Звездная память. Земля (СИ) - Легасова Татьяна - Страница 32

-Ты даже на руки ее сейчас боишься взять, электрический, - злобно крикнул Рут, удаляясь в свой корабль.

В небе над космопортом послышался гром и взметнулось несколько молний. В этот момент я поняла, что истерика готова прорваться наружу в виде мучительного вопля. Но этого не произошло. Сквозь агонию боли я услышала мысленный приказ Тиса успокоиться и прийти в себя. И, будто во сне, я ощутила себя так, словно мне вкололи львиную дозу обезболивающего прямо в сердце. Мир вдруг стал розовым, открывая моему взгляду высокого седовласого мужчину, стоящего прямо передо мной. В своей агонии я его не заметила ранее. С виду он был похож на старца, но немощным он не выглядел. От него исходила невообразимая сила, та, от которой мурашки бежали по спине, и которая вызывала беспрекословное уважение. Я уставилась на него и поняла, что то, что происходило здесь, заставило его вмешаться. Просто смотря на него, мне сразу стало ясно, что он был кем-то, кто следил за порядком на Оме. Здесь были запрещены любые формы насилия, именно поэтому Рут и Тис должны были немедленно покинуть планету за использование внушения по отношению ко мне. Руту запретили появляться здесь в течение тридцати лет за насильственное принуждение и попытку задержать меня на искусственной планете. Ему также навсегда запретили посещение сектора космоса в районе Млечного пути.

Я ощутила, что старец снял с меня внушение Тиса, но боль вернулась уже в гораздо меньшей форме. Находясь рядом с духовным существом такого высокого порядка, большая часть страданий как-то автоматически испарилась, и я смогла дышать немного свободнее.

-Таня, - сказал он вслух, и от его голоса я ощутила благоговение, наполняющее все мое существо. - Твоя планета не должна была быть покинута, сейчас я все исправлю и отправлю тебя домой через пространственно-временной портал, возвращая тебя в тот же самый момент, из которого тебя забрали. Тебе необходимо завершить свою земную миссию, получить все свои уроки.

Мое сердце защемило от того, что пришел момент ухода от родной души, от того, кто, как мне казалось, был частью меня, моим продолжением, моим светом. Я повернулась и посмотрела на Та Эла. Его клатси уже не была такой черной, но я заметила, что ее свечение горело очень тускло, словно угасало на моих глазах.

-Позвольте мне попрощаться, - обратилась я к старцу.

-Ты можешь это сделать и когда будешь готова, просто мысленно призови меня, - сказал он и исчез.

Я робко посмотрела на Та Эла.

-Прости меня, - прошептала я, зная, что он меня слышит. Слезы снова потекли по щекам, и он немедленно приблизился ко мне. Когда я посмотрела в его глаза, я увидела широту, сравнимую только с бесконечно разрастающейся Вселенной. Чувство было такое, словно он взял эту маленькую трагедию, пережитую нами недавно, и поместил ее в более широкую картину нашего звездного пути. Я видела его боль, его чувство вины, что не смог уберечь и защитить меня, но это мучение было лишь частью того, что было у него внутри. Там была любовь по силе равная всем океанам Вселенной, та, что своим сиянием растворяла и поглощала любую бурю, любой шторм, любое страдание. Это его чувство распахнуло мое сердце, и я поняла, что мы снова взлетаем вверх, начиная светиться и сиять в едином потоке нашего обоюдного чувства.

Он взял мои руки в свои большие теплые ладони и потянул к себе. Это не было страстью. Это было, как когда два солнца притягиваются в одно, чтобы осветить образовавшимся светом миры. Это было притяжение двух подобий, не идентичных, но идеально дополняющих друг друга. Это было, как возвращение домой в сердце другого живого существа. Это было настоящим, вечным, истинным. Нам не надо было говорить. Просто находясь в близости друг с другом, мы исцелялись, взаимопроникали и возрождались. Словно две части одного аккумулятора, соединяясь, мы воспламенялись в нашем лучезарном свете, сметая все, что могло быть этому преградой.

Абсолютно исцеленная, наполненная его любовью, пониманием и добротой, я прошептала:

-Найди меня.

-Обещаю, - ответил он и прикоснулся к моим губам своими. Пространство вокруг нас загорелось фиолетовым шаром и мне показалось, что я не вижу разницы между им и мной.

-Где бы ты ни была, я внутри тебя, - сказал он, - ты меня узнаешь, кем бы ты ни стала, что бы с тобой не произошло, знай, я - это ты.

