Крестопереносец (СИ) - Булыух Михаил - Страница 7

- Посадник я. Граф по-вашему. Имя мое Володимир Ярович Дымов. Под моей рукой восемь погостов и три волости Бежецкой Пятыни земель Господина Великого Новгорода. Нас, посадников, в Пятыни десятеро. И у каждого свой уезд. Мой – самый большой. И кстати… Предвосхищая вопрос. У меня замка тоже нет.

Граф!!! Вот так удача! Скрестить меч, преломить копье с графом-еретиком, и показать ему силу истинной веры Христовой!!! Не это ли мечта любого уважающего себя рыцаря???

Константин вскочил.

- Граф Вольдемар Йароуитч Димофф! Как благородный человек, ты обязан предоставить мне коня, доспех и копье! И сразится со мной не на жизнь, а насмерть за право называться победителем и защитником истинной веры! Я…

- Да сиди уж, оглашенный… Будет тебе и доспех и копье… и даже бафы будут… Но только позже. Ты же сейчас на ногах еле стоишь, какой поединок? Поправься сначала. Вот, на, выпей… Че морщишься, квас это. Хреновый квас. – Дымов снова рассмеялся. – В смысле - хороший. Просто с хреном.

- Что такое бафы? Защитные накладки? Наручи? Поножи?

- Ну да, ну да… Накладки. Давай так. Сначала я тебя немножко поспрашиваю, а ты отвечай. Только честно…

- Я всегда говорю правду! Честь рыцаря…

- Ну, вот и ладушки.

- Но если ты будешь сподвигать меня отринуть веру святую, или задавать вопросы недостойные…

- Не буду, не буду… Не переживай. Так вот, я тебя поспрашиваю, потом расскажу все… Но не то все, что знаю, а то все, что тебе знать положено… Кондратий, ты как, понимаешь, о чем мы тут? Как у тебя с франкским?

- Отец Кондратий.

- Ой, да достал уже… Тут же все свои.

- Плохо у меня с франкским. Через два слова на третье разумею.

- Ну ка, подь сюды…

Епископ пододвинулся, и Володимир Ярович, поплевав на кулак, со всего размаху саданул священника по лбу. Тот пошатнулся, но с табурета не свалился. Полбу мигнул. Бить святого отца? Пусть и еретика!!! А если бы в нос попал? Расквасил бы. Да за такое… Ад гарантирован! Еретических священников нужно исключительно вешать, не марая рук кровью. Так отец Сильвериус объяснял, и Константин прилежно запомнил.

- Тебе, Боромир, помочь не смогу, сам понимаешь…

- Понимаю. Я просто так посижу, погляжу. Очень уж я люблю смотреть на их лица, когда…

- Хорошо. Только не ржи слишком громко.

- Слишком – не буду.

- Кондратий, ну как? Дошла наука?

- Дошла, дошла… - Епископ потер лоб. – То ли я заматерел, толи удар у тебя ослаб… В прошлый раз с японцем тем, больнее было.

- Могу повторить, - улыбнулся посадник.

- Не надо, - быстро, уже по франкски, ответил слегка качающийся священник. – Наверное, просто японский сложнее воспринимается… Сэр Константин, позвольте представится. Я епископ Бежецкой Пятыни отец Кондратий. Церкви наши не в ладах, знаю, и вот-вот большая братоубийственная война начнется, тоже знаю… Скорблю по этому. Ведь во Христе все мы братья.

- Ты еретик, и веришь во Христа неправильно! И не чтишь святой Марии!

- Чего это не чту? Очень даже чту. Богородица, и в православии весьма уважаемая личность. Впрочем, сейчас не о ней, зачем дергать женщину по пустякам… Сейчас о вас, доблестный сэр. Так уж случилось, что теперь вам придется в православие перекреститься.

- Вы можете пытать мое тело, но вам никогда не сломить мой дух! Грязные еретики!!!

Константин вскочил.

- Да сядь, успокойся… - посадник строго зыркнул на рыцаря и тот плюхнулся на табурет как марионетка, у которой обрезали веревочки. – Кондратий, ну зачем ты так, сразу, а? Вот учу тебя, учу… Подготовить человека сначала надо, растолковать… Лезешь сразу с самой больной темой.

- Ой, и правда, спаси Господи, чего это я… Наверное от науки твоей поплыл. Сэр Константин, вас никто заставлять не собирается. Вы сами все поймете, и попроситесь.

- Ни за что!

- Так, Кондратий. Помолчи. Приди в себя. Не тирань несчастного.

