Знак Харона (СИ) - Уткин Михаил - Страница 46

Альтер взлетел на высоту роста, после чего замахал мне, призывая свернуть. Я запрыгнул на высокий валун и увидел впереди удаляющиеся спины тех самых гигантских существ-кактусоедов. Когда призрак подлетел ближе сказал:

— Эти твари не похожи на хищников. Идут на юг, так что какое-то время будем держаться за ними. Думаю так будет безопаснее.

Глава 35

После ровной площадки «Первых боёв», земля пошла буграми. Небольшими, но окрестностей дальше полусотни метров не видно. Так что для меня, да и для каждого зверя, глаза которого находятся на высоте человеческой головы тут, что ни шаг то новость.

На Торе работает для мобов схема экологических ниш. Они не появлялись из ниоткуда. Каждое существо должно где-то родиться, питаться и расти. У каждого зверя в зависимости от обстоятельств меняется и поведение. От наглого превосходства, когда моб смотрит лишь на уровень противника, до трусливой осторожности избегания любой непривычной добычи.

В густонаселенной местности живность часто вырезается подчистую, так что игрокам приходиться качаться на домашних животных. Как вариант покупать противников на арене, либо платить местному клану за вход в их данж. Как вариант, забираться в поля-леса и горы, что находились далеко от городов, а там ломать голову, как вытащить добычу, да не попасть грабителям.

Но все эти сведения относились к той десятой части «бублика», что исследовали игроки. В «Пустыне сезонов» с окраины которой я сейчас пытался выбраться, работает базовая модель экологии, что оставалась везде куда не добрались разумные вооруженные существа (не важно игроки или неписи). Что это значило для меня? Понимание, что эта локация одинокому воину не по зубам. Это стало ясно буквально через сотню метров, да один взгляд на часть карты разведанную вороном.

Кусака, кружит в разведочном режиме над головой и прилежно передает что видит. Карту я, плюнув на реалистичность мира, наложил на поле зрения, выживание сейчас главное. Я лишь убрал ее в верхний угол.

Ворон показывает «круг разведки» наложенный на местность. Радиус обзора триста метров, и этот круг просто кишит множеством серых точек разных размеров, что постоянно перемещаются. Нейтральные цвета живности поначалу успокаивали, но не долго.

Вот одна серая точка, прямо по курсу, сошлась с другой, и едва я поднялся на пригорок, как до меня донеслись последние звуки схватки: рычание и скрежет, которые секунд через десять прекратились.

Рыжий крокодил с короткой квадратной мордой рванул залитую кровью добычу разлегшуюся у него под ногами, и в воздухе болтнулась длинная лапа, оканчивающаяся широким копытом. Правда вдоль стройной голени добычи два ряда длинных игл, так что сомнительна у этой безымянной дохлой твари доброта и травоядность.

Крокодил с бульдожьей мордой рывками проглотил откушенный кусок мяса и уставился крошечными налитыми кровью бусинами глаз. Над головой твари повисло:

«Катранах» 69 ур.

Зверь облизнулся длинным коричневым языком, припал к земле передними лапами и над землей прокатилось бульканье, словно у него в глотке закипел чайник со свистком размером с бочку.

Рычание не грозное, зато уровень и жесты однозначны. Вряд ли приветствует, надо держаться подальше. Да и серое пятно на карте, подписанное «катранах», начало наливаться угрожающей краснотой.

— Все-все, понял. Трапезе не мешаю, приятного аппетита, — забормотал я пятясь за пределы видимости.

— Твоюжемать!

Хоть и скрылся, но карта стараниями носящегося в вышине некроврана, показала, как быстро багровеющее пятно, быстро движется в мою сторону. Похоже этот свистлявый крокодил решил поразнообразить диету мелким двуногим.

Молясь, чтобы у зверя не оказалось тонкого нюха я помчался со всех ног прочь. Но не успел отбежать и десятка шагов, как из-под ног вынырнул призрак и воскликнул:

— Сверху!

Я обернулся на бегу и обнаружил неспешно подплывающий по небу серебристый шар метра три в диаметре, из которого свисал длинный гофрированный хобот. Вот только на конце этого хобота полуметровая зазубренная игла, искрящаяся каплями по краю словно роса на листе. Вот только вряд ли это роса.

