Звездная память. Земля (СИ) - Легасова Татьяна - Страница 8

Его глаза были испуганными, как будто его застали за преступлением, и я явно прочитала в его глазах попытку отследить мою реакцию. Что за странность? В себе я отметила, что при его появлении я почему-то покраснела изнутри и немного засмущалась. Что это? Неужели он мне нравится?

-Мне нужно поговорить с тобой, - как можно увереннее, стараясь упрятать свои истинные чувства подальше, выпалила я. Я заметила, что он хотел переместиться куда-то в другое место, словно быть здесь ему было неловко. Я неожиданно взлетела - он снова это со мной делал! - и стала двигаться по воздуху в сторону освещенной комнаты спереди. Как же меня бесит, что он все время управляет мной насильно, заставляет меня что-то делать, притащил меня на этот корабль, не говорит о том, зачем, постоянно перемещает меня по своему усмотрению по воздуху из комнаты в комнату! От негодования я дернулась, пытаясь спуститься на пол, но энергетическая хватка моего кукловода была настолько мощной, что даже если бы нас, людей, в этом воздушном капкане была целая кучка, все было бы бесполезно.

Он успешно транспортировал меня в помещение, я решила, что это была комната отдыха, потому что там стояло что-то наподобие диванов, и комната была наполнена диковинными растениями с невероятными запахами, которые притягивали своими ароматами, заставляя желать остаться здесь и вдыхать их.

Как только я почувствовала под ногами пол, я сделала несколько шагов в сторону к уже привычной для этого корабля стеклянной стене и раздраженно сказала:

-Не мог бы ты не поднимать меня в воздух, как куклу без моего на то разрешения!

Казалось, что он все еще был в замешательстве и не совсем включился в мое возмущенное состояние. Он как-то отстраненно смотрел на меня, его волосы растрепанные немного свисали на лицо, его клатси попеременно мерцала то прозрачным фиолетовым цветом, то темным цветом индиго, и я только что заметила, что он стоял босиком. У него были такие же, как у людей ноги с пятью пальцами на одной стопе, только вот размер ноги был, как у снежного человека. Это почему-то стало мне смешно и немного расслабило изнутри.

-Я сделал это, чтобы защитить тебя, - сказал он немного напряженно. Его голос был мягче, чем в прошлый раз и меня почему-то растрогала его интонация. Где-то очень глубоко на кончике интуиции я понимала, что между мной и ним есть какая-то связь. Голова не могла этого объяснить, я не могла понимать, что это за связь, но я поймала себя на мысли, что он мне нравится. Нравится, как мужчина, особенно, сейчас, когда он немного очеловечился, стоял передо мной босой и с растрепанными белыми волосами. Он уже не выглядел так устрашающе, казался проще и чувствовался более открытым.

-Я была в опасности? - немного мягче спросила я.

Он смотрел на меня пристально, и я увидела, как по его шее побежали мурашки. Он немного поежился, словно пытаясь сбросить с себя наваждение.

-Стояла слишком близко от меня, - сказал он, все еще не отрывая своих ярких глаз от меня. Сейчас я смогла получше разглядеть его большие глаза. Они были созданы словно из потока света, будто два светлых солнца освещали своим взором все, с чем соприкасались. Зрачки имели четкий контур цвета индиго, а внутренняя часть радировала фиолетовым светом. Но в глубине был синий оттенок, который лучился и поблескивал, придавая глазам бездонность полуденного океана.

-Красивые, - подумала я, глядя ему в глаза. Неожиданно его зрачки расширились, словно от удивления и если бы он умел краснеть, то, наверное, бы покраснел, так четко ощущалась эта знакомая мне энергия смущения. Мгновение, и до меня дошло, что он может слышать, что я думаю. Я краснеть умела. Потупивши свой взгляд в пол, я взяла секундную паузу, чтобы перевести дыхание.

-Я разговаривала с Ксиасом, - начала я, снова подняв на него свой взгляд. - Он сказал, что ты будешь решать, возвращать меня назад на Землю или нет. Это правда?

-Да, - сказал он, и от его уверенного голоса у меня перехватило дыхание.

-Скажи мне, ты вернешь меня домой? - с вызовом произнесла я.

-Я не знаю ответа сейчас, - сказал он, и я почувствовала разочарование в его голосе. - Что тебя волнует? - вдруг спросил он, внимательно всматриваясь вглубь меня.