- Молчу, молчу…

- Теперь с тобой, барон. Как я понял, читать ты не умеешь. Совсем. Но почему то выбрал текстовые уведомления, а не голосовые. Почему?

- Откуда… Граф, откуда вы знаете о моем сне? – неожиданно для самого себя, Константин перешел с высокопоставленным еретиком на вы. Наверное, взгляд, который только что выбил рыцаря из колеи, так подействовал. Взгляд истинно благородного человека и сурового воина, скрывающегося под маской весельчака и балагура.

- Кабы ты знал, сколько я уже подобных тебе сновидцев встретил… - вздохнул Дымов. – И не сосчитать. Ну, тебе точно не сосчитать, учитывая специфику рыцарского образования. Нет, это не оскорбление, и специфика – слово совсем не ругательное. Так что не агрись… Не злись, то есть. Так почему?

- Голоса в голове, если они не божеские – бесовские! Третьего не дано. А голос сказал, что это не Господь будет вещать. Вот я и отказался.

- А голос женский был? Такой грудной, приятно-возбуждающий? И немного уставший?

- Да, все так.

Посадник покивал, будто что-то для себя понял.

- Ясно… Наверное, снова последний за смену у оператора загрузки… Потому и волосы даже в порядок не привела, этап корректировки внешности вообще пропустила. И на отъипись отправила куда попало. И даже религию фанатику сменить умудрилась, не изучив анкеты и личностных характеристик. Нужно подать заявку на служебное расследование, и выяснить, кто там из девчонок так халатно стал к работе относиться.

Весь этот невнятный бред был сказан отцу Кондратию, тот качал головой, соглашаясь. А Константин ровным счетом ничего не понял, кроме того, что его обозвали фанатиком.

- Я не фанатик! Фанатики – слепцы, идущие за ложными пророками! А я – рыцарь Креста! Отец Сильвериус…

- Рыцарь Креста, ты не шуми. Ничего плохого в это слово я не вкладывал. Просто это сбой. Бывает такое. Иногда. По идее, ты должен был очнуться в каком-нибудь баронстве из соседних. А сейчас уже с кардиналом каким, беседы вести. А то и с Папой.

- Самим Папой??? Иннокентием Третьим? – глаза Константина округлились.

- Ну это я так, к слову… А попал ты сюда. Ну, не ты первый, и думается не последний. К сожалению… Хотя, вот так, чтобы без инструкции, и не умеющего читать без голосовых сообщений, да прямо в Жизнь… Такое первый раз. Всех Прибывших, кто читать не умеет оснащают ботом-инструктором говорящим… А у тебя он текст выдает. Который, для тебя только картинка непонятная.

- Я знаю, что такое буквы!

- О… Круто. Грац. Значит, начнем не с нуля.

- Что начнем?

- Читать учится. И считать.

- Считать я умею! Вот. Раз, два, три, шесть, пять, шесть… или шесть уже было?

- Все, хватит. Нихрена незачет. Для начала, давай ка, я тебе пару-другую языков включу. А то на совсем отсталом наречье общаемся…

- Я, кроме нормального человеческого, знаю еще латынь, греческий, гальский и арабский! И мы сейчас не на отсталом наречье, а на Великом Могучем Франкском языке разговариваем! Самом выразительном и лучшем во всем божием мире!

-Хм… Ладно, ладно… Беда в том, что франкский – настолько могуч, что его постеснялись включать в список функциональных. Так же как и гальский, к слову… Латынь и греческий знаешь досконально? Или так, в пределах общеобразовательно-рыцарского курса? Сто слов? В сумме?

Рыцарь хмуро пожал плечами…

- А что до арабского… Думается все познания в нем сводятся к «Сдавайся!» и «Где зарыты деньги?». Я прав?

- Еще «Отдавай еду, презренный!»

- Великолепно! Ладно, Полбу, готовь лоб. Щас получишь полбу.

- Благородные люди…

- Давай так. Я тебя ударю, четыре раза. Потом ты меня. Если захочешь. Ты не сопротивляешься. Я тоже не буду. Идет?

- А зачем? Зачем это все???

- Ты так и хочешь недоразвитым дистрофиком остаться? Чтобы сквозняком сдувало, и мышь могла загрызть? Нет? Тогда кончай разговорчики, и подставляй лоб.

Вздохнул Полбу и повиновался. И снова получил полбу. Быструю, молниеносно быструю серию ударов. Бум-бум-бум. БУМ. Теперь на четырех я больше никогда не собьюсь, подумал Константин, лежа на деревянном полу горницы. На всю жизнь запомнится это последнее БУМ.