ним связанное, собрал рюкзак и исчез на целый год. Чтобы потом появиться на день, раздать подарки детям и родственникам, получить хук справа от Сириуса, зонтиком по хребту от Петуньи и снова исчезнуть. Правда, после радостной встречи он больше не забывал поздравлять с праздниками и днями рождения детей, родственников и друзей…

Иметь отца-путешественника, конечно лучше, чем не иметь вовсе; лучше, чем выслушивать скупые рассказы его школьных друзей. Тем не менее, Гарри был очень разочарован. Однако закружившись в водовороте очень взрослой жизни, ему откровенно некогда было предаваться грусти. По меньшей мере, три часа в день в течение года, он погружался в чужие воспоминания. Знакомился с членами теперь уже собственной семьи и учился. Узнав, каким был лорд Поттер, он поклялся, что непременно станет таким же, как его взрослая копия.

Поначалу его обуревали сомнения относительно своих возможностей, однако экономика, руны и прочие знания очень легко укоренялись в памяти. Сириус, мама, младшие братья, семейство Лонгботтомов — все-все, тотчас отзывались, если у него возникали вопросы. Хотя сложностей возникало немало. И неумение колдовать без палочки — лишь малая толика того, что у него не получалось в первое время. Гарри загонял себя до изнеможения. На предложения домашних, отдохнуть он отмахивался, ведь нужно было столько выучить, стать достойным Главой рода и это не говоря уж о работе в отделе Тайн. Так продолжалось несколько месяцев, пока в один прекрасный день его не обездвижили и не отлевитировали из лаборатории, где он пытался раскрутить, разложить на чары магические завихрения родового артефакта, пользуясь записями дневника старшего Гарри.

— Ты в курсе, что загнанную лошадь пристреливают? И совсем не потому, что разочаровала хозяина, а потому что она никогда уже не поднимется.

Гарри настороженно взглянул на маму и осторожно сел.

— Я обязан…

— Кому? — поинтересовалась Лили, склонив голову к плечу и не спуская с него пристального взгляда.

Тогда он произнёс целую речь. Оглядываясь назад, становилось смешно. Он был таким наивным и безрассудно смелым. Хотел объять необъятное. Хотя даже после шести лет жизни в этой реальности, он не знал и десятой доли того, чем владел здешний Гарри. И совсем не потому, что после памятного разговора, большинство знаний, так и остались лишь воспоминаниями и записями.

— Это твоя жизнь, ребёнок! Не моего старшего сына. А твоя! Живи так, как хочется. Занимайся тем, что нравится. Единственное о чём прошу, не забывай кем ты родился. Чья кровь в тебе течёт…

Да. Там много чего было. После этого разговора он словно бы сбросил с себя тяжелую ношу. На следующий день отправил в Министерство заявление об увольнении. Министр тотчас прибежал. Он был крайне расстроен, но ждать лет двадцать, пока лорд Поттер овладеет необходимыми знаниями, ясное дело, не мог. Прощались со старичком как добрые друзья, какими в сущности и являлись. Ведь никто кроме мамы не знал о школьнике-подселенце.

Бывшие коллеги, друзья и семья поддерживали его все эти шесть лет. Развивать семейный дар, к которому имел склонность, быть Главой рода и отцом троих детей — своих ровесников, дело весьма хлопотное и сложное. С Катриной они не то чтобы подружились, скорее смирились друг с другом. Однако взгляды, время от времени бросаемые на него, тревожили. Словно она о чём-то догадывалась.

— Конечно догадывается, — проворчала Лили, когда он поделился своими тревогами. — Женщина всегда тонко чувствует своего мужчину…

Как бы то ни было, Гарри оставил всё как есть. Спустя два года после перемещения у Катрины появился магический партнёр. Ну, а ещё спустя год, путешествуя с матерью по Европе, он столкнулся с магом, увидев которого, буквально остолбенел. Хорошо, что ничего не ляпнул. Хотя надменно вздёрнутая белобрысая бровь и насмешливые серые глаза, глядевшие на него с тонкого взрослого лица, вызывали подобное желание. Эта встреча в очередной раз перевернула всю его жизнь.

— Ты снова хочешь заболеть? Пинки! Чай с мёдом хозяину!

Гарри на секундочку блаженно прикрыл глаза, когда его окутало тёплым пледом и сильные руки прижали к широкой груди. Сухие губы ткнулись в висок. Краем глаза уловив в стекле отражение лица своего магического партнёра, он вздохнул и улыбнулся. С ним можно расслабиться и недолго побыть просто Гарри.

А со временем он обязательно станет мастером Артефактологом, чтобы гордиться самим собой так же, как гордилась им семья. Всё остальное он уже имел.

КОНЕЦ