Я вспыхнула. Эта его телепатия может быть очень неудобной. Я попыталась отвлечь его внимание от меня внутри своими словами.

-Мои дети остались на Земле.

Он замер, немного склонив голову влево, словно напрягся и размышлял.

-Они уже взрослые и у них есть отец, они будут в порядке, - как-то излишне логично прозвучали его эти слова. Можно подумать, я этого не знаю.

-Дело в том, что это больно, когда ты расстаешься с любимыми людьми! - снова с каким-то вызовом бросила я. - У тебя есть любимый человек, с кем бы ты не хотел расставаться? Вы вообще умеете любить?

-Любовь является основой этой Вселенной, ею созданы все формы жизни, включая твою и мою расы. И ты и я можем любить, - сказал он, глядя на меня поглощающим, настойчивым, уверенным взглядом.

С головы до ног меня ошпарило какой-то будоражащей сводящей с ума энергией. Резко, словно открылось что-то внутри меня, прорвалось благодаря его смелым и правдивым словам, я ощутила, что начинаю всплывать вверх, охваченная вместе с Та Элом плотным энергетическим кольцом. В шоке я увидела, что он взлетает вместе со мной, и мы начинаем сближаться в полете. Страха не было, только от чего-то дрожали и руки и ноги, и кружилась голова. Как только расстояние между нами сократилось примерно до двух метров, мое тело начало сотрясать мелкой вибрацией, кожу стало щипать электрическим жаром, и я поняла, что я пропала. Я зажмурила глаза и обхватила себя руками, словно пытаясь спастись, как маленький ребенок. Звать на помощь было некого. Неожиданно я ощутила, как моя клатси резко вспыхнула белым светом и вырвала меня из удерживающего меня кольца. Мы оба с мужчиной грохнулись на пол, он на ноги, словно ему было привычно приземляться, а я на попу. Я подняла на него свои испуганные глаза и заметила, что он сделал какое-то движение вперед, словно хотел поднять меня, но вовремя спохватился и метнулся назад.

Он не сказал ни слова, и мне показалось, что он был шокирован не меньше моего. Я почему-то поняла, что это не он поднимал меня, что он не контролировал то, что произошло. Это испугало меня еще больше. Я послала ему мысленно призыв отойти от прохода, что он тут же и сделал. Я с трудом поднялась и на дрожащих ногах как могла быстро вышла из помещения и бросилась по коридору в сторону комнаты адаптации.

Спустя час дрожи и внутренних метаний я немного успокоилась. По моим ощущениям мой земной день уже клонился к вечеру, и я ощущала усталость. Сегодня должна была быть моя последняя ночь в комнате адаптации, интересно, куда они меня потом поместят?

Ошарашенное состояние еще сопровождало меня. Я явно ощущала информационно-событийный перебор. За два дня на меня свалилось столько всего, что я не справлялась с перевариванием всех событий. Я сидела на летающем стуле и смотрела в космическую даль. Это очень успокаивало. Меня достала тишина корабля, и я попросила Крипту включить для меня гармонизирующую музыку. Мелодия действовала на меня благоприятно. Это были очень красивые звуки, напоминающие нежный перелив колокольчиков, перемешанный со звуком падающей воды и стрекочущих насекомых. Гнева уже не было, появилось какое-то смирение с тем, что со мной произошло. Я сидела и понимала, что меня похитили пришельцы, один из которых мне, кажется, приглянулся, это притом, что я замужем, а он встречается с женщиной, ненавидящей меня. Абсолютно любой на корабле может прикончить меня, просто подойдя ко мне поближе и долбанув меня током. Мы летим на другой конец Вселенной неизвестно зачем, но именно там решится моя будущая судьба. Либо меня вернут домой, либо неизвестно что. Разбудите меня!

В этот момент мне было одиноко, и я понимала, что только моя внутренняя связь с той силой, что создала меня, приводила меня в баланс. Я настраивалась на нее и чувствовала, как она обволакивала меня теплом и давала возможность все выдержать. Периодически по щекам текли слезы, то от безысходности, то от смирения. Я не хотела думать о том, что произошло сегодня между мной и Та Элом. У меня не было никакого разумного объяснения, его и не могло быть, а разъяснять мне что-либо никто здесь не намеревался. То, что я проявила в своем сердце к нему симпатию, ни о чем не говорило. Мало ли кто может мне понравится! Это я себя так успокаивала. Потому что создавать для себя дополнительные страдания мне вовсе не хотелось.