Ник, или Восемьсот тридцатый день сурка (СИ) - "Ruslan-der" - Страница 29

Олег заглянул мне в глаза. Потом ухмыльнулся, снова пригнулся к моему уху и добавил:

— И твоей попке это даст несколько лишних часов передышки.

Олег и сам почувствовал, что разговор у нас уж слишком нежный получается. Он отодвинулся от меня и звонко шлепнул всей пятерней по ягодице. Сильно шлепнул, ее будто обпекло.

— Она у тебя как, дышит? — хохотнул он в полный голос. — Если берет передышки — значит, дышит!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Каламбурщик хренов!

— Только нужно так сделать, чтобы Вадик не догадался, — пробормотал я, потирая горящую кожу. — Сначала отсюда уйдешь ты, дождешься, пока отвалит этот пидор, а потом, минут через десять-пятнадцать, вернешься за мной. Но не раньше!

— Чего это? — возмутился Олег. — С какого я должен на Вадика ориентироваться!

— Мой свадебный каприз, милый! — злобно буркнул я. — Придешь раньше — все отменяется!

Второй раз меня убили как раз на выходе из квартиры. Я тогда еще не догадывался, что нужно шифроваться, и пошел вместе с Олегом. Вадика будто скипидаром облили — он устроил грандиозную истерику, размахался кулаками, сломал мне нос, получил от Олега по яйцам и уполз на кухню. А оттуда уже вернулся с ножом… Все ничего, но в сердце Вадик не попал, и мне потом пришлось еще два часа мучиться…

Я отодвинул Олега, вошел в ванную и закрыл перед его носом дверь. Пассивы имеют право на интим!

*

— А вот и Гошик! — закричал «продюсер», едва я появился в комнате. — Вовремя! Мы отсняли, как твой друг, «ничего не подозревая», спускается из своей квартиры к тебе. Дверь открыта, и он заходит. Дальше нужно уже твое участие. Одевайся!

Я натянул на себя одежду, парни снова стали выкручивать мне руки и тянуть к кровати, а Вадик в это время «заглянул в комнату». Олег «его заметил» и втащил внутрь. Пассива тут же бросили рядом со мной. Я и дредоносец как могли изобразили ужас на лицах, после чего меня начали раздевать, а пассика связали и усадили в угол — дожидаться своей очереди.

— Ну вот! — деловито бубнил Костик. — Остальные сцены уже сняты. Теперь нам нужен финал. Я вот что думаю: ставим мальчиков на кровать, трахаем, периодически меняясь, а они при этом лижутся. Отличный финал!

— Я сегодня больше в зад не могу, — мрачно сказал я.

— Что ж это за финал! — возмутился Сергей. — Как трахались, так и трахнемся! В чем концовка-то?

Костик был не из тех, кто обижается. Не был он и из тех, кто пасует перед трудностями.

— Тогда так: Гошик на спине…

В общем, через пару минут мы все снова были голыми. После моих громких и решительных протестов мой драгоценный анус обезопасили тампоном — где-то нашли упаковку ватных дисков, вылили на один из них полтюбика мази ромашки с подорожником («Заодно и полечишься!») и с помощью лейкопластыря прикрепили поверх моей многострадальной дырочки. Долго не продержится, но долго и не нужно!

Меня уложили на спину. Серега забросил мои ноги себе на плечи, и мы попробовали изобразить анальный секс. На самом деле его член просто елозил снизу по моей заднице. Вроде получилось, при определенных ракурсах казалось, что Серый меня реально трахает. Костик заснял пробных десять секунд и остался доволен.

Тогда рядом поставили на четвереньки Вадика. Олег пристроился позади, щедро смазал анус, поразрабатывал его немного, а потом медленно, в несколько приемов вошел. Пассив отозвался на это протяжным стоном. Костик запечатлел для человечества и это действо.

По задумке «продюсера» активы должны были соприкасаться плечами, а мы — бедрами, так что Олегу с уже вставленным в пассика членом пришлось подвигаться по кровати ближе к Сереге.

Когда и это было сделано, Вадик повалился грудью на мою грудь. Мы, пока нас будут трахать, должны целоваться. Гениально! Два гетеросексуала, дружившие с детства, в момент, когда им рвут анусы два насильника, вдруг решили полизаться! Тарковский! Кинуть бы Костика в один из тех переплетов, в которых я бывал!