В этот момент я увидела, как знак, нарисованный природой на его лбу, словно получив слепок, проник в мое сердце и заякорился там в виде горящего фиолетового символа.

-Та Эл, - сказала я, - пусть моя любовь к тебе хранит тебя сквозь все, что тебе предстоит пройти. Сквозь время и расстояние, я приду к тебе. В Вечности мы едины.

Наш поцелуй был долгим, я хотела напитаться этим всепоглощающим счастьем на жизнь вперед, чтобы смочь дожить, чтобы добежать до него снова, где бы нам ни пришлось снова пересечься. Я не отрывала глаз от своего Та Эла даже тогда, когда явился старец и закрутил воронку, уносящую меня назад на Землю. И даже оказавшись в родном лесу на Земле, обжигаемая ледяным дождем, я все еще видела его свет, льющийся сквозь время и расстояние, пока воронка, вернувшая меня домой, не схлопнулась и не разразилась громом и молниями.

Глава 8. Земля

-С днем рожденья, с днем рожденья! - скандировали мне мои подружки, поздравляя с сорокалетием на набережной, по которой мы прогуливались летним вечером.

Для кого-то это повод расстроиться, мол, стареем. А для меня это - еще слишком молода, чтобы умереть и вернуться к тому, по которому ноет сердце. Дети. Только они и держат меня здесь. Все остальное, словно проходит мимо, как лента кинофильма вот уже два с лишним года. Развод с мужем стал облегчением, не смогла я играть роль счастливой семьи после того, что пережила. Разойтись было легко и для меня и для него. У него, как выяснилось, уже давно был роман на стороне, к ней он и ушел.

Моим детям в этом году исполнилось восемнадцать, взрослые, они уже жили своей жизнью, пару раз в неделю приезжая ко мне в деревню, чтобы налопаться до отвала любимой еды и поцеловать свою дорогую мамочку.

А мамочка спасалась лишь работой, со своим новым даром телепатии мне удавалось глубже консультировать людей, помогая им разбираться в себе и решать жизненные сложности.

Мои озабоченные подружки все пытались пристроить меня к какому-нибудь разведенному другу, начальнику, знакомому, не понимая, как хорошо мне наедине с моей внутренней болью и тоской. Кроме моих воспоминаний о пережитом у меня не осталось ничего. Земная память жестока, она нещадно стирает яркие краски воспоминаний, оставляя внутри лишь отголоски того, что было пройдено. Иногда мне казалось, что этого и не было вовсе, словно волшебный сон, очаровавший меня и растаявший с рассветом.

-Таня, - услышала я голос Наташи, - пойдем в ночной клуб, повеселимся там.

-Нет, - сказала я с улыбкой, - девчули, простите меня, но я устала, поеду домой.

-Как всегда, - обреченно сказали девчата хором, - даже в свой праздник занудничаешь.

-Я вас люблю, - ответила я, обнимая и целуя подружек на прощание.

Подобрав длинный подол зеленого атласного платья, которое меня заставила купить Ната, чтобы выглядеть потрясно на свой юбилей, я забралась в свой белый джип и с облегчением вздохнула.

-Ну, вот и все, можно теперь ехать в свою нору и побыть в тишине и спокойствии.

Дорога загород заняла примерно сорок минут, когда я подъехала к дому, было уже почти темно.

Открыв ворота, я припарковала машину у дома. Вечер был изумительный. Жар летнего дня остывал багряным закатом на горизонте и на небе уже были видны россыпи ночных звезд. Я вышла из машины и глубоко вздохнула. Пьянящий воздух, пропитавшийся ароматами трав, заставил меня закрыть глаза от удовольствия и потянуться.

- Ты роскошна, моя прелестная королева Земли, - вдруг услышала я мужской голос и буквально подпрыгнула на месте от испуга. Обернувшись на звук, шокированная и онемевшая, я увидела Рута, сидящего под пологом на качелях, стоящих в саду дома. Не веря своим глазам, я несколько раз моргнула, пытаясь убрать галлюцинацию с поля зрения. Не вышло. Он все еще сидел там, красивый, пленительный, родной. Мое сердце забилось с удвоенной силой, потому что передо мной стоял мужчина из моих стертых воспоминаний, пришелец из сказки, даже, играя свою не совсем положительную роль в том давнем сценарии, он был оттуда, куда я мечтала попасть снова.