«Оуаух» 78 ур.

Я сдавленно матюкнулся, и со всех ног рванул дальше. Путать следы некогда, но я мчался «змейкой» пусть они хоть виляют, и нужно поставить между собой и приближающимися тварями как можно больше кустов для маскировки складывающейся из расстояния и площади видимой поверхности.

После очередного изменения направления бега, земля раскрылась кротовьей норой, и за спиной раздался тяжелый удар. Обернувшись, мельком глянул на здоровенную гидру, что промахнулась всего метров на десять. Даже не пытаясь рассмотреть ее статы, припустил во все лопатки вперед.

— Блин! А еще и километра не прошел, — сдавленно процедил я сквозь зубы.

Метка катранаха, тем временем, вновь стала серой. Крокодил, судя по карте решил вернуться к оставленной добыче. Гидра же сделав несколько скачков похоже потеряла меня из вида за очередным пригорком и нырнула под землю. Алое пятно на карте как появилось внезапно, так и исчезло. Летучий же шар со скорпионьим хвостом-хоботом продолжал волочиться следом, к счастью медленно, да так и оставаясь серым на карте.

Тут под ноги бросилась поляна иглистых сорняков, вроде тех что я мотыжил будучи под управлением духа. Босым ногам по ним, как помнилось, ступать хлопотно, хорошо вовремя увидел извилистую дорожку из сломанных игл. Такую дорожку оставлял хвост восьмилапого существа, названия которого еще не разобрал. Его спина маячила уже гораздо ближе.

Но едва преодолел иглистую поросль полянку, как навстречу прыгнула затаившаяся в засаде очередная гидра. К счастью, всего 36 уровня, но и от нее едва успел увернуться.

Гидра с размаху шлепнулась на иглы, по ушам резанул вой, и подземная тварь заворочалась кропя их кровью. Впрочем, полоска здоровья, появившаяся под названием, просела не сильно, так что ревет не сколько от предсмертных мук, сколько от обиды.

Альтер устремился было к ней, грозно улюлюкая, однако я отпрыгнул еще дальше. Мотыжить десять метров игл чтоб в конечном итоге попасть ей на завтрак? Ну уж нет, я дернул призрака «поводком» курсора и рявкнул:

— Охраняй!

К счастью бета заскользил следом без лишних расспросов что означает эта странная команда… Ругаясь сквозь зубы, я вскочил на белесый каменный пригорок, вытянувшийся под ногами. Кое где на нем из трещин пробиваются пучки красной травы, а из-под ног так и прыснули мелкие ящерицы всевозможных форм и оттенков серого, коричневого и бурого. Те что покрупнее убирались с дороги неспешно, да еще шипели недовольно вослед. Я замечал на бегу десятки новых названий, но не вникая отбрасывал, смотря лишь на уровень мобов 3-5-8… Это не противники и похоже сами спасаются на камне от существ посерьезнее.

Призрак плыл рядом, и крутил головой разинув рот, провожая взглядом каждую новую тварь.

— Что, Альтер, смотрю в новинку для тебя столько ящеров? В лесах-то живности поменьше будет?

Полупрозрачная фигура взлетела выше, посмотрев назад, где уже почти пропал из вида летучий шар и, скользнул ближе, ответив:

— Да, в наших лесах на-амного меньше. Здесь же просто ужас какой-то!

— Ничего, брат, — выдохнул я на бегу, — доберемся до восьмилапов, должно быть попроще. Вон они близко уже, виднеются. Лишь бы продолжали топать туда куда и нам нужно.

Каменный останец похожий на белесого червя, закончился исчезнув под глиной. Слева пахнуло свежим навозом, и я на бегу отметил внушительную пирамидку оставленную восьмилапом. Впрочем, кому вонь, а кому провиант. К пирамидке то и дело подлетали насекомые, хватали длинными задними лапами целые пригоршни вязкой массы и уносились прочь, трепеща радужными крыльями, наполняющими окрестности жужжанием.

Наконец дорожка, змеящаяся за хвостом привела к огромной филейной части гигантского кактусоеда, над которой наконец всплыло название.