Поначалу все вроде получалось. Серега с Олегом синхронно (а как иначе, если они были плотно друг к другу прижаты!) совершали ритмичные движения бедрами. «Мой» актив целовал при этом лежавшие на его плечах колени (мои колени!), что вызывало у меня понятные приступы гордости. Актив Вадика дотянуться мог только до плеча Сереги, так что он тоже целовал мои колени, точнее — одно колено. Я с высоко задранными в воздух ногами старался как-то «гасить» толчки Серого, чтобы уберечь «тампон». При этом я потихоньку заводился и от своего положения, и от движений горячего твердого члена по заднице. Вадик тоже «уплывал», только громко, со стонами и вскриками. Грудь пассика тяжело давила на мою грудь, но это не мешало мне с ним целоваться, а заодно и ласкать его спину. А что, спина красивая, она же не виновата, что ее хозяин — ревнивый убийца!

В общем, потенциал у нас был на самый грандовый из гранд-финалов. Обкончались бы все, зритель нас за морями спермы и увидеть бы не смог!

Но тут мой замечательный «тампон» с лентой скотча выпал. И выпал прямо в кадре! И остался лежать на простыне!

Костик чертыхнулся и выключил камеру.

— Просто сбрось на пол! — возмутился я. — И поехали дальше!

— Да фигня какая-то! — отозвался Костик. До этого момента он молчал, но мой выпавший «тампон» дал ему возможность, наконец, высказаться. — На экране ничего не разобрать! Какое-то нагромождение шевелящихся тел!

— Ну и ладно, — буркнул Серега. — Тогда продолжаем просто для удовольствия, а ты че-нить смонтируешь!

Костик согласился, что смонтировать «че-нить» он, пожалуй, сможет. Но лучше все-таки снять гранд-финал.

Мы спорили еще минут пять. Всем хотелось потрахаться, а «продюсер» хотел гранд-финала. В результате «продюсер» победил. Просто потому, что за эти пять минут весь наш пыл развеялся.

Я отослал Олега в душ, а Вадик опять поменял простыню. Откуда у нашего «продюсера» столько одинаковых простыней! Он что, порно на дому снимает?

Вернулся охранник, весь влажный и свежий. Его уложили на спину, причем с подушкой под головой. Мы с дредоносцем встали на четвереньки по обеим сторонам от мужчины. Так, чтобы он смог наслаждаться отличным видом на наши оттопыренные задницы. Актив просунул руки каждому между ног и взялся за члены. Мы соответственно пригнулись к его пенису, чтобы вдвоем ему отсосать.

— Что это за финал, где двоим просто дрочат? — недовольно пробурчал Вадик. Он хотел, чтобы Олег трахнул его в задницу.

— Зато необычно! — парировал Костик.

Камера была включена, и мы принялись за дело. Дредоносец сразу же оттеснил меня от члена Олега, и я без особых возражений сосредоточился на вылизывании кубиков на животе актива. Было сексуально. Вообще, живот у Олега смотрелся хорошо. А с учетом того, что сам Олег должен был мне достаться на всю ночь, я был вполне доволен. Не хватало только горячего твердого члена, елозящего по ягодицам!

Серега уселся на грудь Олега, лицом к охраннику. Долго пристраивал ноги — мешали мы с Вадиком, но отодвигаться от мужчины нам категорически было нельзя. Потом Удав приподнялся и стал трахать Олега в рот.

Качество дрочки сразу упало. Охранник просто дергал члены, «доил» их. К тому же в наши с Вадиком попы стал то и дело врезаться зад Сереги, иногда буквально сбивая на кровать, а иногда вклиниваясь между нами с такой силой, что мы валились в разные стороны. Да и ноги Удава мешали, никак не могли устроиться на простыне достаточно твердо.

В принципе, мы бы так кончили. Не слишком хорошо, но кончили бы все. Серега, однако, уже через минуту весь этот онанизм прекратил.

— Как трахаться, когда тут развернуться негде! Не протолкнешься! Муравейник, блин!

(function(w, d, c, s, t){ w[c] = w[c] || []; w[c].push(function(){ gnezdo.create({ tizerId: 364031, containerId: 'containerId364031' }); }); })(window, document, 'gnezdoAsyncCallbacks');

Наша фигура распалась.

Костик что-то орал, на что Серега равнодушно отвечал, что сценарий нужно продумывать до того, как соберутся актеры. Олега тем временем опять отослали (я отослал!) с «секретной миссией» в душ.

Наконец, мы улеглись на кровать. Снова влажный и свеженький Олег взял мой член в рот, я взял в рот член Сереги, Серега — Вадика, а Вадик — Олега. Получилось кольцо из четверых парней. Нетривиальненько!